Новое на форуме / в фотоотделе / другие музыканты · Регистрация · Вход · Участники · Правила · Поиск · RSS
Страница 1 из 11
Майкл Джексон - Форум » Michael Joseph Jackson » Майкл Джозеф Джексон - статьи, книги, воспоминания » Книги о MJ » Майкл Джексон: человек за маской (Из книги 'Inside People: The stories behind the stories')
Майкл Джексон: человек за маской
ИннаДата: Суббота, 05.05.2012, 11:54 | Сообщение # 1
Группа: Администратор
Сообщений: 15090

Статус: Offline



Майкл Джексон: человек за маской

Из книги 'Inside People: The stories behind the stories'

Источник: Morinen http://mj-ru.livejournal.com/173638.html


В книге "Inside People: The stories behind the stories", рассказывающей истории создания различных статей о знаменитосятх в журнале "People", обнаружилась любопытная глава о Майкле Джексоне. Вернее о том, как его знаменитое письмо-обращение к миру попало в "People" в 87 году.

"Большинство людей не знают меня, поэтому пишут вещи, большая часть из которых неправда. Я очень-очень часто плачу. Потому что мне больно, и я переживаю за детей. За всех своих детишек по всему миру. Я живу для них".
— Майкл Джексон, в письме, отвечающем на вопрос Тодда Голда, представителя журнала People, во время турне в Японии, 12 октября 1987 года







Майкл Джексон: человек за маской


К концу 1987 года, когда был выпущен альбом Майкла Джексона Bad — его первый диск после блокбастера Thriller пятью годами ранее, — об эксцентричности певца уже ходили весьма странные слухи. Среди них — слухи о том, что он сделал предложение Элизабет Тейлор, претерпел пластические операции на глазах, носу, губах, щеках и подбородке, принимал женские гормоны, чтобы петь высоким голосом и не иметь растительности на лице, химически отбелил кожу, предложил выкупить за миллион долларов останки Человека-слона и спал в барокамере, желая этим продлить себе жизнь.

Бесконечный поток таблоидных статей, спровоцированный длительным молчанием Джексона, только разжигал сплетни. Майкл не давал интервью уже много лет — с того самого момента, как пообщался с журналом Ebony в 1984-ом. Даже после подписания беспрецедентной сделки с Pepsi в 1986-м, его речь была кратка: "Это большая честь. Спасибо мистеру Энрико и сотрудникам Pepsi. Леди и джентльмены, благодарю вас". Это было его последнее публичное заявление.

Журналу People не меньше остальных хотелось добраться до сути всех провокационных слухов. И теперь казалось, что выход альбома Bad даст для этого прекрасную возможность. Пресс-агенты, работавшие над выпуском альбома, были готовы на все ради фото на обложке People — как и сам Майкл Джексон. У Джексона был особый интерес к обложкам журналов, а именно: он любил на них быть. Имелась только одна маленькая проблема: он отказывался при этом давать интервью.

Так как Джексон жил в Лос-Анджелесе, эта конкретная задача досталась в руки лос-анджелесскому отделу журнала People — а вернее, искушенному журналисту Тодду Голду — моложавому темноволосому очкастому 29-летнему писателю (и отцу маленького ребенка), за плечами которого была не только масса солидных статей в журнале People, но и одна книга. Голд хорошо понимал ситуацию с Джексоном. Он знал, что обе стороны — и Джексон, и журнал, — хотят фото Джексона на обложке. Вопрос был только в том, на основе чего писать статью. "Мы слышали об операциях, о кислородной камере и обо всем остальном, а с другой стороны от всех этих странностей у нас был превосходно исполненный альбом, — вспоминает Голд. — Проблема была в том, чтобы найти людей, с которым можно поговорить".

После долгих переговоров эту проблему Голду удалось решить. Для него устроили интервью со многими ключевыми людьми в жизни Майкла: музыкантами, бэк-вокалистами и композиторами, работавшими с Джексоном. Ему также выпала возможность поговорить с продюсером альбома Квинси Джонсом и менеджером Джексона Фрэнком Дилео. "Цель была расспросить о Майкле Джексоне тех людей, которые могли знать, что происходит на самом деле", — поясняет Голд.

