Новое на форуме / в фотоотделе / другие музыканты · Регистрация · Вход · Участники · Правила · Поиск · RSS
Страница 1 из 3123»
Майкл Джексон - Форум » Michael Joseph Jackson » Майкл Джозеф Джексон - статьи, книги, воспоминания » Книги о MJ » Все дело в любви. Майкл Джексон в благодарных сердцах (Книга написанная поклонниками в дар Майклу)
Все дело в любви. Майкл Джексон в благодарных сердцах
NikeДата: Вторник, 17.01.2012, 07:44 | Сообщение # 1
Группа: Специалист
Сообщений: 6208

Статус: Offline



Хочу выразить огромную благодарность Ольге ( Лелик ) за помощь в создании этой темы.




It's All about L.O.V.E.:

Michael Jackson Stories You Were Never Meant to Read

Все дело в любви. Майкл Джексон в благодарных сердцах


Многое было написано о Майкле Джексоне. Его музыкальный гений анализировали, его жизнь пересказывали в различных вариациях, его персона вызывала реакции от глубокого восхищения до ненависти.
Но есть одна сторона жизни и карьеры Майкла, которую до сих пор игнорировали: его отношения с поклонниками. Между Майклом и его фэнами по всему миру существовала совершенно уникальная связь, раскрывающая такие грани его личности, о которых широкая публика даже не имеет представления.
Эта книга составлена из очерков, которые не смог бы написать о Майкле Джексоне ни один журналист и ни один биограф. Собранные здесь истории - убедительное свидетельство того, каким огромным источником вдохновения был Майкл для своих почитателей.
Пусть эта книга поможет сохранить для следующих поколений фэнов память о Майкле. Не о Майкле Джексоне — суперзвезде, Мастере «лунной походки» и Короле поп-музыки, а просто о Майкле, человеке, который самоотверженно пытался показать миру, что ВСЕ ДЕЛО В ЛЮБВИ.



Предисловие составителей


Майкл Джексон...




Одно это имя уже вызывает те или иные эмоции практически у каждого человека на нашей планете. На протяжении четырех десятилетий Майкл Джексон был на виду у всего мира. Его талант певца и танцора остается непревзойденным, а его музыка, выступления, фильмы и концертные туры произвели настоящую революцию в поп-культуре. О нем написано бесчисленное множество статей, репортажей, книг и эссе, авторы которых пытаются предложить свою оценку каждого штриха его профессиональной карьеры и (что, возможно, кому-то покажется интереснее) частной жизни. Что есть, то есть: о жизни Майкла Джексона написано очень много - правдиво и не очень. Так что же еще можно сказать о нем такого, чего не знает мир?
У этого человека, мифа, легенды есть и другая сторона. Это его поклонники. Карьера Майкла Джексона была бы совершенно иной, если бы не миллионы фэнов по всему миру, которые поддерживали его более сорока лет. Они были очень важны не только для Майкла Джексона — артиста, но и для Майкла — простого человека. Поклонники были с ним и в радости, и в горе и защищали его, когда пресса пыталась его очернить. Даже когда весь мир отвернулся от Майкла, он всегда мог рассчитывать на поддержку фэнов. Почему же они были так беззаветно преданы ему?
В этой книге собраны повести и стихи, которые не мог бы написать о Майкле Джексоне ни один журналист и ни один биограф. Эти тексты написаны поклонниками и друзьями Майкла. Они делятся с вами рассказами об уникальных отношениях, об особенной связи, которая существовала между ними и Майклом. Читая эти истории, вы узнаете Майкла Джексона таким, каким его не знает обычная публика, и поймете, почему фэны Майкла настолько преданы ему.
Идея создания этой книги возникла у нас задолго до 25 июня 2009-го года. Изначально мы планировали подарить ее Майклу. Когда он объявил о лондонских концертах, мы решили, что пришло время осуществить задуманное, поэтому в начале июня 2009-го обратились к фэнам, в фэн-клубы и сообщества по всему миру с целью собрать истории для книги. И мы были очень удивлены, когда, услышав о нашей идее, с нами связался один из друзей Майкла и пообещал на следующий день сообщить ему о книге. Это было 23 июня.
А 25 июня случилось то, во что невозможно поверить...
Только через несколько недель мы нашли в себе силы снова подумать о нашем проекте. Однако теперь нам казалось, что продолжать его нет смысла, ведь книга предназначалась для Майкла. Мы хотели показать ему, какую радость он привносит в жизнь фэнов, как вдохновляет нас, как изменил жизни многих людей и какое огромное значение имеют для нас даже малейшие знаки внимания с его стороны. Нам казалось, что, может быть, он не до конца это осознает, не представляет, насколько огромную радость доставляет нам! Кроме того, мы были убеждены, что Майклу будет интересно прочитать о том, как встречи с ним выглядят с точки зрения поклонников. Думаем, он бы посмеялся от души!
Но неожиданно все рухнуло. Смысла продолжать проект не было, и мы намеревались похоронить его вместе с Майклом.
Однако по какой-то причине книга не шла у нас из головы. Мы подумали: ведь у будущих поколений поклонников Майкла Джексона не будет возможности узнать его таким, каким его знали мы. Как они почувствуют, каково это — быть фэном Майкла Джексона, находиться с ним рядом? Откуда они узнают о том, каким Майкл был на самом деле, как он заботился о своих поклонниках, никогда не упуская случая продемонстрировать им свою любовь? Услышат ли они об «оконных играх» и «световых шоу»? Поверят ли, что в отличие от того, каким его рисовала пресса, Майкл был одной из самых открытых для поклонников звезд? Мы понимали, что из газет они об этом точно не узнают! Рассказать о нем можем только мы — его поклонники, лично испытавшие все это. Наша любовь и восхищение являются отражением того, каким Майкл был человеком.
Итак, мы осознали, что забрасывать проект нельзя. Необходимо было продолжить работу над книгой и сделать все возможное, чтобы запечатлеть Майкла таким, каким мы узнали его за годы. Ведь мы стали свидетелями жизни одного из талантливейших и величайших артистов, когда-либо рождавшихся на нашей планете. Но, что гораздо важнее, одного из наиболее искренних и отзывчивых людей, с которыми нам приходилось встречаться. Человека, ставшего всем нам примером для подражания.
Поэтому мы начали все сначала.
Конечно, для фэнов это время было очень тяжелым, и некоторые едва ли могли делиться личными историями в дни траура. Другие же, напротив, увидели шанс воскресить Майкла, вспоминая его в своих рассказах. Все мы чувствовали, что книга должна быть выпущена и что это очень важно - особенно теперь!
Майкл повлиял на миллионы людей во всем мире. Он затронул сердца огромного количества поклонников и распахнул свое сердце для нас. Мы научились у него многим важным вещам — тому, как надо любить, заботиться и отдавать. Поэтому мы решили, что все доходы от продажи этой книги будут направлены на благотворительность во имя Майкла.
Быть поклонником Майкла Джексона — означало познать огромную радость, дружбу, веру в невозможное, стремление осуществить свои мечты, умение не отказываться от надежд и получать удовольствие от жизни. Воистину, это были необыкновенные времена — и мы наслаждались каждым мгновением!
Пусть эта книга поможет сохранить память о нем для многих грядущих поколений фэнов. Не о Майкле Джексоне - суперзвезде, Мастере «лунной походки» и Короле поп-музыки, а просто о Майкле, человеке, который самоотверженно пытался показать миру, что все дело в ЛЮБВИ.

Бригитта Блемен, Марина Доблер, Лиза Хохмут, Мириам Лор и Соня Уинтерхоллер



Приветствие Антона и Франчески Шляйтер*



Нас попросили написать несколько строк вступления для этой книги, и мы с радостью согласились, так как на протяжении многих лет наблюдали особую связь, существовавшую между Майклом и его поклонниками, и счастливы поделиться с вами рассказом об этом.
Слово «поклонник» кажется слишком невыразительным, чтобы описать отношения между Майклом и всеми вами, потому что любовь и привязанность, которую каждый из вас испытывает к нему и которую он испытывал к вам, было бы правильнее называть такими словами, как «друзья» или «семья». Майкл затронул невероятное множество сердец, и сейчас мы больше чем когда-либо понимаем, какую огромную роль он играет в жизни каждого из вас. Для миллионов людей он стал источником вдохновения, примером для подражания, лучом света. И для него вы были так же важны. Он любил вас всем сердцем, и мы не раз получали под-тверждение тому, как высоко он вас ценит.
Каждый раз, стоя рядом с Майклом у окна в его номере отеля и глядя на поющих и скандирующих внизу поклонников, мы ощущали мурашки по телу от удивительной силы эмоций. Воздух был буквально пропитан любовью. Майкл всегда слышал каждый ваш звук, даже если не был у окна.
Бывало, мы сидели в его комнате, и он вдруг начинал подпевать тем песням, которые вы пели за окном, или говорил, как приятно ему слышать слова, которые вы кричите. Когда вы танцевали на улице его танцы, он с удовольствием наблюдал и вслух смеялся. Он обожал это! Он указывал нам на рисунки и плакаты, которые привлекали его внимание, и просил сходить за ними. Потом он изучал их в комнате, и глаза его сияли от восторга. У нас есть видеозапись, где он разворачивает большой плакат, на котором изображены дети, и радостно восклицает: «ДА! Это мой любимый. О-о-о-о, как мне нравится! Этот плакат поедет со мной, в моих руках».
Мы с Майклом не переставали поражаться тому, какие потрясающие произведения искусства вы создаете. Было видно, сколько любви и старания вы в них вложили. Мы всегда подолгу все рассматривали. Майкл по-настоящему ценил ваши подарки и все их хранил у себя дома.
Он очень часто говорил нам, как много вы для него значите, и мы прекрасно понимаем, почему: все, что вы делаете, продиктовано любовью.
Порой, когда кто-то из вас встречался с Майклом, он предлагал и нам обнять вас, чтобы мы могли почувствовать эту любовь. Он всегда был так прав!
Ваши личные истории и впечатления, связанные с Майклом, по-настоящему бесценны и не будут забыты: они живут в ваших сердцах, и никто не сможет отнять их у вас. Нам очень приятно знать, что вы продолжите нести его любовь и его миссию и передадите их будущим поколениям.
Таким образом, через всех нас Майкл будет жить вечно.
С любовью, Антон и Франческа

* Семья Шляйтер много лет была дружна с Майклом и его родными.



Его миссией была Любовь


В мире нет больше знаменитости, у которой были бы такие преданные фэны, как у Майкла Джексона. Даже в этой области Королю поп-музыки удалось достичь превосходной степени. Необычайный энтузиазм, безграничная любовь, и — да, почти богоподобное почитание, которыми десятки лет одаривают Майкла поклонники, не могут сравниться ни с чем!
Майкл завоевал сердца людей не только своими прекрасными песнями, видеоклипами и революционными выступлениями, но и достойной подражания благотворительной деятельностью и непоколебимым намерением изменить этот мир к лучшему... Майкл был мечтателем. Его миссией была Любовь. Он дарил нам исполненные смысла песни: «We Are the World», «Man In the Mirror», «Heal the World» и «Earth Song». Он лично заботился о больных и обездоленных детях по всему миру, строил больницы в горячих точках и жертвовал средства на исследования, направленные на борьбу с раком. И главное, он никогда этого не афишировал. Вот что делает его таким особенным!
Многие восхитились Майклом после его трагической кончины, но истинные поклонники поддерживали его всю жизнь — даже в самые трудные времена! Их не сбивала с толку желтая пресса, пытавшаяся поднять тиражи с помощью раздувания скандалов. Настоящие фэны видели настоящего Майкла — того, которого мы запомним навсегда.

Алекс Гернандт*, Германия

*Алекс Гернандт - ассистент главного редактора крупнейшего в Европе молодежного журнала «BRAVO». На протяжении своей карьеры он написал много эксклюзивных репортажей о Майкле и несколько раз лично с ним встречался. Он был одним из немногих журналистов, которым Майкл доверял!



С днем рождения, Майкл!





Андрее Салинас. Испания

Я пропустил празднование 45-летия Майкла Джексона в Лос-Анджелесе и дал себе слово, что отпраздную с Майклом его 50-й день рождения. Как и все, я ожидал какую-нибудь большую вечеринку по случаю юбилея, организованную кем-нибудь из «звездных» друзей, но наделе все сложилось совсем иначе.
В начале 2008 года я первым делом взял на работе отпуск на конец августа. Шли месяцы, а информации о празднике по случаю дня рождения все не поступало. Майкл в то время жил в Лас-Вегасе, переезжая из дома в отель, из отеля в другой дом... В мае мы решили рискнуть и забронировать билеты на самолет, чтобы попробовать разыскать его. Только бы он не решил переехать в другую страну!
Но наступил август, и Майкл по-прежнему был в Вегасе. За несколько месяцев до этого в одном из местных блогов упомянули, что он якобы жил на улице Паломино-лейн. Зная название улицы и адрес студии Palms Studio, где Майкл записывался, мы решили, что у нас есть шанс.
Мы прилетели в Лос-Анджелес и несколько дней провели там: парк развлечений Universal Studios, Диснейленд, Warner Studios... В эти дни ходили слухи, что Майкл в Нью-Йорке! Потом в Канаде! А потом в Санта-Монике с Памелой Андерсон! Но мы решили следовать нашему плану и не обращать внимания на сплетни, тем более что некоторые репортажи сопровождались фотографиями, на которых явно были запечатлены двойники. Хотя нет, мы таки съездили проверить слух о Санта-Монике!
Один из моих друзей никогда раньше не был в Неверлэнде, поэтому мы решили изменить маршрут и по пути в Лас-Вегас заехать на ранчо. В ближайшем городке Лос Оливос мы купили еды и планировали устроить у ворот Неверлэнда некое подобие пикника. Там очень тихо и умиротворенно.

У одного из охранников, знакомого мне еще со времен суда в 2005 году, я спросил, как дела на ранчо, и он ответил: «Все в порядке». Но несколько минут спустя мы увидели, как с территории выехали несколько грузовиков... Мы знали о ситуации на ранчо* (* Когда в 2003 году в связи с началом судебного разбирательства в Неверлэнде был совершен бесцеремонный полицейский обыск, Майкл сказал, что не может больше там жить. После окончания суда он оставил свой дом и никогда уже туда не возвращался. (Примеч. пер.), но такого никак не ожидали увидеть: на наших глазах увозили аттракционы! Колесо обозрения, Молнию... Я не мог поверить своим глазам! Увозили карусели, на которых однажды довелось прокатиться моим друзьям! Особенно грустно было еще и потому, что мой ник на форумах — Молния. Мне всегда казалось, что этот аттракцион стал бы моим любимым... Обидно было до слез. В результате настроение для пикника пропало, и мы продолжили путь в Лас-Вегас... в надежде, что Майкл в это самое время не ходит по магазинам в Нью-Йорке!
И вот, за несколько дней до его дня рождения мы прибыли в Вегас. Лас-Вегас — город посреди пустыни. Месяц — август. Время — три часа дня. Температура — 40 градусов!!! Мы заселились в отель Palms и сразу отправились на Паломино-лейн... Это оказалась недлинная улица всего в несколько кварталов, поэтому мы решили оставить машину и пройтись пешком в надежде понять, в каком доме живет Майкл. Напомню еще раз, что на улице стояла 40-градусная жара и укрыться от солнца было совершенно негде! К тому же мы не были до конца уверены, что Майкл вообще там живет -название этого места прозвучало несколько месяцев назад. Прогулявшись вдоль улицы, мы выбрали четыре-пять потенциальных домов, хотя ни один из них не был похож на дом, в котором мог бы жить Майкл Джексон.
На обратном пути к машине мы заметили человека в черном костюме с эдакой штукой в ухе. Он стоял рядом с домом, на который мы вообще не обратили внимания! Но парень явно был охранником, поэтому мы решили пару минут выждать поблизости. Во двор вышел еще один охранник. Оба
они посмотрели в нашу сторону и, спустя мгновение, подошли к нам. Когда они заговорили, мы не поверили своим ушам: «Он знает, что вы здесь, и передает, что любит вас и признателен за ваш приезд. Пожалуйста, оставайтесь, сколько хотите». Они сказали, что могут передать Майклу наши письма и подарки. Ни на ком из нас не было футболок с его изображением, и в разговоре никто ни разу не назвал его имени, но все мы понимали, что говорим о Майкле Джексоне. Видимо, стоять на такой жаре могли только фэны! Мы только что приехали в Лас-Вегас и нашли его всего за час! И он знал, что на улице поклонники, и был не против!!!
Возле дома никого, кроме нас, не было. Примерно через полчаса из открывшихся ворот выехал внедорожник. Это была первая увиденная нами машина: мы не знали, его ли это машина и что нам делать, поэтому не сделали вообще ничего. Когда же автомобиль отъехал на несколько метров, заднее окно открылось, и... вот он, в салоне, в белой футболке! Майкл наполовину высунулся из окна, засмеялся и помахал нам рукой. Тут мы наконец-то отреагировали и рванули вслед за машиной, что рассмешило его еще больше. В конце улицы машина повернула направо и исчезла из виду. Мы чувствовали себя везунчиками. У меня до этого было несколько неудачных «майклопоездок», но это путешествие обещало стать самым лучшим!
Майкл вернулся вечером и остановил машину, чтобы пообщаться с нами. Вместе с ним в машине были его дети — Принс, Пэрис и Бланкет. Мы все пожали ему руку, даже по нескольку раз! Его лицо скрывал полупрозрачный платок. Майкл рассказал, что они ездили есть мороженое и хорошо провели время. Мы, в свою очередь, поведали, что приехали из Испании и в ближайшие дни подарим ему много подарков. Он все время повторял «спасибо». Тем вечером мы отметили удачу за ужином.
В отеле мы узнали, что Майкл ездил смотреть шоу «КА» в театре MGM. На следующий день, прежде чем ехать к его дому, мы накупили подарков для него и детей: бейсболки, сувениры с символикой «КА» и магическую игру. Вскоре после полудня из ворот снова выехала машина. Нам показалось, что она так и проедет мимо, но водитель притормозил, стекло опустилось, и Майкл нам кое-что передал. В пустой коробке из-под компакт-диска лежала записка. Он написал нам послание! Оно гласило: «Знайте, что я очень люблю и ценю вас всем сердцем. Я сделаю для вас лучшее, что могу в музыке и творчестве. Я люблю вас. Майкл Джексон. 2008». Благодаря этому письму мы почувствовали себя самыми особенными людьми на свете! Ведь он сказал, что любит нас, и пообещал сделать для нас самое лучшее! Он всегда думал о том, чтобы дать поклонникам все лучшее.
Когда Майкл вернулся, его машина не остановилась, но через пару часов он снова выехал из дома, чтобы пообедать в «Планете Голливуд». Тогда-то мы и осыпали его подарками. Дети вели себя вежливо и поблагодарили нас. Майклу и Бланкету, похоже, очень понравилась коллекция фильмов «The 3 Stooges» на DVD. Ходили слухи, что в ближайшие дни Майкл посетит два мероприятия - MTV VMA и ВМI вчесть Jackson 5* (*Jackson 5 - популярная музыкальная группа 70-х, в которой маленький Майкл начинал свою карьеру вместе с четырьмя братьями. (Примеч. пер.), поэтому я спросил, собирается ли он там быть. «Я не смогу, мне надо работать», — ответил Майкл. Также я поинтересовался, понравилось ли ему шоу «КА» и стоит ли его посмотреть. Он воскликнул: «О да, несомненно! Мне очень понравилось!»
Ближе ко дню рождения Майкла приехали и другие фэны, но в итоге нас собиралось не больше пятнадцати человек. Однако с появлением поклонников начали появляться и папарацци — они тоже готовы были сутками дежурить у его дома.
Наконец-то наступил тот самый день, нашему Королю исполнилось 50 лет! Мы накупили кучу всего в диснеевском магазине, принесли шарики и, конечно же, праздничный торт! Так как торт начал таять на жаре, мы отдали его охране вместе с подарками. Они поблагодарили нас и отнесли все в дом. Нам сообщили, что Майкл планирует выехать только вечером и можно не стоять весь день на солнцепеке, поэтому мы отправились по магазинам. Но по возвращении нас ждали плохие новости: Майклу пришлось отменить свои планы из-за папарацци. Ему не хотелось портить себе день рождения, поэтому он решил остаться дома с детьми. Мы поняли его решение, хоть и расстроились, что не увидим его в такой важный день. Но все равно у нас было чувство, будто мы праздновали вместе с ним! Весь вечер мы провели у дома. Телохранители принесли для нас пиццу, а потом Майкл сделал очень трогательный жест. Они, видимо, отмечали день рождения в саду, и он взял и выпустил в небо шарики, которые мы ему подарили. Мы смотрели, как они поднимаются все выше и выше и прстепенно исчезают из виду. Наверное, так Майкл хотел показать нам, что получил подарки и благодарен за них. Незадолго до полуночи мы собрались у ворот и спели ему «Happy Birthday», после чего отправились спать.
Мы не видели Майкла несколько дней, возможно, из-за папарацци, а, возможно, потому что ему просто хотелось побыть дома. Но почти каждый день мы наблюдали, как дети катаются вокруг дома на велосипедах. И нас еще дважды угощали пиццей!
Поскольку мы жили в отеле Palms, нам хотелось подобраться как можно ближе к студии звукозаписи, где Майкл тогда работал. Студия находилась в одной из башен отеля, и нам, как гостям, без проблем удалось туда пройти. Стоять у дверей студии, по другую сторону которой Майкл творил для нас волшебство, было потрясающе!
Нам повезло увидеть его еще раз: как-то, выезжая из дома, он остановил машину. На этот раз он опять был с детьми. Мы спросили, понравились ли му подарки ко дню рождения. «Очень понравились! Мне очень понравилась фигурка Питера Пэна». - «Правда?» - спросили мы. «Шутите? Безумно понравилась!» - широко улыбаясь, ответил он. Вот этот момент, когдав он сказал «шутите», - мой любимый во всей поездке. Я до сих пор мысленно слышу, как он произносит это и смеется.
Наступил последний день нашего отпуска- у нас оставалось всего несколько часов до отъезда в Лос-Анджелес, откуда мы должны были вылетать домой. Охранник сказал, что может попросить Майкла подписать для нас что-нибудь. Я никогда не просил автограф, потому что при личных встречах всегда предпочитал этому беседу, так что сейчас был отличный шанс получить первую подпись. Мои друзья передали охране фотографии, купленные в поездке, а я отдал свою пластинку «Bad». Через два часа они вернули все это с автографами. «Благослови Господь. Майкл Джексон, 2008» -было написано на моей пластинке. Так закончилась наша поездка. Майкл доставил нам море эмоций! Надеюсь, что и мы хоть немного его обрадовали.
Спасибо. Майкл. Я люблю тебя.


Бог посадил этого мальчика
К себе на колени и сказал :
"Ты ,будешь править миром музыки!
Он твой!!!! "


Сообщение отредактировал Nike - Вторник, 17.01.2012, 08:08
 
NikeДата: Вторник, 17.01.2012, 07:55 | Сообщение # 2
Группа: Специалист
Сообщений: 6208

Статус: Offline



Если бы мы могли повернуть время вспять

Хода Карамзаде, Швеция

If only we could turn back time,
We wouldn't be too blind to see that
In a world of lust, violence and fear
He spoke of love, peace, hope and valor.
If only we could turn back time,
And there he would be again, this young
Boy, telling our whole life with his words.

If only we could turn back time,
We could see him moonwalk across
The stage again as his smile lights
Up the skies.

If only we could turn back time,
We just needed to stop for a moment
To hear him one last time. Now we
See him from a distance, never up-close
And real.

If only we could turn back time,
We wouldn't imagine him singing,
Dancing and moonwalking among
The clouds.

If only we could turn back time,
And God could give us one more chance.
If only God could give us one more chance
To light him up when his path was dark.

If only God could give us one more chance.
If only we could turn back time,
So we could say "in your sorrow, we'll comfort you".
It's all too late now, it's all too late.

Freedom is a precious asset. Michael Joseph Jackson,
You are free now like the soft breeze in the dawn.
Fly Michael, fly up in the skies. We are always looking
Up at the sky just hoping we could get a sign. Especially
At night when in the magnificent universe above, the
Brightest star of all shines, we know it's him.

If only we could turn back time,
Maybe we would realize he had already given
Us all his life.

If only we could turn back time...

* * *
Если бы только мы могли повернуть время вспять,
Мы бы не были так слепы и увидели, что
В мире похоти, насилия и страха
Он говорил о любви, дружбе, надежде и доблести.
Если бы только мы могли повернуть время вспять
И увидеть снова того маленького мальчика,
Что рассказал о нашей жизни своими песнями.

Если бы только мы могли повернуть время вспять,
Мы бы снова увидели, как лунной походкой
Он проходит по сцене, озаряя улыбкой
Небо.

Если бы только мы могли повернуть время вспять,
Лишь на одно мгновение, чтобы услышать его голос
В последний раз.
Теперь мы смотрим на него с высоты времени
И уже никогда не увидим рядом.

Если бы только мы могли повернуть время вспять,
Мы бы сейчас не представляли, как он
Поет, танцует и лунной походкой проходит
Среди облаков.

Если бы только мы могли повернуть время вспять
И Господь дал нам еще один шанс...
Если бы только Господь дал нам последний шанс
Осветить его путь, когда он шел в темноте.

Если бы только Господь дал нам еще один шанс...

Если бы только мы могли повернуть время вспять
И сказать: «В печали мы утешим тебя».
Но теперь уже поздно, слишком поздно.

Свобода драгоценна. Майкл Джозеф Джексон,
Теперь ты свободен, как легкий предрассветный бриз.
Лети, Майкл, лети ввысь. Мы смотрим
На небеса в надежде увидеть знак. И ночами,
Когда в величественном космосе над нами
Горит ярчайшая звезда, мы знаем: это ты.

Если бы только мы могли повернуть время вспять,
Может быть, мы поняли бы вовремя, что он
Отдал нам всю свою жизнь.

Если бы только мы могли повернуть время вспять...

Вы еще ничего не видели






Кирстин Райнке, Германия

Как и многие другие наши «майклопутешествия», поездка в Мойте-Карло/Монако началась на центральном вокзале Мюнхена. Там мы обычно встречались, собираясь с разных концов города и его окрестностей. Дело было 9 мая 2000 года, и на следующий день в Монако Майклу должны были вручать награду на церемонии World Music Awards.
На этот раз мы ехали вчетвером. Остальные наши друзья отбыли в Монако накануне, но мы не смогли к ним присоединиться из-за работы и экзаменов.
Встретившись и выехав из Мюнхена, примерно к пяти вечера мы добрались до Вероны (Италия), где нам предстояло пробыть несколько часов, прежде чем пересесть на другой поезд. Мы провели время за прогулкой по городу, который оказался очень красивым. Наши веронские воспоминания — это потрясаюшее мороженое, еще более потрясающая пицца, прекрасная Arena di Verona, огромное количество летучих мышей, маленький балкончик Ромео и Джульетты (по крайней мере, нам показалось, что это он), а затем быстренько почистить зубы на вокзальной платформе — и в поезд. В пути мы смогли немного поспать, потому что ехали в купе. С восходом солнца нашим взорам открылось великолепное Средиземное морс, лимонные деревья, чудесные маленькие домики и, наконец, Монте-Карло. Высотные здания города вдруг возникли перед нами буквально из ниоткуда.
«Вскарабкавшись» по городу, построенному на склоне горы, мы наконец-то добрались до нашего мотеля, наскоро освежились и направились к отелю Hotel de Paris, где остановился Майкл. Там мы должны были встретиться с друзьями.
Оказалось, что накануне Майкл уже выходил из отеля поприветствовать фэнов, но всего лишь на несколько минут, если не секунд. Во всяком случае, так нам об этом рассказали. Мы обрадовались, что в предыдущий день пропустили не много, а нынче было еще утро, и Майкла пока никто не видел.
Вскоре мы углядели в толпе знакомые лица. У отелей, где жил Майкл, всегда происходило некое подобие семейного воссоединения: фэны встречали друзей, обменивались впечатлениями, болтали, смеялись и, конечно, гадали о том, как пройдет день и что сделает Майкл. Однако сегодня всем было известно, что вечером Майкл поедет на церемонию, ведь именно для этого он и прибыл в Монако. По всей видимости, он целый день готовился к выходу в свет, потому что до вечера его так никто и не видел.
Тем дождливым днем мы с друзьями наблюдали у отеля многих других знаменитостей: Мэрайю Кэри, Рики Мартина, Жана Клода ван Дамма — все они уезжали на церемонию. Но Майкл не торопился.
Между тем часы показывали восемь вечера, и мы были уверены, что в клубе Sporting Club церемония уже началась. Не зная, в отеле ли еще Майкл или уже улизнул через служебный вход, некоторые фэны направились к Sporting Club, а другие — на пляж рядом с клубом, где на большом экране шла трансляция церемонии. Мы же решили остаться у отеля н подождать.
Через два часа — к этому моменту мы думали, что церемония уже вот-вот закончится, — вышел водитель Майкла и сообщил, что тому нужно еще немного времени. Вот это да! Наша надежда наконец-то увидеть Майкла снова ожила. И действительно, через несколько минут у бокового входа в отель припарковались автомобили. Мы скорее побежали туда, но увидели только темные волосы человека, садящегося в машину.
Очевидно, Майкл торопился в клуб, чтобы успеть ко времени своего выхода на сцену в конце церемонии, так что нам достался лишь свет фонарей автомобиля и несколько сигнальных гудков.
Мы было рванули на пляж, чтобы хоть на экране увидеть, как Майкл получает награду, но, пробежав немного, передумали и вернулись к отелю, решив, что лучше будем в первом ряду, когда Майкл приедет назад.
Мы ждали у того же бокового входа, откуда Майкл уезжал, заняв места в первом ряду у ограждения. На этот раз наше решение оказалось верным: вскоре подъехал автомобильный кортеж. Одна из машин остановилась прямо перед нами, и мы уставились на тонированное стекло. Мы чувствовали себя неловко, видя свое отражение в стекле машины и не зная, как себя вести и что делать, — выглядели мы довольно глупо.
Потом некоторые фэны начали фотографировать эти черные стекла, и в свете вспышек нам стало ясно видно лицо Майкла. Он сидел в машине и смотрел прямо на нас. Честно скажу, поначалу я испугалась и растерялась: теперь, когда я понимала, что Майкл наблюдает за нами, неловкость чувствовалась еше отчетливее.
Хотя первые пару минут ничего не происходило, напряжение чудесным образом нарастало. Крики фэнов звучали все громче, пока, наконец, дверь автомобиля не открылась и Майкл не вышел. Теперь нас от него отделяла машина, и нам не было его видно. Впопыхах мы попытались взобраться повыше, но на цветочных клумбах уже стояли фэны, и все ближайшие фонарные столбы и ограждения тоже были заняты. Неожиданно несколько фэнов потеряли равновесие и соскочили с клумбы — это был наш шанс, и мы заняли освободившееся место. Наконец-то мы смогли УВИДЕТЬ Майкла! Выглядел он просто потрясающе. Он был одет в черный костюм с двумя вышитыми серебряными драконами и улыбался. Нам пришлось энергично защищать свое место на клумбе, потому что нас постоянно пытались стащить вниз. Люк на крыше автомобиля Майкла был приоткрыт, и в конечном итоге нам удалось уцепиться за него и вылезти на крышу микроавтобуса. Но даже там люди цеплялись за наши ноги и одежду, поэтому я в какой-то момент не удержалась и свалилась на землю. Я лежала у багажника машины, пытаясь подняться, как вдруг увидела, что Майкл подошел ближе ко мне. Неожиданно барьера между нами не стало. Я сидела на асфальте и смотрела, как он раздает автографы и пожимает фэнам руки. Меня словно парализовало - я не могла подняться. Потом полиция попыталась снова взять ситуацию под контроль, а Майкл, развернувшись, направился ко входу в отель и опять пропал из моего поля зрения. Фэны попрыгали с ограждений и крыш автомобилей, чтобы увидеть его в последний раз. Только после того, как он скрылся в отеле, все постепенно успокоились.
Мы с друзьями обнимались и плакали от счастья! Эти мгновения, пусть и короткие, были столь значительными, что я никогда их не забуду...
Но слова Майкла, произнесенные им в тот вечер на церемонии награждения: «Вы еще ничего не видели!» — на следующий день оказались для нас пророческими.