Во время разговоров с предоставленными ему людьми Голду стало совершенно ясно: с той стороны все истории были тщательно продуманы таким образом, чтобы Майкл Джексон выглядел абсолютно нормальным. Куинси Джонс, к примеру, уверил Тодда, что Майкл — один из самых нормальных людей, которых он встречал. "Он разумный, уравновешенный, сосредоточенный на работе человек, живущий в гармонии со своей творческой душой". Может, он и разумный, и уравновешенный, и сосредоточенный, и в гармонии, но как же Лиз, операции, кости Человека-слона и кислородная камера?

Конкретные нужные Тодду ответы в конце концов дал Фрэнк Дилео. Предлагал ли Джексон руку и сердце Элизабет Тейлор? "Нет". А миллион долларов за кости Человека-слона? "Может быть, но разве не у каждого из нас есть свой скелет в шкафу?" Переделал ли он себе глаза? "Нет". Губы? "Нет". Нос? "Да". Его кожа химически отбелена? "Нет". Принимал ли он гормоны, чтобы сохранить высокий голос? "Абсурд". А ямочку на подбородке он добавил? "Да". Почему? "Потому что захотел".

Фрэнк, казалось, ответил на все вопросы так хорошо, как смог. Вышел ли Джексон из рядов Свидетелей Иеговы? (Вышел.) Посетил ли он премьеру "Captain Eo" в Disney World в наряде медсестры? (Может быть — Дилео не был уверен, какой из множества своих маскарадных костюмов Майкл надел тогда.) Спал ли он в кислородной камере? (Ну, у него была камера, но Дилео не был уверен, действительно ли он в ней спит.)

Когда историю напечатали, обе стороны остались более или менее довольны результатом. People все сделали по-честному. История получилось умеренного толка — читателю предоставлялось решать самому. Обложка гласила: "Майкл Джексон. Он вернулся. Он плохой. Так парень странный или как?"





Был он странным или нет, одно не вызывало сомнений: на Bad спрос был как на горячие пирожки, и такой же — на Майкла Джексона. Когда он нагрянул в Японию со своим мировым турне через пару месяцев после статьи в People, результирующая "майкломания" могла сравниться только с одним прецедентом в прошлом — с сумасшествием по Битлз. Спекулянты зарабатывали по 700 долларов за 40-долларовые места в зале. Кругом продавались сувениры — даже плюшевые зверушки, сделанные по образу живых питомцев Майкла Джексона. Лицо Джексона было наклеено на все, начиная от магазинных пакетов и заканчивая телебашней NTV, крупнейшего японского телеканала. Тысячи людей стеклись лично посмотреть на ручного шимпанзе Майкла, Бабблза. Два японских парка развлечений закрылись для публики, как только Джексон дал знать, что он и его сопровождающие хотят "поиграть" там. Юные девушки преследовали его, теряя сознание у отеля. "Тайфун Майкл", как его назвала японская пресса, прошелся по стране с силой урагана.

Прослышав об этом, редакторы People в Нью-Йорке позвонили Тодду Голду в Лос-Анджелес. Несмотря на то, что недавно Джексон уже появился на обложке журнала, они хотели написать еще одну статью — о феномене Майкла Джексона в Японии. На этот раз это будет не обложка, а история на журнальный разворот.

Тодд был более чем рад взяться за эту миссию. Он известил о плане Фрэнка Дилео. Дилео согласился достать для него билеты на концерт. С этим Голд немедленно вылетел в Токио.

Понимая бесполезность затеи, Тодд, тем не менее, взял с собой все необходимое для интервью с Майклом Джексоном. Как репортер он просто обязан был это сделать — задать вопрос ты должен всегда. Но, как и предполагалось, ответ Дилео был отрицательным. Интервью не будет, сказал он, и на этом Тодд оставил тему. "Но кстати, — сообщил ему Дилео, — Майкл желает с тобой познакомиться".

В ночь перед вторым концертом Тодд Голд в сопровождении Фрэнка Дилео прошел в гримерную Майкла Джексона, где Майкл уже ждал их с толстым, как показалось Тодду, слоем грима на лице, немного нервничая и попивая — как и полагается — чай из чашки. Когда он протянул Тодду руку, репортер удивился уверенности его рукопожатия.

Визит длился недолго. Через несколько минут светской беседы Тодд заметил, как Джексон взглянул на своего менеджера, подавая незаметный сигнал об окончании рандеву. Хотя Тодд Голд понимал, что Фрэнк Дилео бросил ему лишь косточку, он не возражал. Он познакомился с самим Майклом Джексоном.

Позже тем вечером скрытые мотивы Дилео стали ясны. "Ну, — сказал он Тодду, — ты с ним познакомился. Теперь у нас будет обложка?" — "Не думаю", — ответил Тодд, но обещал позвонить в нью-йоркский офис и спросить.

Тодд был хорошим и опытным репортером. Он хорошо знал Фрэнка Дилео — они много времени провели вместе и симпатизировали друг другу. И теперь по какой-то непонятной причине у него появилось смутное чувство, что где-то там в японском воздухе витает маленький шанс, что, если он верно разыграет свои карты, то может быть — только может быть — он сможет-таки выманить интервью у застенчивого перед журналистами Джексона.

После разговора с Катлером Дюрки, главным редактором в Нью-Йорке, какие бы то ни было иллюзии по поводу обложки у него рассеялись. Вторую обложку с Майклом Джексоном не выпустят ни за что, если только он не добудет две вещи: интервью с Майклом и новые фотографии Джексона из Японии.

И хотя это казалось невозможным, предчувствие не оставляло его. Интуиция просто настаивала... Он знал, как сильно Майкл хочет обложку, поэтому решил испробовать другую тактику. Забудем пока об интервью. Сначала, решил он, стоит выбить у Фрэнка Дилео фотографии. Может быть, это окажется проще сделать. Он снова связался с Дилео. "Фотосессию, Фрэнк, — сказал он. — Только устрой нам фотосессию".

К его удивлению, на следующий день перед концертом Дилео ответил ему согласием. Если это означало возможность быть на обложке, Майкл Джексон был готов фотографироваться. Новость была одновременно хорошей и плохой. Хорошая новость заключалась в том, что он сказал «да», а плохая — нет, практически фатальная — в том, что Джексон в Японии едва ли мог высунуть нос без того, чтобы его буквально не разорвали на части. Он даже из лифта в отеле не мог выйти без помощи своего здорового начальника охраны и шести огромных телохранителей. А теперь Тодду Голду и фотографу Нилу Престону нужно было придумать, как сделать фотографии Майкла Джексона в Японии — такие фотографии, которые бы, как требовал журнал People, передавали атмосферу Джексона в стране, взятой им штурмом, — не убив его в процессе.

Когда Джексон согласился на фотографии, Голд решил выжать из ситуации еще немного. Он вернулся к Дилео. "Фрэнк, Майкл уже будет фотографироваться, — сказал он. — Ну почему он не хочет дать интервью?" — "Он не дает интервью", — ответил Фрэнк. "А что если я дам тебе список вопросов, а Майкл на них ответит? Ты же понимаешь, мы должны написать о чем-то в дополнение к фотографиям, иначе это идиотизм. Тогда нам и фотографии не нужны". — "Ну, не знаю, — скептически сказал Дилео. — Давай список. Я посмотрю, что можно сделать".