ОГРОМНЫЙ сюрприз в отеле Hotel de Paris 11 мая 2000 года

После полудня мы сидели перед отелем Майкла на берегу океана, обедали и наслаждались чудесным видом (конечно, не океана, а окон номера Майкла). Неожиданно к нам подбежала знакомая девочка и сказала, что, по всей видимости, у бокового входа скоро что-то произойдет, так что надо идти туда. Мы побросали свои бутерброды и шарики, которыми только что махали «похожей на Майкла» тени в окне, и побежали к дверям занимать места у ограждений.
Как выяснилось, Майкл собрался ехать по магазинам. Автомобили уже стояли у входа, и действительно, через некоторое время в машину посадили детей, а потом показался и ом сам в красной маске. Фэны подняли плакаты и транспаранты, и опять началась истерия. Майкл посмотрел на нас, помахал рукой, а потом быстро сел в автомобиль «смарт», неприметно припаркованный между двумя большими джипами.
Маленькая машинка посигналила и даже смогла проехал» несколько метров, прежде чем ее со всех сторон окружили фэны. Все радостно прыгали, блокируя уличное движение, и стучали в окна. Нам было очень хорошо видно Майкла, сидящего в этой рассчитанной на двоих машинке. В ней вообще не было багажника и, конечно, никакой тонировки на стеклах. Он махал нам рукой, но вид окружающей толпы, кажется, немного беспокоил его.
Полиция пыталась расчистить дорогу. Наконец на помощь пришли большие джипы, и «смарт» смог вырваться из окружения. В запале многие фэны рванули за ним следом, но сдались уже на первом повороте, и маленькие машинки могут ездить быстро!
Мы с друзьями немедленно вернулись к боковому входу и, поставив назад сбитые в панике ограждения, заняли лучшие места, слева от двери. Через несколько минут у заграждений уже снова стояла толпа фонов — все ждали возвращения Майкла.
И действительно, очень скоро кортеж вернулся. «Смарт» остановился в трех метрах от нас, так что нам было прекрасно видно Майкла. Его детей унесли в отель, а он, тем временем, указал на несколько картин, которые захотел подписать. На этот раз Майкл пробыл на улице дольше и некоторые фотографии даже подписал дважды. К примеру, плакат моего друга он подписал спереди и сзади — наверное, потому что с обеих сторон были картинки.
Телохранители собрали у фэнов подарки и плакаты. У меня в руках был флаг «Blood On the Dancefloor», который я нарисовала сама, и открытка с Питером Пэном. По пути от машины в отель Майкл лично подошел ко мне и забрал мои подарки. Когда он остановился рядом со мной — всего в каких-то тридцати сантиметрах, — у меня сердце ушло в пятки. Подписывая автографы и разглядывая уже собранные плакаты, он повернулся ко мне спиной. В этот момент я почувствовала, что мне просто нужно до него дотронуться, поэтому осторожно протянула руку и погладила его по спине. Его шелковая рубашка была очень приятной на ошупь, и мне даже показалось, что ему мое прикосновение понравилось.
Несмотря на волнение, я все же попыталась сделать несколько снимков. Мне удалось поймать очень необычный кадр, когда у Майкла в волосах играл солнечный зайчик в форме сердечка.
Я пыталась все запомнить. Мгновения, когда он стоял рядом со мной, казались такими долгими, почти вечными! Раздавая автографы, Майкл все еще держал в руке мой флаг. Я передавала ему фотографии от фэнов, стоявших позади, а потом отдавала их с подписью обратно. Это была такая уникальная ситуация, такая особенная!
Неожиданно Майкл обернулся, посмотрел мне прямо в глаза и взял меня за руку. Потом он отступил на шаг в сторону и развернул мой шелковый флаг размером 90 x 90 см. Два угла флага он передал телохранителю, а другие два крепко держал сам. Затем он открыл черный маркер, буквально нарисовал на флаге огромный автограф и передал его обратно мне. Я была поражена, так как воооще-то не ожидала ничего подобного — флаг был подарком для Майкла. Он посмотрел на меня с любовью и произнес: «Чудесный флаг». От изумления я чуть не лишилась дара речи. Все же я дважды сказала ему: «Спасибо, спасибо, но он предназначался ТЕБЕ!» А он ответил: «Он чудесный, но пусть будет У ТЕБЯ. Это для тебя!» На мгновение он снова взял мою руку и крепко ее сжал. А потом скрылся в отеле. Я просто не могла поверить, как мне повезло, — слезы счастья текли по моим щекам.
Вскоре, когда я только пришла в себя, у входа опять появились автомобили. И снова в машину сначала посадили детей, а потом появился сам Майкл. На этот раз он лишь коротко помахал нам рукой, послал воздушный поцелуй и уехал по магазинам.
Мы защищали свои места у заграждений примерно в течение полутора часов, пока Майкл, наконец, не вернулся. Его спящих детей понесли в отель, и фэны изо всех сил старались не кричать, чтобы их не разбудить. со всех сторон раздавалось: Тсс-с!»
Майкл оставался в машине на несколько минут дольше, показывая телохранителям, какие плакаты взять у поклонников. У меня с собой был еще один самодельный флаг, и я подняла его как можно выше. На флаге был нарисован Майкл, сидящий на качелях в окружении детей. Мне снова невероятно повезло: один из телохранителей подошел ко мне и забрал его. Широко улыбаясь, он встал перед микроавтобусом и развернул флаг перед сидящим в машине Майклом. Когда Майкл показал большими пальцами «класс»- и в восторге запрыгал на сидении, у меня перехватило дыхание. Он был такой лапочка!
Потом он вышел из машины, начал раздавать автографы и опять остановился рядом со мной. В руке он держал чей-то маркер и пытался глазами найти в толпе его владельца. В конце концов он слегка пожал плечами, дружелюбно кивнул в мою сторону, и прежде чем я успела открыть рот, всучил маркер мне. Еще раз помахав нам рукой, он ушел в отель.
Счастливая, я села на землю. Целый день стояния в толпе у заграждений не проходит бесследно: у меня болела каждая косточка и проступали синяки, но все это стоило чудесных мгновений общения с Майклом.
Я всегда буду вспоминать тот день, потому что не смогу оказаться так близко к Майклу еще очень долго...

Добрая душа

Бонни Лэмрок, США

Помню, как я смотрела на него, когда он выступал с речью в Webster Hall в 2002-м году во время праздника для фэнов в Нью-Йорке. Мне удалось пройти на места для прессы, поэтому я стояла прямо радом со сценой, у его ног. Казалось, будто я сплю. Он был невероятно прекрасен: не только внешне, но и душой. По тому, как он обращался к поклонникам, было видно, насколько они для него важны. Когда фэны начинали кричать ему во время речи, он улыбался и тихонько смеялся. Он знал, как сильно мы любим его, — я чувствую это сердцем.
Мне очень повезло: я трижды была на концертах Майкла Джексона, а также участвовала в праздновании его 45-ле-тия в Лос-Анджелесе. Эти воспоминания навсегда останутся со мной. Он был очень хорошим человеком — чистым и добрым.


Бог посадил этого мальчика
К себе на колени и сказал :
"Ты ,будешь править миром музыки!
Он твой!!!! "
 
NikeДата: Среда, 18.01.2012, 04:35 | Сообщение # 3
Группа: Специалист
Сообщений: 6208