Голд немедленно сел и написал список из 25 вопросов для Джексона — вопросов, которые были намеренно скучными и простыми: «Что вы думаете о Токио?», «Какую еду вы здесь попробовали?», «Что вы покупаете в магазинах игрушек?», «Как вам здешние люди?», «Видите ли вы творящееся вокруг вас безумие?», «Что вам здесь больше всего понравилось?», «Как вам сверхскоростной поезд?» и все в таком духе. И лишь в самом конце списка, Тодд скромно припрятал два ключевых вопроса: «Фрэнк Дилео так много говорит о вас, а что вы думаете о нем? Расскажите о нем что-нибудь интересное» и, наконец, «Какие представления публики о вас являются неверными?» Закончив список, Тодд отдал его Фрэнку. После этого ему оставалось только ждать.

Голд и Престон встретились с командой охраны насчет фотосессии, и выработали план, согласно которому съемки должны были начаться после наступления темноты перед концертом тем вечером. Майкла будут фотографировать в Гинза — центре японской ночной жизни, в свете ярких неоновых огней, на фоне известных ресторанов и модных магазинов. Если план сработает, фотографии получатся сногсшибательные.

Тодд и Нил должны ждать в условленном месте. Майкла привезут на место в микроавтобусе, который подкатит прямо к группе людей из People. Майкл выскочит, и фотограф быстро отснимет пленку, прежде чем кто-либо из прохожих поймет, что происходит. Затем Майкл запрыгнет обратно в машину и исчезнет. Таков был план.

Когда стемнело, Нил с Тоддом прибыли на место. Как и было оговорено, они были там уже за полтора часа до начала. Престон нанял себе в помощь молодого японского ассистента, но они все еще не верили до конца, что Майкл Джексон появится. Охрана волновалась, но Майкл очень хотел обложку в People, а, в конце концов, начальником был он.

Команда People дожидалась условленного момента, и во время ожидания делала пробные фото. Все было рассчитано точно. Для Джексона был приготовлен стенд, на который он должен был запрыгнуть – прямо в кадр Престона, уже готового к съемке. На все мероприятие отводилось две минуты. Затея была непростая.

Они стояли на условленном углу Ганза, припав к рациям, выданным им для общения с охранниками, когда наконец послышался голос начальника охраны: "Окей... Мы выезжаем из отеля..."

С этого мгновения охрана докладывала по рации каждый свой шаг, чтобы Нил и Тодд были готовы в момент прибытия Джексона. "Мы в пяти минутах... Мы в трех минутах... Готовьтесь... Два... Один..."

Подъехал минивэн, и охранники вышли, проверяя обстановку. Движение было нормальное. Ничего необычного. Машина с Майклом находилась в двух кварталах... Все выглядело хорошо. Все системы были готовы.

Машина Майкла подъехала, двери открылись, и три огромных охранника вышли, образовав живую стену. И в этот момент начался шквал. Из ниоткуда — нет, наоборот, отовсюду — появились тысячи подростков, наводнивших собой улицу. Они выливались из метро, магазинов — из каждого закоулка и щели.

Тодд не мог поверить своим глазам. "Это было просто потрясающе, — вспоминает он. — В тот самый момент, как подъехала машина Майкла, эти дети толпой окружили автобус. Откуда-то подкатили мотоскутеры. Это было безумие, безумие! А телохранители у него огромные! Они похожи на живые баррикады, но ситуация полностью вышла из-под контроля".

К удивлению Голда Майкл все равно вышел. "Майкл с неохотой запрыгнул на платформу, — рассказывает он, — и встал на приготовленный для него стенд, прямо перед камерой. Фотограф стоял на коленях. Майкл запрыгнул наверх в окружении телохранителей". Рефлектор, который Голд держал для фотографий, был выбит у него из рук истеричной толпой. Телохранители отбивались от людей, как от мух, и локтями расталкивали их в стороны. Нил ухитрился сделать несколько снимков, пока его окончательно не задавили. Через несколько секунд Майкла Джексона уже не было.

Фотографии получились, но их было не много, и вышли они не особенно хорошо. Престон прекрасно сработал, сняв Джексона, исчезающего посреди человеческого роя, чуть было не поглотившего самого фотографа. Но по окончании этого безумия Тодд Голд знал нечто очень важное: Майкл Джексон был готов на многое — он по-настоящему хотел эту обложку.

Предчувствие не покидало Тодда, и теперь его надежда была на список, который Дилео обещал передать Майклу. На следующий день Голд встретил PR-менеджера тура и поднял эту тему с ней: "Я давал Фрэнку список вопросов. Не могли бы вы узнать, какова их судьба?" Она обещала попробовать. Голд был удивлен ее скорым возвращением. "Фрэнк думает, что Майкл на них ответит", — сказала она.

Прошел день, и Голд ничего больше не слышал о вопросах, но каждый раз, видя PR-менеджера, он спрашивал ее снова. Наконец, она пришла с ответом: "Думаю, они будут у меня вечером после концерта. Майкл очень хочет обложку".

Время Тодда подходила к концу. Дедлайн приближался, а он так и не знал, что именно получит от Майкла Джексона, но был уверен, что что-то получит.

После окончания концерта он снова разыскал менеджера. "Пока у меня их нет, — объяснила она. — Но я получу их чуть позже, поверь". Было уже два часа ночи, и пора было начинать писать статью. В Нью-Йорке выпуск уже подписывали в печать. Голд позвонил Катлеру Дюрки и убедил его подождать немного — от Джексона определенно что-то будет. Что именно — он не знал. Но у него было предчувствие, что это будет что-то стоящее.

Он стоял в холле у лифтов, когда PR-менеджер появилась снова. Взгляд Голда мгновенно уцепился за бумажки, которые она сжимала в руке. "Есть? — спросил он. — Есть?" — "Да, все здесь", — ответила она, показывая два исписанных листка бумаги. Не раздумывая, Тодд выхватил у нее страницы. "Отлично! — воскликнул он. — У меня уже все время вышло. Теперь мне надо только их набрать". И не дожидаясь ответа, он бросился в свою комнату, жаждая посмотреть, что же ему принесли.

Увиденное превзошло самые смелые ожидания Тодда. Майкл Джексон не только ответил на два самых личных вопроса в конце списка, но и ответил на них очень честно, открыто и трогательно, собственным неаккуратным почерком. Тодд был уверен, что PR-менеджер даже не взглянула на написанное им, — хотя без сомнения была обязана. Позже она потеряет работу, потому что не сделала этого. Скорее всего, никто больше, кроме Майкла, не знал в тот момент, что написано на этих страницах. Тодд еще раз перечитал слова письма. По иронии судьбы они окажутся прелюдией к обвинениям в совращении детей, которые нанесут такой удар по его карьере шесть лет спустя во время другого мирового турне. Голд был поражен непосредственной откровенностью в этих детских каракулях.

как гласит индийская пословица
Не суди Человека, пока не прошел
2 луны в его Мокосинах,
Большинство людей не знают меня, поэтому они пишут
вещи, БОЛЬШАЯ ЧАСТЬ из которых не ПРАВДА
Я очень очень часто плачу, Потому что мне больно и я
волнуюсь о детях. Обо всех своих детях по всему
миру, я живу для них.
Если бы Человек мог говорить о других
лишь то, что может доказать, ИСТОРИЯ
НЕ БЫЛА БЫ написана.
Животные нападают, не из Злобы, Но потому что
хотят жить, так же и те, кто
КРИТИКУЕТ, им нужна наша Кровь, а НЕ наша
боль. Но я ДОЛЖЕН идти до конца Я ДОЛЖЕН искать
правду во всем. Я должен терпеть ради силы,
что была мне послана, для мира для детей
Но имейте милосердие, ведь я истекаю кровью
уже долго.

MJ.

Потрясенный, Тодд Голд снял трубку и позвонил в Нью-Йорк. Первым делом он зачитал письмо Катлеру Дюрки, затем отправил его по факсу, чтобы на том конце на это могли посмотреть своими глазами. Когда все его увидели, насчет обложки не оставалось сомнений. Письмо требовалось доставить в Нью-Йорк, чтобы сфотографировать и опубликовать в первозданном виде. Качества факса было недостаточно, поэтому было решено, что Нил Престон следующим же рейсом вылетит из Токио в Нью-Йорк с письмом Джексона в руках. Голд взял с него обещание после вернуть письмо обратно.