Статус: Offline



«... ничто не похоже на лондонский дождь... никто не исцелит меня, как ты...»*

Катарина Роггендорф, Германия

Первое, что приходит в голову, когда я вспоминаю поездку в Лондон в 2000-м, это насквозь промокшая одежда, ноющие от усталости ноги, жуткий недосып, и при всем этом состояние абсолютного счастья. Вот краткая история нашего четырехдневного пребывания в Лондоне.
Была пятница, сильнейший ливень. Мы стояли перед отелем The Dorchester, где жил Майкл. Один из его автомобилей только что припарковался у главного входа, из чего мы сделали вывод, что Майкл вот-вот появится, и вышли из-под навеса, где укрывались от дождя, к заграждению справа от входа. «Вот-вот»? Через час наши куртки промок] ли. Через два часа промокла вся остальная одежда и плакаты («Спасибо! Ты знаешь, за что» и «А слабо' потрясти Мюнхен?»). Через три мы стали похожи на людей, только что принявших душ. Майкла все не было. Мы «попались». Подбадривать друг друга дальше казалось бессмысленным, надо было решать: оставаться или уходить. Утром мы уже побывали у концертного зала Royal Albert Hall (дойдя туда пешком от Тауэра за три часа) и изучили расположение заграждений у входов. Теперь мы знали: если приехать пораньше и занять места рядом с дверями, то Майкл пройдет по ковровой дорожке прямо рядом с нами. А самое главное, у нас будет крыша над головой. Воодушевленные этими мыслями, мы направились к концертному залу молясь, что приняли правильное решение, потому что с Майклом никогда не знаешь точно. Купив по дороге еды, мы приехали примерно в полчетвертого и несказанно обрадовались своей удаче: свободного места было еще достаточно. Мы встали вместе с другими фэнами у заграждения прямо рядом со входом и наконец-то немного расслабились. Слава богу, мы угадали! Теперь мы увидим Майкла, а он увидит нас и наши плакаты, и все будет просто прекрасно. Какое счастье!
На улице было холодно, дул сильный ветер, а дождь все не заканчивался. Поскольку до начала шоу оставалось еще много времени, я воспользовалась возможностью и сбегала в Гайд-парк, который находился прямо через дорогу. Там я нашла туалет, где высушила волосы и вернула себе человеческий облик, после чего довольная вернулась к друзьям. Но дальше удача отвернулась от нас. Около пяти вечера охрана и полицейские показали на вход, куда прибудут Майкл и Лиз Тейлор, места для прессы (совсем рядом и под крышей) и места для фэнов, расположенные очень далеко и под дождем. Мы не могли поверить своим глазам! Нам просто не хотелось верить, это была какая-то злая шутка. Мы все очень огорчились и, должно быть, являли собой столь печальное зрелище, что охрана через некоторое время сжалилась и переставила наши заграждения немного поближе. Расположившись на новом месте, мы развернули плакаты и к 17:15 уже готовы были встречать Майкла.
Только вот незадача: он вполне мог приехать часа через три. Мы опять промокли насквозь, одежду уже можно было выжимать. Мне хотелось только одного — где-нибудь укрыться, но это было совершенно невозможно, потому что я стояла в самом лучшем месте на Земле и должна была скоро увидеть его. Около семи начали приходить зрители, число полицейских в желтых плащах увеличилось, а где-то в половине восьмого появился телохранитель Уэйн, и наше возбуждение достигло пика. Он проверил, как обстоят дела, и остался ожидать у входа в концертный зал. Уэйн был как всегда невозмутим: стоял, разглядывал нас и молча читал надписи на наших плакатах. Мы изо всех сил старались заставить его улыбнуться, крича: «Wayne, Wayne stop the rain!» («Уэйн, Уэйн, останови дождь!»), но его лицо выражало ноль эмоций.
Неожиданно дождь ослабел. По сравнению с тем, что было раньше, можно даже сказать, прекратился. Так ведь всегда бывает: когда бы Майкл ни появился, дождь прекращается, хотя бы на несколько минут. В 20:10 его машина — обычный «мерседес» с прозрачными стеклами — проехала мимо и остановилась прямо возле нас. Мы видели, что Майкл сидит слева, а Лиз — рядом справа. Он тут же начал махать нам рукой. Это казалось сном: в тот момент в мире были только он и я. Вокруг не существовало больше ничего. Все было неважно. Счастье заполнило мое сердце, не оставив места для проблем и печали. Казалось, что ради этого мгновения я и жила всю жизнь, — никогда раньше я не испытывала по отношению к кому-либо столь сильных эмоций.
Дверь машины открылась, и мы увидели Майкла, замахали ему и закричали. Он помог Лиз выйти из машины, поддерживая ее под локоть, а затем вышел сам, красуясь перед нами во фраке. Боже, он был та-а-а-а-кой милый! Они направились ко входу, то и дело оборачиваясь, чтобы помахать нам рукой, поднялись по лестнице, все еще приветствуя фэ-нов и улыбаясь в фотокамеры, а потом исчезли внутри. У меня в глазах стояли слезы — все напряжение последних часов выплеснулось наружу (ведь заранее никогда точно не знаешь, увидишь ли Майкла). Но я ни о чем не жалела: эти несколько секунд, когда мы махали ему, а он нам, стоили всех пережитых неудобств! После всей этой эмоциональной встряски осталось только ощущение абсолютного счастья.
Радостные, но с пустыми желудками, мы свернули плакаты и побежали искать место, где бы поесть и отдохнуть. У меня ужасно болели ноги! До сих пор не понимаю, почему я уехала из Мюнхена в такой неудобной обуви. Слава богу, нам попался «Макдоналдс», где мы перекусили и попытались высушить одежду под сушилкой для рук в туалете. Нам определенно грозила сильнейшая простуда, но на беспокойство о таких вещах не было времени. Мы вернулись обратно к концертному залу и успели как раз вовремя: первые зрители уже выходили с улыбками и довольным смехом, в восторге от увиденного шоу. Мы начали готовиться к появлению Майкла, но охранник сказал, что они с Лиз уже уехали пять минут назад, выйдя с другой стороны здания. Под проливным дождем мы побежали к отелю. Там, где когда-то были мои ноги, теперь осталась только боль.
Номер Майкла располагался с боковой стороны отеля, поэтому мы встали на узенькой улочке, которая слегка укрыла нас от плохой погоды, но в то же время дала прекрасный обзор его окон и балкона. Начиналась волшебная ночь. Мы пели и кричали — было так здорово наконец-то выплеснуть наружу эмоции и выразить Майклу нашу любовь и благодарность! Нас переполняло неизбывное чувство радости, и хотя порой я начинала дрожать от холода, атмосфера была невероятная. Ее не испортил даже толстый лысый дядя, который периодически грозился вызвать полицию. Весь отель бодрствовал, во всех номерах горел свет, все окна были открыты, и никто не мог заснуть. Мы потрудились на славу!
Примерно через два часа, когда мы пели «Earth Song», завывая, как волки на луну, неожиданно на балкон номера Майкла вышел какой-то человек, следом за ним Уэйн, а за ними и сам Майкл. Он помахал нам рукой. Все закричали, завизжали и запели еще громче. Казалось, это продолжалось целую вечность, хотя на самом деле длилось не больше минуты, после чего они снова ушли. Но мы были счастливы, нам казалось, что на свете нет ничего невозможного. Никто не мог остановить наше излияние чувств, а поскольку песни и слова были в тот момент нашим единственным средством выражения, мы продолжили петь, и не подозревая, что все еще только начинается.
В два часа утра мы решили не расходиться, а попеть до четырех. Вскоре Майкл опять вышел на балкон, на этот раз один. Он поднял руку и бросил вниз «посылку», которая прилетела прямо к нам. «Посылкой» оказался пластиковый пакет из магазина Harrod's, в котором были два послания на отельных наволочках и - для придания тяжести -красное яблоко. Невозможно описать словами, каково это — прикасаться к написанным на ткани словам. Просто вау! Девочке, которой достались эти наволочки, наверное, казалось, что она на небесах. Но я подумала, что время полюбоваться на послания у меня будет позже, а сейчас, кто знает, вдруг Майкл все еще на балконе? Поэтому я отделилась от группы и взглянула вверх. И действительно, он снова вышел, и все повторилось. Наверное, эту картину можно сравнить с футболом: нечто летело ко мне с неба, я следила взглядом за вожделенным предметом, он все приближался, а потом я нырнула на землю и зажала его в руках. В это невозможно было поверить: сверток у меня! Я заберу его домой! Что-то, что еще секунду назад было в руках Майкла, я теперь держала в своих. Это казалось непостижимым: слишком нереально, безумно и просто волшебно. В послании говорилось: «Уничтожайте таблоиды* (*Таблоид - бульварная газета со скандальной и зачастую недостоверной или утрированной информацией. Майкл выражал презрение к таблоидам, поскольку они неизменно публиковали о нем ложные и оскорбительные истории. (Примеч. пер.)— сжигайте их — я люблю вас — спокойной ночи». Около четырех утра к нам прилетело последнее послание: «Я всегда буду любить вас — обещаю, -а сейчас мне пора спать». Мы были вне себя от счастья, сфотографировали все послания и разошлись «по домам».
Нам еще нужно было найти место для ночевки не очень далеко от отеля Майкла. Мы дрожали от холода так, что зуб на зуб не попадал, но в то же время наши щеки горели и практически светились в темноте. К счастью, за углом обнаружилась крытая парковка с очень дружелюбным охранником. Увидев нас, он сначала не поверил своим глазам, и по выражению его лица мы могли лишь догадываться, как ужасно, должно быть, выглядим. Но потом он вошел в наше положение и показал нам на «теплое» местечко на ступеньках гаража. Мы со страхом заглянули в сумки. Промокли даже деньги, везде были куски раздавленного сэндвича. Но мы уже не могли нормально соображать: мы смеялись над глупыми шутками («Где вторая половина моей карты города? Наверное, сейчас плывет по Лондону»), болтали всякую ерунду, не в состоянии были формулировать предложения целиком и обнаружили, что если подуть на колени, то станет теплее ногам целиком. А потом мы, наконец, уснули. Но ненадолго: в пять или шесть утра мы очнулись в панике, с мыслью, что уже поздно. Второпях мы выбежали из гаража, даже не поблагодарив охранника. Он вежливо поинтересовался, удалось ли нам согреться, мы что-то буркнули, стуча зубами, и бросились к отелю Dorchester. Остальные фэны уже стояли там, у заграждений. У нас было всего несколько минут, чтобы достать плакаты: потом ворота гаража открылись и оттуда, словно ракеты, стремительно вылетели две машины. Майкл уехал. Мы побежали следом по улице, тщетно пытаясь его догнать. По щекам у нас текли слезы: он снова забрал с собой частицу нас, нам снова было больно отпускать его, и мы снова почувствовали опустошение. К. этому невозможно привыкнуть.
Но, пережив минуту смятения, мы взяли себя в руки. Стояло субботнее утро, в Мюнхен мы улетали в понедельник, так что нам предстояло провести в Лондоне еще два дня. Для начала мы решили позавтракать, потом купили газету, погуляли некоторое время в магазине Harrod's, а остаток дня шатались по городу.
Приключение еще не закончилось, так как мне негде было ночевать. В результате я примостилась в спальном мешке на лестничной площадке в доме, где остановились мои друзья, но провела ночь, не в силах сомкнуть глаз. Меня переполняло счастье от того, что нам довелось пережить за эти два дня. Время от времени я дотрагивалась до плаката и смотрела на записку Майкла, чтобы удостовериться, что все это был не сон.
В воскресенье мы чувствовали себя уже лучше, но если бы не подруга, я бы и шагу не смогла ступить. Ее кроссовки меня просто спасли. Я бы с удовольствием приняла душ, но с этим пришлось подождать. После завтрака мы решили осмотреть Ковент-Гарден, но сначала вернулись к гаражу, где ночевали ранее, потому что там я выбросила огрызок от яблока, доставшегося от Майкла, а теперь мне вдруг
понадобилось его забрать. (Я потом довольно долго носила его в сумке как талисман, пока однажды не потеряла.) Заодно мы зашли в Dorchester и попросили у портье «проспект», «буклет», «книжку с картинками» — он долго не мог понять, что нам надо, но потом дал очень красивую рекламную брошюру отеля.
Чтобы мне не ночевать больше на лестнице, мы решили в воскресенье вечером поехать в аэропорт. Там было словно в раю - тепло, сухо, безопасно, и совсем скоро мы уснули, свернувшись в спальных мешках на удобных креслах в зале ожидания. И перед этим мы наконец-то вкусно поели!
События последних дней крутились у нас в головах. Вспоминая их, мы время от времени смеялись. Хотя нет, мы смеялись почти постоянно, но при одной мысли о Майкле начинали по нему болезненно скучать.
В понедельник мы вернулись в Мюнхен, к нашей обычной жизни. Я даже пошла после обеда на работу, но перед этим наконец-то приняла горячий душ!



Ты

Михаила Хубер, Гэрмания

You arc the rainbow on a rainy day,
You eolored my life, scaring darkness away.
You arc the compass in my life when I’m lost,
You gave me hope when I needed it most.
You’ve changed my life in every single way,
And I miss you more with every passing day.
You are not like anybody I ever knew,
You arc something special, just simply YOU!
I miss you Michael, my sparkling star,
Now shining so bright but also so far.
On earth you were an angel in disguise,
And now may you rest in paradise.
The Lord took you to a better place,
A place with no name, a place filled with grace.
Now, you’re free from anguish and pain;
No more despair and sorrow again.
Now, the world knows your invaluable worth;
You were such a precious human being on this earth.
I thank you deeply for all you have given,
For all your strength and for all you have striven.
I thank you deeply for your lovely reverie,
Your inspiration and your encourage for dignity.
I love you Michael, I really do,
You’re always on my mind, and I’ll pray for you.
You will forever rock my world!

Ты — радуга в дождливый день,
Ты раскрасил мой мир красками, прогнав темноту. Ты - мой жизненный компас, когда я теряюсь,
Ты дал мне надежду, когда она была особенно нужна. Ты изменил мою жизнь, как это только возможно,
И я скучаю по тебе все больше с каждым днем.
Ты не похож ни на кого из тех, что я знала,
Ты — особенный, ты — это просто ТЫ!
Я скучаю по тебе, Майкл, моя сверкающая звезда, Светящая теперь так ярко, но так далеко.
На земле ты был тайно присланным ангелом,
И теперь отдыхай на небесах.
Господь забрал тебя в лучшее место,
В неизвестное место, в благодатное место.
Теперь ты свободен от страданий и боли:
Нет больше отчаяния и печали.
Теперь мир понял, как ты бесценен:
Ты был драгоценным человеком на земле.
Спасибо от всего сердца за все, что ты дал нам;
За твою силу и за то, чего ты добился.
Спасибо от всего сердца за прекрасные грезы,
За вдохновение и за урок достоинства.
Я люблю тебя, Майкл, очень люблю.
Ты - всегда в моих мыслях, и я молюсь за тебя.

You will forever rock my world!

Простыни

Кристина Санчес, Испания

Я побывала на концертах Майкла четыре раза, когда он выступал здесь в Испании в 1988-м и 1992-м годах.
Помню, я подумала, что он выглядит совершенно так же, как на видео и фотографиях.
Еще помню, как он подошел к краю сцены и посмотрел вниз на нас, а я совершенно не сходила с ума. Я спокойно стояла и повторяла: «О боже, это он!»
В 1992 году я поехала на концерт в Овьедо и была у ворот гаража отеля, когда выезжала его машина. Он помахал и улыбнулся нам, поклонникам, выглядывая между двумя передними сидениями автомобиля. Через два дня я сделала так же в Мадриде. На этот раз я ждала у гаража его возвращения, и когда Майкл приехал и вышел, он помахал нам перед тем, как зайти внутрь. Я никогда не забуду свои мысли и чувства в тот момент, когда увидела его чудесную улыбку и великолепные сияющие черные волосы.
Однажды, после того как Майкл уехал, я и еще пара девочек зашли в его отель и пробрались на этаж, где он жил. Горничные уже убирались в его номере. Я заглянула внутрь и увидела белое пианино, а рядом что-то вроде портрета, который он нарисовал черным карандашом на простынях. До сих пор не понимаю, почему у меня не хватило смелости забрать эти простыни. Дуреха!


Бог посадил этого мальчика
К себе на колени и сказал :
"Ты ,будешь править миром музыки!
Он твой!!!! "


Сообщение отредактировал Nike - Четверг, 19.01.2012, 00:58
 
NikeДата: Среда, 18.01.2012, 04:54 | Сообщение # 4
Группа: Специалист
Сообщений: 6208

Статус: Offline



Ущипните меня! (это рассказ просто удивительный !!!)

Марина Доблер, Германия

Наконец-то! Самолет взлетел! С каждой секундой он поднимался все выше в небо, а вместе с ним нарастало и наше волнение. Да, мы снова сделали это! Мы были на пути к Майклу и на этот раз должны были облететь половину Земного шара, чтобы увидеть его. С каждой милей мы приближались к нему и уносились от нашей повседневной жизни. Это было потрясающее, волшебное чувство. Позади осталось несколько недель приготовлений, и теперь нас с Соней распирало от радостного нетерпения. Кто знал, какие приключения ждут впереди?
Хотя мы и до этого довольно часто путешествовали за Майклом, на этот раз наш путь лежал в Калифорнию — к нему домой. Поэтому эта поездка была уникальной и куда более захватывающей, чем все, что случалось раньше. Уже одно то, что нам предстояло собственными глазами увидеть места, о которых мы лишь читали, исполняло мечту, но мы знали, что нас ждет нечто большее. Нам удалось купить билеты на вечеринку по случаю 45-летия Майкла Джексона в театре Orpheum в Лос-Анджелесе, и согласно плану ее должен был посетить сам Майкл. Мы были очень взволнованы, хоть и немного расстроены тем, что друзья не смогли поехать с нами. Но путь был неблизкий. Мы пообещали им, что когда вернемся, обязательно обо всем расскажем, и поэтому начали вести путевые заметки.
Во время 14-часового перелета мы с Соней вспоминали предыдущие события нашей фэн-жизни. Создавалось ощущение, что иначе она просто не могла сложиться. Я пришла к музыке Майкла, когда чувствовала себя одинокой и непонятой. — в сложный период под названием «подростковый возраст». Читая о Майкле и его юности, я поняла, что не одинока в своих проблемах. Даже такой потрясающий человек, Майкл Джексон, переживал те же чувства, и уже одна эта мысль очень мне помогла. А его музыка, его тексты придали мне силы, нужные, чтобы двигаться вперед и найти собственный путь. Он был моим якорем в море неопределенности, моим гидом к джунглях растерянности и путеводной звездой в поиске жизненных ценностей.
С годами все изменилось к лучшему, и я познакомилась с множеством людей, которые тоже были поклонниками Майкла. Они думали так же и чувствовали так же, и вскоре нам стало казаться, что мы знакомы уже много-много лет. С того момента для нас не было недоступных мест, недостижимых целей и несбыточных мечтаний. В какой бы точке мира и в каких бы обстоятельствах мы ни оказывались, будь то холодной ночью возле отеля Майкла или в Нью-Йорке посреди хаоса 11 сентября 2001 года, - когда мы были вместе, мы чувствовали себя в безопасности. Думаю, именно это и называется «родственные души», и я счастлива, что нашла их благодаря Майклу.
«Дамы и господа, мы приближаемся к международному аэропорту Лос-Анджелеса». Объявление капитана вернуло нас в реальность. Но было ли это реальностью? Напротив, все казалось сном, мечтой, которая вот-вот осуществится!

ДНЕВНИК

Четверг, 28 августа 2003 года


Ну и денек! Утром мы первым делом взяли напрокат машину и поехали через огромный город Лос-Анджелес в долину Сайта Инез, где находилось ранчо Майкла. Мы очень волновались: эти семиполосные шоссе, интенсивное движение и пробки заставили нас понервничать! Но благодаря потрясающей способности Сони читать карты, мы храбро преодолели все препятствия. На выезде из Лос-Анджелеса нас вознаградил потрясающий вид бескрайнего Тихого океана вдоль дороги и синее безоблачное небо над головами. В волнующем предвкушении мы ехали по шоссе 101, а из колонок раздавалась музыка Майкла: «You rock my world, you know you did...» К счастью, никто не слышал, как мы подпевали. Нас охватило чувство свободы, на душе было радостно и хорошо. Могла ли жизнь быть еще прекраснее?
Под звуки «Let me show you, let me show you the way to go....» мы подъехали к Санта-Барбаре. Очень трудно было сосредоточиться на дороге, слушая музыку и витая в облаках, но нам надо было не пропустить нужный съезд, чтобы добраться до Неверлэнда, находящегося в стороне от трассы. Свернув с шоссе, мы поехали по холмам и долинам, через мосты и мимо глубокого голубого озера Качума, пока наконец не увидели указатель на Фигероа-Маунтин-роуд. Повернув на эту узкую неровную дорогу, мы уже едва сдерживали эмоции. «Почти приехали!» — крикнула я. С каждой секундой наше волнение росло, и, видимо, поэтому ворота Неверлэнда мы прозевали.
«Стой!! — закричала Соня. — Вон они! И там даже есть фэны!» Какой конфуз! Мы уже проехали метров на пятьдесят вперед. Стараясь не привлекать внимание поклонников, которые ждали у простеньких, ничем не примечательных деревянных ворот, мы развернули машину и припарковались. Нас распирало от восторга, но мы старались не подавать виду: спокойно подошли и поздоровались. Некоторых фэнов мы узнали по предыдущим «майклопоездкам» и, увидев знакомые лица, сразу расслабились.
«Так это и есть Неверлэнд?» - спросила я. При взгляде на луга с пасущимися коровами, мощные дубы и маленький домик охраны рядом с деревянными воротами в это все еще верилось с трудом. Я представляла себе Неверлэнд совсем не так. «Да, — ответил один из фэнов. — Но это только внешние ворота». Однако прежде чем мы смогли уточнить, что он имел в виду, нас прервали. Женщина в униформе подошла к нам со словами: «Так, ребята, отойдите от дороги!», и в этот момент мы заметили приближающийся черный «роллс-ройс». Мы с Соней затаили дыхание. Ворота медленно отворились, и все 20 фэнов послушно отступили в сторону. Кто это выезжал? Майкл? Нет, не может быть! Мы только приехали, неужели нам настолько повезло? А вдруг?! Не может быть. Потом из-за ворот вышел второй охранник и велел всем отойти еще дальше. «Ребята, это не он! Не надо бежать за машиной».
Блестящий автомобиль медленно проехал мимо, а следом за ним выехал черный джип. Когда он поравнялся с нами, у нас возникло чувство, что Майкл — там. У него сильнейшая аура! Такое уже бывало несколько раз в других поездках: его присутствие чувствовалось еще до того, как он появлялся на виду. И действительно, когда машина проезжала мимо фэнов, стекло опустилось, и мы увидели Майкла. Широко улыбаясь, он помахал нам рукой. «О, боже, — пролепетала Соня. - Это действительно Майкл!» А я просто стояла в шоке, пытаясь улыбнуться и помахать в ответ. Выехав на дорогу, машина набрала скорость и скрылась вдали, а мы так и остались стоять с открытыми ртами. У нас не было слов. Мы только что приехали и уже увидели его! Конечно, всем фэнам стало интересно, куда Майкл поехал, и некоторые даже попытались последовать за ним, несмотря на запрет охранников. Но нам с Соней было более чем достаточно его улыбки и взмаха руки. Разве может быть что-то лучше? Мы и этого-то не ожидали!
Спустя некоторое время мы пришли в себя и вспомнили, что надо еще найти, где бы переночевать и купить еды. Поэтому мы заставили себя уехать из Неверлэнда, хотя сделать это было очень нелегко. В симпатичном городке Солванг всего в паре миль от ранчо мы отыскали уютную гостиницу и магазин. Это был очень приятный город, и мы бы с удовольствием там погуляли, если бы мысленно уже не были опять в Неверлэнде. Что произошло там за время нашего отсутствия?
Приехав обратно, мы узнали, что Майкл некоторое время назад вернулся. Ходили слухи, что он с ребенком был у дантиста. Еще поговаривали, что кого-то из ожидавших у ворот фэнов пригласили в Неверлэнд, но никто не знал точно, правда ли это. Вскоре стемнело, и над нашими головами замерцали звезды. В воздухе пахло сеном, а небо было таким чистым, что виднелся Млечный Путь. Вечер был поистине волшебным. Внезапно тишину нарушил странный шипящий звук, мы посмотрели вверх и увидели огромный метеор, пролетевший над нами и исчезнувший за холмами Неверлэнда. Потрясающе: никогда раньше мы не встречали ничего подобного! Даже охранник, дежуривший у ворот, подбежал к нам со словами «Вы видели?! Какой здоровенный!» И правда, это был не просто метеор, а скорее комета с искрящимся хвостом! Прямо как в сказке. Эта местность казалась такой же волшебной, каким был для нас сам Майкл. Конечно, мы с Соней - как, наверное, и другие фэны — загадали желание, ведь теперь дальнейшие события от нас не зависели. Очарованные магической ночью, мы даже не заметили, как похолодало, и только когда сгустился туман, в темноте завыли койоты и волки и обстановка уже начала слегка напоминать видеоклип «Thriller», мы решили, что пора возвращаться в гостиницу.
Сев в машину, мы вдруг поняли, что с завтрака ничего не ели и очень проголодались. До поездки мы прочитали небольшой рассказ про Майкла и ресторан Тасо Bell в Буэллтоне, соседнем с Солвангом городке. В рассказе говорилось, что иногда поздно вечером, когда дети ложились спать. Майкл заезжал в этот непримечательный маленький ресторанчик съесть какой-нибудь жирный фастфуд. Его любимым заказом якобы было «блюдо номер 7». «Что ж, почему бы и нет?» — подумали мы с Соней и поехали в Буэллтон, где я заказала это блюдо. Большая ошибка с моей стороны! После пары кусков стало понятно, что «номер 7» действительно состоит из одного жира, так что нас с моим желудком ожидала ужасная ночь.

Цитата дня: «Номер 7 не оправдал ожиданий!




Пятница, 29 августа 2003 года. «С днем рождения. Майкл!»


После неспокойной (из-за «номера 7») ночи мы проснулись — хотя правильнее было бы описать это так: сначала осторожно приоткрываешь один глаз, а спустя мгновение возносишься на седьмое небо, вспомнив, что должно сегодня произойти. Ведь наступил ЕГО день рождения! Скоро мы присоединимся к другим фэнам у ворот ранчо, чтобы отпраздновать это событие и, если повезет, передадим через охрану подарки. Поэтому после завтрака мы собрались, надели самодельные футболки с надписями «Праздничная делегация из Мюнхена», взяли наш баварский плакат и отправились в Неверлэнд. По дороге на нас опять нахлынули эмоции: поездка по этой живописной местности, которую Майкл называл своим домом, в сочетании с его музыкой была уникальна. Создавалось ощущение, что здесь проще понять, что он за человек и чем он живет. Я знаю, что это звучит странно, но именно такое было чувство.
Мы приехали примерно в пол-одиннадцатого, и несколько фэнов были уже у ранчо. Стоял прекрасный солнечный день. Мы расселись на траве рядом с дорогой, болтая и представляя, как проведет этот день Майкл. В тот день у ворот кипела жизнь. То и дело приезжали и уезжали курьерские машины, а также черный лимузин (поздравители?), замочный мастер (он, что, где-то себя запер?), и в довершение всего, грузовик с цементом (да что он там делал в свой день рождения??). Фэны все прибывали и прибывали, и атмосфера становилась веселее и безумнее с каждой минутой. Деревья и газоны были украшены шариками и гирляндами, играла музыка Майкла. Теперь все действительно стало похоже на день рождения. Иногда, когда становилось тихо, нам было слышно, как в домике охраны звонит телефон. Ближе к вечеру после одного из таких звонков к нам вышел охранник и спросил, хотим ли мы передать Майклу подарки. «Конечно!» - практически хором ответили все. Радостные, мы с Соней побежали к машине и достали наш бело-синий баварский мешок с подарками. Добрый охранник все собрал, сложил в пикап и уехал по направлению к дому Майкла. «Ух ты! Он увидит наши подарки!» — воскликнула я. «Да! Уверена, он от души посмеется!» — с улыбкой ответила Соня. Мы привезли ему много смешных и необычных подарков из Мюнхена, включая диск с традиционной баварской музыкой.
У всех было отличное настроение. Некоторые фэны начали танцевать и пародировать видеоклипы Майкла, а мы смотрели, подпевали и хлопали в ладоши. Было очень весело, и наши смех и пение раздавались над всей долиной. Через некоторое время я случайно взглянула на территорию Неверлэнда и увидела, что в нашу сторону медленно движется маленький белый гольф-мобиль, в котором сидит человек одетый в черное. «Соня, смотри!» — окликнула я подругу ими обе моментально узнали в человеке Майкла. Мы просто почувствовал и, что это он. Другие фэны тоже заметили его и начали махать руками. В этот момент машинка неожиданно развернулась на 180 градусов (чуть не перевернувшись при этом) и быстро скрылась, оставив позади облако пыли.
Мы были одновременно озадачены, удивлены и обрадованы. Это точно был Майкл! Он, наверное, испугался, поняв, что мы узнали его, хоть и был довольно далеко от нас. «Он определенно недооценивает свою ауру!» — воскликнула Соня. Обсудив это событие, мы пришли к выводу, что Майкл, должно быть, хотел узнать, откуда раздаются музыка и смех и сколько фэнов собралось у ворот. Как же потрясающе было знать, что в свой день рождения он — рядом и что мы, фэны, ему интересны. Воодушевленные, мы продолжили отмечать, периодически поглядывая в том направлении, куда он исчез.
Однако вскоре наш праздник был нарушен: к воротам подъехала полицейская машина. Строгий офицер направился прямо к домику охраны, и нам было слышно, что он о чем-то разговаривает с охранниками. Озабоченные, мы выключили музыку, пытаясь понять, что происходит. У нас было дурное предчувствие, что праздник сейчас закончится: ведь мы вели себя довольно громко и стояли прямо на проезжей части. Но несколько минут спустя офицер сел в машину и уехал. Мы были озадачены. Однако прежде чем мы выдвинули какие-либо предположения, к нам подошла женшина-охранник. «Минуточку внимания! — решительно сказала она. — Ребята, вы должны уйти с улицы. Пожалуйста, сядьте по машинам и....» - «О нет, я так и знала! Нас прогоняют!» - подумала я. Но не успела я окончить свою мысль, как женщина продолжила: «...и заезжайте внутрь!»
Что??!!! Все были потрясены. «Она сказала ВНУТРЬ?» -спросила Соня, вытаращив глаза. Я посмотрела на нее, пребывая в таком же шоке, и медленно кивнула: «По-моему, да».
Фэны уже побежали к машинам и начали выстраиваться перед воротами, и тогда мы поняли, что не ослышались.
«Не могу поверить!» — закричала я, сев в машину. «Я тоже!» - ответила Соня, судорожно разыскивая пудру в наших сумочках. В других машинах, судя по всему, происходило то же самое: девочки поправляли макияж и красили губы прямо за рулем. Ну и зрелище! У ворот нам было велено оставить фотоаппараты, после чего охранник в пикапе сопроводил нас внутрь Неверлэнда.
Я так волновалась, что чуть не забыла, как водить машину! Вскоре мы подъехали к парковке рядом с самыми красивыми воротами, какие мне доводилось видеть в жизни. Уже стемнело, но в Неверлэнде призывно мерцали миллионы огней. Мы по очереди подписали документ о том, что мы обязуемся не фотографировать и т. д. За это время я немного пришла в себя и осознала, где нахожусь. Прямо в Неверлэнде! Все это казалось настолько невероятным, что я даже расплакалась. Сбывалось одно из моих самых заветных желаний! Я даже и представить себе не могла, что однажды окажусь в этом замечательном месте. Кто бы мог подумать! Все происходило так быстро и удивительно, и атмосфера была такая волшебная, что мне даже пришлось пару раз ущипнуть себя, чтобы убедиться, что это не сон. Взглянув на Соню, я поняла, что она переживает те же эмоции.
После подписания документа нас пригласили пройти через золотые ворота, на которых было написано «Dieu et mon droit» («Бог и мое право»). «А, так вот какой тут девиз!» - захихикала Соня. Я тоже улыбнулась, и в голове моей возникли картины, которые я постаралась поскорее изгнать. Впечатленные, мы прошли через ворота к ожидавшему нас маленькому красному поезду. Все заняли свои места, и поезд, издав громкий гудок, отправился. Началось самое главное путешествие в нашей жизни. Я даже не знала, куда смотреть в первую очередь, и, словно губка, старалась впитать в себя как можно больше впечатлений. Холодный воздух ласкал лицо, из невидимых колонок, спрятанных повсюду в клумбах, раздавалась классическая музыка, огромные старые дубы светились миллионами миленьких фонариков. Создавалось ощущение, что вокруг сияет волшебным светом, и было почти невозможно поверить в реальность происходящего. Громкий гудок поезда эхом отдавался в темноте, а мы с Соней то и дело щипали друг друга, пока проезжали мимо озера с огромным освещенным фонтаном, мимо романтичного каменного мостика, ведущего к прекрасному дому, и пока, наконец, не прибыли в парк развлечений.
Все аттракционы были освещены. Один их вид лишил нас дара речи. Мы с Соней в восхищении глядели на все это и поначалу даже не решались сойти с поезда, но потом один из охранников заметил, что мы приросли к месту, и учтиво пригласил нас выйти, погулять и покататься вместе с другими фэнами. Мы медленно двинулись к подвесным качелям. Как оказалось, этот аттракцион был сделан в Баварии, у нас на родине, о чем мы узнали из надписи на нем. Неудивительно. что именно эта карусель помогла нам расслабиться. Из колонок раздавалась музыка Р. Келли. «Это просто рай!»— крикнула я Соне. Катаясь на карусели, мы смеялись безудержно. Потом мы присоединились к другим фэнам и вместе сели в лодку под названием «Морской дракон». Ладья начала раскачиваться, и откуда-то прозвучало: «Двигайся как змея!» Мы вздрогнули от неожиданности, но потом поняли, что это снова лишь голос Р. Келли из колонок. И опять мы смеялись, а на наших глазах выступали слезы радости. Никто не хотел уходить с этого аттракциона, и нам разрешили прокатиться еще раз. Теперь заиграла песня «Ignition», и так как все мы видели фильм «Private Home Movies» («Домашняя видео коллекция Майкла Джексона»), мы знали, что это одна из любимых песен Майкла. «А-а-а-а, я не могу в это поверить!» - кричала Соня, и я чувствовала себя точно так же.
Потом нам захотелось в туалет, и охранник показал дорогу к кинотеатру. О боже! Его кинотеатр! Тот самый, который много лет назад мы видели по телевизору во время интервью Майкла Опре Уинфри. И теперь мы сами здесь - зашли в туалет! Поверьте, это тоже стало незабываемым впечатлением.
Вернувшись в парк, мы решили покататься на авто скутерах. Было очень весело, особенно оттого, что поначалу мы никак не могли справиться с рулем и постоянно врезались в генератор тумана под песню Lumkfce «Never Leave You». Нас всех окружал густой туман, поэтому фэны постоянно сталкивались друг с другом. Мы так хохотали! Потом, разгоряченные и довольные, мы направились к карусели. Ее вид вернул нас в детство, и мы моментально успокоились. Взобравшись на лошадь, я подумала: «Интересно, Майкл тоже катался на этой лошадке?» Потом Соня призналась, что и у нее были аналогичные мысли, и мы решили, что нам срочно нужно остыть.
Рядом мы заметили киоск с мороженым. В тот день я попробовала самое вкусное в своей жизни клубничное мороженое. Один взгляд на большие часы вернул нас в реальность — было уже почти одиннадцать вечера! За весельем время летит незаметно. Постепенно остальные фэны тоже стали собираться на маленькой площади, чтобы перекусить после насыщенного впечатлениями вечера. И тут вдруг впервые за все время, что мы там были, заиграла песня Майкла «You Rock My World». Какие звуки! Многие начали петь и танцевать, но мы с Соней были в этом не сильны и, не желая позориться, отошли от толпы в сторонку.
На самом деле мы хотели найти урну, чтобы выбросить палочки от мороженого, но тут нам в голову пришла идея. «Надо набрать камешков для друзей, в качестве сувениров», — предложила Соня. Какая отличная мысль! Мы были в стороне от толпы и охраны и воспользовались этой возможностью, чтобы поковыряться в клумбе. Нам казалось, что в темноте нас никто не видит. «Черт, здесь нет камней!»— озадаченно сказала я Соне. «Здесь тоже» — расстроенно ответила она. «Может, взять немного листиков?» — спросила я, начиная волноваться, что нас заметит охрана.
Мы все еще стояли на коленях возле клумбы, как вдруг у нас возникло странное чувство, будто за нами кто-то наблюдает. Мы медленно подняли головы и, к своему удивлению, увидели в нескольких метрах от нас человека, одетого в темный свитер и бейсболку, сидящего в гольф-мобиле с выключенными фарами. Как только человек понял, что мы его заметили, он немедленно укатил в темноту, явно веселясь и размахивая руками в такт музыке. Мы с Соней посмотрели друг на друга с раскрытыми ртами. «Это был Майкл?!» -наконец-то смогла выдавить из себя я, и Соня кивнула: «Кажется, да...» Очевидно, он наблюдал, как мы, его фэны, развлекаемся в парке, и, наверное, подумал, что в этом темном yголке егo никто не заметит. Пелена упала с наших глаз. Конечно, это же так в его духе! Он обожал быть незаметным наблюдателем и, наверное, следил за всеми нами с того самого момента, как мы вошли в Неверлэнд. Мы с Соней тут же стали вспоминать, не сделали ли чего-нибудь такого, за что нам было бы стыдно. К несчастью, мы насчитали много таких моментов... Покраснев, мы вернулись к толпе, предварительно все-таки подобрав несколько камней с насыпи у железной дороги. Интересно, заметил ли Майкла еще кто-нибудь? Потом мы узнали, что некоторые другие фэны тоже его видели, но, к счастью, смогли удержать себя в руках.
Мы решили еще немного погулять по окрестностям, но вскоре охранники объявили, что пришло время прощаться с Неверлэндом. Конечно, этот момент наступил слишком быстро. Там было еще столько интересного, но близилась полночь, и даже самые прекрасные сны подходят к концу. Учтивые охранники проводили нас к поезду, и один из них сказал, что мы можем спеть Майклу песню, если хотим. Мы поинтересовались, услышит ли Майкл, ведь дом довольно далеко от парка. Охранник, загадочно улыбнулся и уверил наc, что услышит. Мы с Соней тоже улыбнулись, зная, что он где-то поблизости. Воодушевленные, все сто фэнов, уже сидя в поезде, начали во весь голос и более или менее в унисон петь «С днем рождения, Майкл!» Пока мы доехали до стоянки, песня прозвучала по крайней мере на четырех языках. Ну и зрелище, должно быть, мы собой являли! А главное, какие звуки раздавались в ту ночь над обычно тихой долиной!
На парковке все притихли, и тут на нас нахлынула грусть. Все закончилось, и закончилось слишком быстро. Хотя мы провели в парке несколько часов, казалось, будто мы только что прибыли. Оглянувшись на золотые ворота, через которые мы прошли минуту назад, я не смогла справиться с эмоциями: слезы покатились по моим щекам. «Спасибо, Майкл! Огромное спасибо!» — бормотала я, закрыв глаза и вдыхая воздух, наполненный ароматами трав и цветов.
В гостиницу мы возвращались в молчании — нам обеим нужно было время, чтобы осознать все, что произошло. Но потом мы снова начали говорить и теперь уже не могли остановиться. Мы про беседовали практически всю ночь, повторяя снова и снова все, что пережили, чтобы ничего не забыть и наконец в это поверить.