В зале верстки в Нью-Йорке все были шокированы корявым почерком и орфографическими ошибками в записке. Тодд сделал из Токио все возможное, чтобы защитить Майкла от обидных слов. "В раннем черновике статьи было несколько строк, высмеивавших его ошибки и плохой почерк, — вспоминает он. — Я выступил против и помню, что их исключили. Это не повод для насмешек над человеком. Но они хотели опубликовать фотокопию письма, и я им позволил".

Когда придумывали заголовок для истории, Голду пришлось вступиться за Джексона еще раз: "Я помню, как целую ночь провел в споре с Гейнсом по поводу заголовка. Уже забыл, какие были ранние версии, но что-то уничижительное в них было". В конце концов ему удалось убедить ответственного редактора изменить название. "Гейнс понимал цену этой новости: каждое слово от Майкла было сенсацией. И то, что он сказал нечто откровенное, было важно. Это говорило о том, что ему на самом деле больно", — поясняет Голд.

В письме не только обнажилась одна из сторон души Джексона — трогательно ранимая сторона, которой до этого еще не видела публика, — в нем также отчетливо проявлялись мессианские качества этого мальчика/мужчины. Послание от Майкла, появившееся в результате огромных усилий Тодда Голда, очень многое открыло людям о человеке за гримом.

Майкл получил обложку, которую так хотел, а People получил статью:

ЭКСКЛЮЗИВНО
Из-за кулис его бешеного мирового турне
странное, умоляющее
ПОСЛАНИЕ
ОТ МАЙКЛА:
"Я был послан для мира, для детей.
Но имейте милосердие,
ведь я истекаю кровью
уже давно".

После отъезда из Японии Голд видел Майкла еще один раз. Два года спустя во время концерта, анонсированного как " последний навеки концерт Джексона", на спортивной арене Лос-Анджелеса в 1989 году он находился за сценой, куда сотни знаменитостей были приглашены, чтобы познакомиться и сфотографироваться с Майклом.

Мэр Том Брэдли объявил тот день Днем Майкла Джексона. Перед началом шоу Майкл стоял в маленькой комнатке у цветной стены, в то время как толпа знаменитостей ждала в очереди, чтобы подойти и сделать фото с певцом. В начале очереди был Сильвестр Сталлоне. Голд, пришедший со своим другом, комиком Луи Андерсеном, беседовал с Фрэнком Дилео, который оказался большим поклонником Андерсена. Они не стояли в очереди за фотографиями, но в тот момент, когда Сталлоне сделал шаг вперед, чтобы сфотографироваться с Майклом, Дилео жестом остановил его. "Сначала Луи и Тодд, — сказа он, — а потом Сталлоне". Они подошли к Джексону, который, действительно, вспомнил Голда из Японии.

Когда все закончилась, у Голда остался секрет, о котором знал только Майкл. Майкл Джексон ответил и на второй его вопрос — о Фрэнке Дилео. У Тодда Голда до сих пор сохранилось то письмо.



 
SmailДата: Суббота, 05.05.2012, 18:28 | Сообщение # 2
Группа: Специалист
Сообщений: 2858

Статус: Offline



Спасибо за статью! Интересно! biggrin



Если приходя в этот мир ты чувствуешь что любим и , покидая его, ты чувствуешь то же самое, то все что произойдет между этими двумя событиями поправимо. М.Джексон
 
Майкл Джексон - Форум » Michael Joseph Jackson » Майкл Джозеф Джексон - статьи, книги, воспоминания » Книги о MJ » Майкл Джексон: человек за маской (Из книги 'Inside People: The stories behind the stories')
Страница 1 из 11
Поиск:
Администратор Модератор Специалист Поклонники V.I.P. Поклонники Moonwalker Заблокированные
Сегодня сайт посетили: blanket1, Libra1510, Ivan, Riverdance, kuzina251281, Lady_Eda, lena44, I-love-Michael