Цитата дня: «Мечты действительно сбываются, если им позволить!»


Бог посадил этого мальчика
К себе на колени и сказал :
"Ты ,будешь править миром музыки!
Он твой!!!! "


Сообщение отредактировал Nike - Четверг, 19.01.2012, 01:03
 
NikeДата: Среда, 18.01.2012, 04:55 | Сообщение # 5
Группа: Специалист
Сообщений: 6208

Статус: Offline



Суббота, 30 августа 2003 года

Ну и утро! Пробуждение стало настоящей пыткой. Красные глаза и хриплые голоса явно свидетельствовали о слишком короткой ночи. Однако, полностью проснувшись, мы вспомнили, что произошло накануне и, главное, что нас ждет сегодня. Моментально мы почувствовали выброс адреналина и выпрыгнули из кроватей. Конечно, мы знали, что ничто не сможет превзойти вчерашний вечер, но нам было любопытно, какую вечеринку устроит фэн-клуб по случаю дня рождения Майкла и придет ли на нее он сам.
Вскоре мы уже снова мчались по шоссе 101, на этот раз — в Лос-Анджелес. Приехав в отель, мы решили отдохнуть и освежиться после долгой дороги. Однако вскоре волнение взяло верх: ведь мы знали, что через несколько часов, возможно, снова увидим Майкла. Тут возник спор: мы никак не могли решить, надевать ли на вечеринку наши традиционные баварские платья «дирндл». С одной стороны, в платьях мы наверняка привлечем к себе внимание (особенно Майкла), а именно такова и была наша цель. В то же время мы стеснялись, представляя, как все будут на нас смотреть. Немного поразмыслив, мы решили все-таки их надеть.
Потребовалась определенная храбрость, чтобы выйти в этих платьях из машины в центре Лос-Анджелеса, под взглядами каких-то крутых парней-рэпперов на парковке. Сначала они были весьма удивлены, но вскоре, конечно, заулыбались. «Дамы, вы откуда?» — спросил один из них, пока другие хихикали. Но мы с Соней, напустив на себя равнодушие, полностью их проигнорировали и направились к входу в театр Orpheum.
У театра мы поучаствовали в лотерее, где призами были встреча с Майклом и визит в Неверлэнд, однако нам не повезло. При входе в зал нас охватило волнение. У нас был отличный обзор ложи, предназначенной для Майкла, — она располагалась всего в нескольких метрах от наших мест. Нас распирало от любопытства, в каком костюме он придет и заметит ли нас. Вскоре зал заполнился, и через некоторое время освещение погасло. Взволнованные возгласы фэнов, которым было видно больше нашего, сигнализировали о том, что что-то происходит.



И, конечно, причиной всему был Майкл! Он появился в ложе со своим сопровождением, выглядел очень стильно, улыбался и махал фэнам рукой. Все начали махать ему в ответ и скандировать: «Майкл! Майкл! Майкл!» Сотни фэнов выкрикивали его имя, и ему явно приятно было видеть, что все так радуются. «Боже, он потрясающе смотрится в этих обтягивающих блестящих джинсах и белой рубашке!» — крикнула я Соне. «О, да! — ответила она, и добавила: — Теперь мы точно не сможем сосредоточиться на шоу!»
Майкл сел на место, мы немного пришли в себя и тоже смогли сесть. К. счастью, когда погас свет, все успокоились, поэтому выходящим на сцену артистам никто особенно не мешал.
Шоу началось с выступления группы в костюмах римских легионеров. Это было одновременно прикольно и немного дико, но нас с Соней раздирало противоречие. Нам хотелось смотреть шоу и в то же время видеть Майкла, но так, чтобы не пялиться на него постоянно. Поэтому мы то и дело украдкой бросали взгляды на ложу: Майкл внимательно смотрел концерт и хлопал после каждого выступления.
Спустя какое-то время мы с Соней почувствовали, что за нами кто-то пристально наблюдает. К тому моменту мы уже привыкли ощущать на себе чужие взгляды, хотя приятнее от этого не становилось. В этот раз нам показалось, что на нас смотрят с ложи. Естественно, мы подняли головы вверх, чтобы проверить это предположение, и в шоке (мягко говоря) обнаружили, что на нас смотрит сам Майкл! Но как только мы встретились с ним взглядом, он тут же отвел глаза, спрятался за сидящим рядом ребенком и невозмутимо продолжил смотреть концерт. Эта игра повторилась несколько раз и одновременно возбудила и смутила нас. «Что происходит?!» — повторяла я. Соня предложила довольно очевидное объяснение: «Думаю, наш план по привлечению внимания сработал, но, наверное, платья "дирндл" показались ему чересчур странными!» Что ж, ничего удивительного!
Позднее на сцену вышел Брайан Макнайт и исполнил «Lady In My Life». Его выступление было очень красивым и трогательным, а когда он начал играть для Майкла «С днем рождения», песню подхватили все фэны в зале. В отличие от вчерашнего вечера в Неверлэнде, теперь мы видели, что Майкл смотрит на нас, улыбается и благодарит, сложив руки перед собой. Он выглядел так мило!
К концу шоу Майкл неожиданно покинул ложу. В зале возросло напряжение. Никто не знал, выйдет ли он на сцену или просто уже уехал. Ведущий вечера Стив Харви начал говорить, но ему с трудом удавалось успокоить фэнов, потому что все гадали, что сейчас произойдет. И действительно, через несколько минут на сцене появился Майкл, а за ним несколько телохранителей. В зале просто затряслись стены! Все повскакали с мест, Майкла приветствовали криками и аплодисментами. Происходило нечто невероятное! Мыс Соней тоже не могли сдержаться и, поддавшись всеобщему порыву, устремились ближе к сцене. Бегать в платьях оказалось весьма неудобно, так что мы не смогли занять места в первом ряду. Но у Сони возникла гениальная идея взобраться на спинку кресла, чтобы лучше видеть. Не раздумывая, я последовала ее примеру, но тут же обнаружила, что это была очень неустойчивая конструкция! От падения и большого конфуза меня спас крупный лысый мужчина, который выглядел как один из телохранителей Майкла. Времени на смущение не было, поэтому я собралась с духом и просто положила руку ему на лысину, чтоб удержаться и не упасть. Слава богу, присутствие Майкла так на всех повлияло, что этот человек ничего не сказал. Возможно, он даже не заметил, что я за него держусь. Теперь мне было очень хорошо видно Майкла, и я могла сосредоточиться на том, что он говорит. К счастью, мы стояли сбоку и не привлекали его внимания своей нелепой позицией.
Он был безумно милый, и, казалось, его немного смутили бурные нескончаемые аплодисменты. В своей речи он сказал: «Я смотрю в будущее с большим оптимизмом», «Я дам вам повод гордиться тем, что вы — поклонники Майкла Джексона», «Я хочу сделать Неверлэнд доступнее для фэнов» и «Мои дети — это ваши дети, и все дети мира — это наша ответственность». Потом Майкл объявил, что планирует создать новую благотворительную организацию под названием «Иди за мечтой» и мы, поклонники, можем стать «послами» этой организации в своих странах. Он продолжил: «Я призываю всех молодых людей добиваться исполнения своих мечтаний, потому что если это произойдет, миру удастся избежать многих проблем». Еще он сказал: «Я буду очень горд, если вы, фэны, станете послами организации по всему миру». В завершение он добавил: «Жизнь прекрасна, я люблю вас, вы лучше всех, огромное вам спасибо!»
Мы аплодировали и радовались тому, что Майкл говорил и планировал сделать. Нам было приятно видеть, что у него столько идей и желаний и что он хотел вовлечь в свои прекрасные проекты нас, поклонников. Все было очень волнующе, и тем вечером мы чувствовали себя буквально на небесах!
Осуществилась еще одна наша мечта: много лет нам хотелось поддержать Майкла в его благотворительной деятельности, и теперь это казалось возможным. Будущее представлялось радостным и ярким, словно радуга. Никакие преграды не могли остановить нас, когда рядом был Майкл. Вместе с ним мы были готовы изменить мир.
После его речи девочке, стоявшей у лестницы на сцену, разрешили подняться к Майклу. Она была очень взволнована, и Майкл крепко ее обнял. Но когда она поднималась по лестнице, случился конфуз: одна шлепка слетела у нее с ноги, и теперь она стояла перед Майклом наполовину босая. Он быстро понял, в чем дело, и, будучи джентльменом, попытался достать ее обувь так, чтобы не попасться в руки стоящих у сцены фэнов. Когда ему это, наконец, удалось, он опустился перед дамой на колено и — прямо как в сказке о Золушке — надел шлепку ей на ногу.
Девочка была вся красная от волнения и смущения, но Майкл, по всей видимости, получал удовольствие от этого эпизода. Он широко улыбнулся, как чеширский кот, и обнял девочку еще раз. Тем временем на сцену вышли все исполнители и хор и запели «We Are the World». Майкл чуть было не взял микрофон, но в последний момент передумал. Впрочем, он подпевал без микрофона, как и мы. Потом вынесли огромный торт, и все еще раз спели «С днем рождения, Майкл!» Вместе с одним из организаторов вечера Майкл отрезал первый кусок, откусил немножко, а остальное отдал фэнам в зал. Уходя со сцены, он приостановился у картин, которые написали для него фэны, чтобы повнимательней их рассмотреть, а потом скрылся из виду.
Мы с Соней улыбнулись друг другу. «Он такой чудесный!» — вздохнула она. Пока лысый мужчина не пришел в себя, я поскорее слезла с кресла, и мы вышли на улицу, чтобы посмотреть, как Майкл уезжает в огромном белом лимузине. Ну и вечер!

Цитата дня: «Внимание привлекают не только узкие блестящие джинсы, но и платья "дирндл"!»

Воскресенье, 31 августа 2003 года

Когда прозвенел будильник, нам трудно было заставить себя даже пошевелиться. Из-за пережитого накануне мы опять очень мало спали. Но на этот раз мы подготовились заранее. Одно слово: Red Bull! Благодаря этому энергетическому напитку нам удалось встать с кроватей и приехать в Неверлэнд к полудню. Мы прибыли как раз тогда, когда в ворота въезжали последние два автобуса победителей лотереи, выигравших возможность провести день на ранчо. Мы с Соней немного расстроились, хотя у нас и не было на это никакого права, ведь нам и так очень везло в последние дни и многие наши заветные мечты осуществились. Но все равно тяжело было смотреть, как люди едут в это волшебное место, и знать, что тебе туда нельзя.
Снаружи ждали несколько фэнов, от которых мы узнали, что Майкл еще не вернулся из Лос-Анджелеса. У нас снова затеплилась надежда увидеть его, если он приедет сегодня, поэтому мы успокоились и сели на траву у дороги, обсуждая события последних дней. Постепенно прибывали еще фэны, но белого лимузина Майкла все не было.
Около трех часов дня девушка, которую мы до этого не видели, попыталась всех нас собрать и выстроить у ворот. Мы решили, что она шутит, и не приняли ее всерьез, но она настаивала и пообещала, что проведет нас внутрь. Мы смотрели на нее с удивлением. Наконец, все 30—40 человек выстроились в ряд у ворот, все еще не понимая, что происходит. Но девушка действительно пошла поговорить с охраной, и, к нашему удивлению, ворота открылись! Мы разинули рты. «Не могу поверить!» — сказала я Соне, которая тоже ошарашенно качала головой. Мы опять почувствовали себя словно во сне. К нам подошли охранники с документами, которые надо было подписать (снова соглашение о том, что мы обязуемся не фотографировать), и после этого произошло все то же самое, что и в пятницу. В сопровождении охраны мы проехали на машинах внутрь, припарковались у золотых ворот рядом с автобусами и прошли к ожидавшему нас поезду.
Единственное отличие от пятницы состояло в том, что на улице было светло и мы могли все рассмотреть. Мы увидели Неверлэнд во всей красе и только сейчас поняли, насколько он огромен. По дороге в парк мы проезжали мимо красивых скульптур играющих детей, мимо индейской деревни, мимо лужайки для игр, озера с фонтанами, фламинго, лебедей и уток, огромных дубов, красочных цветочных клумб и прекрасного дома. Поезд снова прибыл в парк, полный фэнов и детей с родителями, которые развлекались и наслаждались чудесным днем. Все аттракционы работали, и кругом звучал смех. В отличие от пятницы, теперь людям можно было гулять по Неверлэнду всюду, где им хотелось. «Ущипни меня», — прошептала я Соне, не в силах поверить своим глазам. Но и это не помогло. Тот факт, что мы снова оказались в Неверлэнде, был слишком фантастическим! «Дома нам никто не поверит!» — сказала Соня, и, глядя друг на друга, мы рассмеялись.
На солнце быстро стало слишком жарко, и мы направились к кинотеатру. В зале было темно. На экране шла финальная сцена из «Thriller». Найдя свободные места и усевшись, мы почувствовали себя в раю: сидения были бархатными, мягкими и очень удобными, к тому же они двигались, и впереди имелось много свободного места для ног. Ухты! Так вот как Майкл смотрит кино! Но наше внимание быстро привлек начавшийся на экране фильм «Ghosts». Это был не обычный фильм, а другая версия с эпизодами, которых мы раньше не видели! Полная версия! «Мы смотрим его фильмы в его кинотеатре». — констатировала Соня, стараясь осознать смысл этой фразы. Майкл на экране произнес «Слишком поздно! Вы — мои гости!», и это только усилило чувство нереальности происходящего. После «Ghosts» показали неизданный трейлер, похожий на ролик «Brace Yourself» и, вероятно, сделанный когда-то для концерта или DVD. Мы много визжали, просто потому что не могли справиться с эмоциями, оттого что смотрим все это прямо у Майкла дома. Но когда началась трансляция выступления на Суперкубке, мы с Соней все же решили уйти из кинотеатра, потому что нам хотелось получше осмотреть Неверлэнд при свете дня. Перед уходом мы оставили у барной стойки наш баварский флаг с фотографией Майкла, вшитой на место короля Людвига II, в надежде, что Майкл его как-нибудь получит.
Выйдя наружу, мы прошли по узкой улочке, по которой Майкл улизнул от нас под покровом ночи в пятницу. Вскоре вдалеке показался его дом, и мы не спеша двинулись по направлению к нему. Дом выглядел красивым и уютным и излучал ауру какого-то особого спокойствия и умиротворенности. В это место хотелось возвращаться домой. Вокруг гуляли и другие люди, поэтому мы решились подойти поближе и остановились у детской площадки с песочницей, игрушками и качелями прямо у входа. Присев на качели и вбирая в себя окружающую атмосферу, мы отчаянно пытались справиться с вихрем эмоций и впечатлений. Напротив стоял деревянный домик для игр, на стене которого, над входом, была вырезана надпись: «Папа вас любит». Увидев эти три коротких, но таких значительных слова, мы чуть не расплакались. Мы знали, что Майкл — прекрасный отец, любящий своих детей, но видеть подтверждение этого именно здесь было очень трогательно.
Потом мы обошли дом и оказались у бассейна. Вода нагрелась на солнце. «Как жаль, что у меня с собой нет купальника!» — пошутила Соня. «Да уж, обидно!» — согласилась я, и мы расхохотались, представив, как бы мы тут купались. «Ну, намокнуть в Неверлэнде — это закон!» — добавила я, цитируя Майкла.
Мы еще немного побродили вокруг дома, но заглянуть в окна не решились. Это было бы неправильно, ведь Майкл и так позволил нам очень многое, и мы не хотели вторгаться в его личное пространство. Еще мы обнаружили боксерскую грушу, о которую Соня чуть не сломала пальцы, и батут, а потом услышали, как охрана объявляет, что пора возвращаться в парк. Неужели наш визит подошел к концу? Действительно, придя в парк, мы увидели, что первый поезд с фэнами уже отбыл. Часы показывали 18:30. Время опять пролетело слишком быстро! По пути к воротам мы проехали мимо дома Майкла и увидели через окно, как повар что-то готовит. «Время ужина, — сказала Соня. — Может быть, он скоро вернется?» И правда, через несколько минут после того, как мы покинули территорию Неверлэнда, Майкл приехал в своем белом лимузине, а за ним — несколько машин поклонников. Мы помахали ему и крикнули «Спасибо!», но он, к сожалению, не открыл окно. Вероятно, он немного устал от преследовавших его фэнов и хотел поскорее добраться домой, чтобы поужинать с детьми. Невозможно описать словами, как счастливы и благодарны мы были!

Цитата дня: «...И мы покачались на его качелях!»

1 сентября 2003 года

Сегодня впервые за все время, проведенное в Калифорнии, нам удалось выспаться. Мы даже купили еды в супермаркете, потому что не могли рассчитывать, что Майкл каждый день будет кормить нас своим попкорном и конфетами. К полудню, закончив все дела, мы, конечно же, снова отправились в Неверлэнд. Там опять собралось несколько фэнов, и они сообщили, что пока Майкла не слышно и не видно. «Возможно, он тоже решил сегодня поспать вдоволь», — предположила Соня, и я улыбнулась, представив эту картину.
Было очень жарко. Спрятавшись в тень под большим дубом, мы отдыхали и болтали с другими поклонниками. После насыщенных событиями предыдущих дней было ощущение, словно у нас выдался выходной. На холмах паслись коровы, в небе летали орлы, а в траве прыгали белки. Мы даже попытались приманить их печеньем, но у нас ничего не вышло. От безделья мы обратили внимание на то, что в Неверлэнде много скворечников (они не только были развешаны на деревьях, но и, к примеру, установлены у ворот), и принялись размышлять, отчего это. У нас родилась теория о том, что в скворечниках, должно быть, спрятаны маленькие камеры, чтобы Майкл мог видеть все, что происходит на ранчо и у ворот, не выходя из дома.
Позднее в Неверлэнд приехал черный лимузин, а где-то через час ветер донес до нас звуки гудков поезда и классическую музыку. Один раз мы даже заметили гольф-мобиль, но он был очень далеко, и кто бы там ни сидел, он не мог нас увидеть. Скорее всего, это Майкл показывал ранчо гостям. Примерно в восемь вечера к нам подошел охранник и сказал, что пора уезжать, потому что по ночам здесь может быть опасно. Поскольку за последние часы ничего интересного не произошло, мы, в некотором роде даже довольные, последовали его совету.
Вернувшись в отель, мы опять стали вспоминать события последних дней - самых счастливых дней в нашей жизни. Потом нас охватила грусть, и каждая из нас написала благодарственное письмо Майклу в надежде, что на следующий день удастся передать их через охрану. После этого, счастливые, мы наконец-то заснули.

2 сентября 2003 года

Наступило наше последнее утро в долине Санта Инез -и первое утро, когда мы почувствовали, что полностью адаптировались к смене часовых поясов. Как несправедливо! После завтрака мы решили сделать маленький крюк и посмотреть на океан. В долине было тепло и солнечно, но чем ближе мы подъезжали к пляжу Гавиота, тем гуще становился туман. Обидно. Мы так толком ничего и не увидели, кроме ручной чайки по кличке Гу-Гу и знака, предупреждавшего о змеях, поэтому вскоре повернули обратно. По дороге мы еще остановились у озера Качума, откуда открывался прекрасный вид. На этом осмотр достопримечательностей завершился, и наш дальнейший путь лежал прямиком в Невер-лэнд. Из колонок играла песня «Break Of Dawn». И вновь эта чудесная местность, где жил Майкл, в сочетании с его музыкой обострила наши эмоции. Нам казалось, что теперь мы вдруг до конца поняли его музыку и тексты. В случае «Break Of Dawn», как вы понимаете, это было особенно прекрасно.
День вновь прошел спокойно, и Майкла не было видно. Сидя у дороги, мы в последний раз насладились умиротворенной атмосферой, в последний раз понаблюдали, как въезжают и выезжают с ранчо рабочие, и в последний раз полюбовались на красивую местную флору и щекочущую нервы фауну (змей и пауков). Как бы мы ни хотели остаться, время невозможно было остановить. Нам, к счастью, удалось передать Майклу письма через одного из охранников, но прощаться с Неверлэндом от этого было не легче. За несколько дней, проведенных здесь, мы почувствовали себя как дома. Майкл принял нас как дорогих, желанных гостей. Благодаря его доброте, щедрости и любви исполнились наши заветные мечты.
Ближе к вечеру мы наконец-то взяли себя в руки и попрощались с оставшимися фэнами. Было очень тяжело. По пути в Лос-Анджелес мы плакали, но потом вспомнили одну из табличек, которую видели на выезде из Неверлэнда. На табличке были изображены три ангелочка, смотрящие вниз с облака, и под ними надпись: «До новой встречи!» Эта мысль о «новой встрече» нас очень утешила. Хотя сейчас нам надо было уезжать, мы в любое время могли вернуться, чтобы вновь увидеть Неверлэнд и оказаться рядом с Майклом. В тот день мы с Соней пообещали друг другу, что приедем снова, как только позволят наши банковские счета. Тогда мы еще не знали, какое событие опять приведет нас сюда совсем скоро. Но это уже другая история — совсем не радостная. История, ставшая началом конца.
Сейчас, лишь несколько лет спустя, эти три слова «до новой встречи», которые мне однажды довелось прочитать в волшебном, прекрасном, спокойном месте, где у тысяч людей — взрослых и маленьких — сбывались мечты, в месте под названием Неверлэнд, стали особенно важны для меня. Однажды эти слова утешили нас с подругой, когда нам надо было возвращаться домой из сказочного путешествия. Теперь же они приобрели еще большую значимость, потому что они — это все, что осталось, и в них кроется надежда мира. Надежда встретиться однажды с любимыми, которых мы потеряли, и снова быть вместе.
Майкл, я хочу сказать тебе большое спасибо за все, что ты сделал!
У меня никогда не найдется слов, чтобы как следует отблагодарить тебя за то, что ты изменил мою жизнь и подарил мне лучшие годы, чудесные воспоминания и жизненные ценности, которые особенно важны сейчас.
Ты был слишком хорош для этого мира. Ты опережал время. В ожидании нового завтра я говорю тебе: «До новой встречи, дорогой Майкл!»


Бог посадил этого мальчика
К себе на колени и сказал :
"Ты ,будешь править миром музыки!
Он твой!!!! "


Сообщение отредактировал Nike - Четверг, 19.01.2012, 01:07
 
NikeДата: Пятница, 20.01.2012, 00:50 | Сообщение # 6
Группа: Специалист
Сообщений: 6208

Статус: Offline



Ощущения в Неверлэнде

Мириам Лор, Германия

Wind caresses me softly.
Playfully chasing the leaves around my feet.
The sun wraps her wings around me.
Smilingly embracing me with her warmth.
The feeling of complete peace
Gets a new definition
In the presence
Of your love.
When I dose my eyes
And take a deep breath.
I can smell the sweet odour of your aura.
Joyful laughter floats through the air
And disappears between the mountains.
Smiling eyes wave at me,
"I don't know youu
But I know what you feci."
My soul stretches
And breaks the chains
Of pretending and hiding.
It rejoices in "myself,"
ibis is home!



Ветер нежно ласкает кожу,
Игриво гоняя листья у моих ног.
Солнце обнимает меня крыльями,
С улыбкой укутывая своим теплом.
Ощущение полной умиротворенности
Становится глубже
В присутствии
Твоей любви.
Когда я закрываю глаза
И делаю глубокий вдох,
Я чувствую сладкий аромат твоей ауры,
Слышу радостный смех, что проплывает в воздух
И исчезает меж гор.
Улыбки, глаза, что подмигивают мне:
«Я не знаю тебя,
Но знаю, что ты чувствуешь».
Моя душа расправляет крылья
И разбивает оковы
Притворства и двуличности.
Она ликует во мне:
Я дома!

Майкл в Омане


Самира Хариб Мод Аль Маскри, Оман

Меня зовут Самира из Муската, мне 31 год. Я люблю Майкла с четырех лет. В детстве мне нравился также Shakin' Stevens, но однажды — кажется, это было в 1980-м — я влюбилась в голос Майкла. Песни, которые мне запомнились с тех пор, — это «One Day In Your Life» и «I Can't Help It». Потом вышел «Thriller», и вот тут для меня все началось по-настоящему! С тех пор я полюбила Майкла Джексона на всю жизнь. Я без устали смотрела этот клип. Сейчас DVD с фильмом о том, как создавался «Thriller», уже не достать, а тогда все было на видеокассетах и легкодоступно.
«Thriller» стал моим любимым альбомом. У меня до сих пор дома огромное количество кассет, потому что на дисках все это здесь достать очень сложно. Тогда же я начала вырезать фотографии Майкла из газет и журналов, собирать плакаты... и собираю до сих пор. Я всегда ждала от Майкла чего- нибудь новенького. У него потрясающая музыка. Под нее можно танцевать, и в то же время она расслабляет. И я просто обожаю, как он танцует! Это был невероятно одаренный и талантливый человек.
Я никогда не была на концерте Майкла, но видела все его шоу на DVD — и, боже мой, они просто волшебные! Мне никогда не наскучит смотреть DVD с концертами Bad и Dangerous. А на своем рабочем компьютере я даже установила скринсейвер с Майклом Джексоном.
Будучи его поклонницей все эти годы, я всегда верила, что однажды встречусь с ним. И хотите верьте, хотите нет, моя мечта сбылась, когда Майкл приезжал в Оман в 2005 году.
Сначала появились слухи, что он в городе, и я этим слухам не поверила! Но об этом продолжали говорить, и у меня зародилось подозрение, что это может оказаться правдой. Я знала, что встреча с Майклом — практически невыполнимая миссия, но подумала, что если он и правда здесь, то я просто обязана его увидеть! Поэтому мы с другом Фаха- дом поехали к отелю Grand Hyatt. После нескольких часов ожидания стало понятно, что Майкл действительно здесь. Это было 16 ноября 2005 года, в канун моего дня рождения. К сожалению, в тот день нам не удалось увидеть Майкла, Но я не сдавалась, я очень хотела встретиться со своим кумиром!
На следующий день (в мой день рождения) я позвонила в отель и спросила, могу ли поговорить с Майклом Джексоном. Конечно, мне отказали и добавили, что Майкл просил его не беспокоить.
Таким образом, еще один день окончился неудачей, и я уже начала впадать в отчаяние. Но решимость все еще не оставляла меня, поэтому я позвонила в отель снова. На этот раз я спросила, где Майкл Джексон находится, и, к счастью, мне ответили, что завтра он переедет в отель А1 Bustan Palace!
Утром, ожидая своего друга на станции у часов, я с нетерпением отсчитывала минуты до осуществления своей мечты. Наконец Фахад появился, и мы отправились в А1 Bustan Palace. Там мы прождали целую вечность, но ничего интересного не произошло. Хотя я очень устала и расстроилась, я все же решила вернуться туда и на следующий день.
В воскресенье я села в фойе отеля и приготовилась к длительному ожиданию. Однако ко мне неожиданно подошел охранник, тот же самый, которого я видела в Hyatt несколько дней назад, и спросил: «Вы его еще не видели? Пойдемте, я вас представлю!» Я замерла, не в состоянии поверить своим ушам.



Но действительно, через несколько мгновений передо мной стоял Майкл, в красной рубашке, черных брюках и с распущенными волосами, и глядел на меня через черные солнечные очки. Моей первой реакцией было подбежать и обнять его, но вместо этого я сказала: «Привет ,я — Самира, большая поклонница!» Я очень жалею, что у меня с собой не оказалось фотоаппарата, но все происходило так быстро... Однако мне удалось получить у Майкла автограф.
«С любовью навсегда, Майкл Джексон», — написал он на внутренней стороне обложки своей книги. Он был просто потрясающий и такой добрый! Я никогда не забуду день, когда мне удалось встретиться с моим кумиром.
Наконец-то моя «невыполнимая миссия» была выполнена!
Я ВСТРЕТИЛАСЬ С МАЙКЛОМ ДЖЕКСОНОМ!



Бог посадил этого мальчика
К себе на колени и сказал :
"Ты ,будешь править миром музыки!
Он твой!!!! "


Сообщение отредактировал Nike - Пятница, 20.01.2012, 01:01
 
NikeДата: Пятница, 20.01.2012, 01:44 | Сообщение # 7
Группа: Специалист
Сообщений: 6208

Статус: Offline



Из Мюнхена в Дуйсбург: настоящее чудо

Зимми, Германия

Когда стало ясно, что Майкл действительно приедет на самое известное европейское телешоу «Welten, dass..?», фэны как с ума посходили: каждый хотел поехать на передачу в город Дуйсбург. Каждый хотел, да не каждый мог... Это, увы, относилось и ко мне. Я очень хотел увидеть Майкла, но просто не мог, потому что именно в тот день мне нужно было явиться на генеральную репетицию, а на следующий день на 10 утра у нас было назначено театральное представление. Я очень расстроился, но почему-то поверил, что у меня все равно получится попасть на шоу.
В течение следующих недель все фэны, в том числе и я, пытались достать билеты на передачу. К сожалению, мне это не удалось, так как все было распродано еще за 6 месяцев, хотя тогда никто даже не знал, что там будет выступать Майкл Джексон. Единственным шансом попасть туда было заплатить неимоверную сумму денег за билеты на «черном рынке». Цены в районе 1000 евро были в порядке вещей. Но для меня такая сумма являлась неподъемной, и кроме то-го, в моем театральном расписании ничего не изменилось. «Что ж, не повезло», — думал я, но глубоко в душе все еще верил, что как-нибудь да окажусь там.
За несколько недель до «Wetten, dass..?» я сходил на встречу фэнов в Мюнхене (который в то время был вторым родным городом Майкла). Оказалось, что специально для фэн-клуба компания SONY подготовила 40 дополнительных билетов на шоу. Поклонники пришли в восторг. Было решено распродать билеты на аукционе, чтобы все члены фэн-клуба могли принять участие в торгах. Вырученные деньги направлялись в фонд благотворительной организации Heal the World.
80
Я не участвовал в торгах, так как знал, что времени поехать в Дуйсбург у меня все равно не будет. От этой мысли становилось грустно. Когда все билеты, кроме одного, были распроданы, глава фэн-клуба объявил игру. Мы должны были отвечать на вопросы о Майкле, и тот, кто знал больше всех, получал оставшийся билет. Ну, и все произошло так, как и должно было произойти — так, как вы обычно читаете в сказках: я этот билет выиграл.
Я жутко обрадовался, но и расстроился одновременно: теперь у меня даже билет был, но я знал, что все равно не могу поехать! Пропустить или перенести репетицию не представлялось реальным, так как в спектакле было занято около двадцати человек. Более того, это была последняя репетиция перед премьерой. Мне было совсем не весело. Я начал думать, что теперь, когда у меня есть билет и нет возможности поехать, я отнимаю шанс увидеть Майкла у какого-то другого поклонника. Но сердцем я почему-то все еще верил, что буду гам.
Особенность этих выигранных билетов заключалась в том, что мы получили на руки не сами билеты, а только ваучеры. Настоящий билет нужно было забирать в Кельне за несколько дней до шоу. Все это было совершенно невыполнимо, и все же я начал искать подходящие авиарейсы.
К тому времени доступных по цене вариантов уже не осталось. Тем не менее, я еще раз проверил, не появилось ли что-нибудь случайно, и действительно, на этот раз увидел рейс, вылетающий из Мюнхена в 17:50 и прибывающий в Дюссельдорф в 19:15. Я вдруг снова разволновался. В аэропорту мне нужно будет всего лишь сесть на пригородный поезд до Дуйсбурга. Подходящий поезд, отправляющийся в 19:18 и прибывающий в Дуйсбург в 19:55, тут же обнаружился. Оттуда другой поезд пойдет до телестудии, где снимается «Wetten, dass..?», и прибудет в 20:40. Единственная «маленькая» проблема заключалась в том, что шоу должно было начаться в 20:15, а попасть в зал после начала трансляции было просто невозможно. Но черт возьми, у меня был этот билет, и мне хотелось поехать! И я все еще верил, что как-нибудь мне это удастся. Поэтому у меня родился план.
Первым делом нужно было изменить время репетиции, чтобы я смог попасть на вечерний рейс в Дюссельдорф. Скажите, вы когда-нибудь пробовали убедить двадцать актеров встать ни свет ни заря и прийти на репетицию к девяти утра вместо второй половины дня? И тем не менее, мне казалось, что это очень хороший план.
Сразу после посадки я побегу к пригородному поезду, а потом... СТОП. Ну разве это план? От самолета до поезда за три минуты? Все вы имели удовольствие летать и, я уверен, знаете, сколько времени требуется только на то, чтобы выйти из самолета, верно? Неважно. Так... значит, потом я доеду на пригородном поезде до центрального вокзала Дуйсбурга и пересяду на другой поезд, который отвезет меня к телестудии. Вроде звучит неплохо. «Единственной» проблемой может оказаться то, что я ни разу в жизни там не был, поэтому мне определенно понадобится время, чтобы найти нужный терминал. Ну что ж, даже если я не успею вовремя, я смогу сесть на следующий поезд и прибыть в студию в 20:40. Но к тому моменту шоу уже начнется... о нет, кажется, все впустую!
А потом я осознал нечто ужасное. Я забыл о том, что за день до шоу нужно еще забрать билет в Кельне! Мне нужен был надежный человек, который смог бы не только забрать мой билет, но и дождаться меня у телестудии, даже если передача уже начнется.
О боже! Этот «план» — никакой не план! Я знал, что это просто невозможно. Или, правильнее сказать, мой разум это знал, и мне действительно пора было посмотреть правде в глаза: ЭТО НЕВОЗМОЖНО. Но мое сердце верило теперь куда сильнее, чем раньше.
Поэтому я начал реализовывать свой план. Первый шаг — спросить режиссера, можно ли изменить время репетиции. Он ответил: «Ну, если никто не будет против, то пожалуйста». И я объяснил ситуацию двадцати людям, участвовавшим в постановке. Хотите верьте, хотите нет, но все они согласились! Поразительно, что они так поддержали меня, дав мне шанс увидеть Майкла.
Потом я забронировал рейс, попросил подругу забрать мой билет в Кельне за день до шоу и велел ждать меня у студии до восьми вечера. Я по сей день не знаю, что заставило меня ей это сказать. В тот момент слова просто сорвались с моих губ. Наверное, я уже плохо соображал. Ей тоже повезло получить билет на передачу, поэтому она не могла ждать ни минуты позже восьми. Но об этом я даже не думал. Я лишь сказал, что приду вовремя, и теперь, описывая эти события, я все еще удивляюсь, что был в этом так убежден. «Будь там в восемь». Я знал, что невозможно, просто невозможно мне успеть к восьми! Но я продолжал верить...
И вот наконец тот самый день пришел. Репетиция действительно состоялась в 9 утра. После нее я поспешил в аэропорт и, сев в самолет, с нетерпением принялся ждать взлета. Но снаружи пошел снег — на дворе стоял ноябрь — и внезапно капитан сообщил, что крылья нужно покрыть средством от наледи, поэтому в Дюссельдорф мы прибудем на 15 минут позже. Можете себе представить мое состояние в тот момент? Но я упрямый — я все еще верил. Знаю, надо было быть откровенно ненормальным, чтобы придерживаться подобного плана, — но я верил.
Как только мы прибыли в Дюссельдорф около 19:30, я рванул к терминалу пригородных поездов. Я бежал и бежал, пытаясь следовать нужным указателям. Кто-то ранее сказал мне, что станция находится всего в двух минутах от выхода, по вскоре мне пришлось убедиться, что это неправда. От волнения и быстрого бега у меня чуть не лопнули легкие. Добежав до платформы, я буквально заорал: «Какой поезд идет в Дуйсбург? Какой!?»
В самую последнюю секунду я запрыгнул в нужный поезд, практически не в состоянии больше дышать. Но главное, я успел! В поезде я познакомился с двумя девушками, очевидно, тоже поклонницами, и спросил у них, во сколько мы приедем в Дуйсбург. Они ответили, что это экспресс, который идет прямиком до центрального вокзала. Это была хорошая новость — определенно, очень хорошая! По мере того как цель приближалась, возбуждение мое росло. Я сказал им, что у меня есть билет на шоу «Wetten, dass..?», но поскольку не мог его предъявить, они не поверили. Тогда я рассказал им всю историю и спросил, знают ли они, к какому терминалу нужно бежать в Дуйсбурге, чтобы успеть на стыковочный поезд. Тут они начали осознавать, что мои слова — чистая правда, и тогда одна из них сказала, что ее сестра должна забрать их с вокзала на машине, и предложила поехать с ними. Я был так счастлив! Люди поддерживают тебя ради Майкла — это здорово!
В итоге, мы прибыли к студии ровно в 20:00. Но где же моя подруга с билетом? «О, нет, — подумал я, — слишком поздно!» В ту же секунду я почувствовал, что мир рухнул. После всего, через что я прошел, здесь никого нет с моим билетом! Расстройству моему не было предела. Рассказав одному из охранников о своем несчастье, я слезно попросил впустить меня. Я понимал, как смешно это, должно быть, звучит со стороны. Никто не поверит мне с такой историей!
Но случилось чудо. Я случайно встретил охранника, с которым был знаком, и он сделал невозможное возможным: пропустил меня внутрь. И вот, за каких-то четыре минуты до начала шоу «Wetten, dass..?» я уже стоял в четвертом ряду, прямо перед сценой.
Если вы посмотрите выступление Майкла на Youtube, то увидите меня в зале в оранжевой кофте в тот момент, когда Майкл стоит на подъемнике. Происходящее казалось нереальным, и это действительно было невероятно.
Я — поклонник Майкла с 1988 года и побывал на 23 концертах, в том числе на двух в Нью-Йорке, 7-го и 10-го сентября 2001-го. Майкл лично дал мне автограф в Монако, я разговаривал с ним во время его визитов в Мюнхен... можно столько всего рассказать! Но почему я выбрал именно эту историю?
Все мы, конечно, знаем, что Майкл — волшебный, но та поездка на «Wetten, dass..?» стала для меня настоящим чудом. Я хотел показать вам, что случиться может даже то, что кажется невозможным. Просто верьте и действуйте! Неважно, что именно вы делаете: главное, продолжайте стремиться к своей цели.


Кельн зовет, 3 июля 1988


Шон Рэдферн, Великобритания

Меня зовут Шон Рэдферн. Я — поклонник Майкла Джексона вот уже больше 28-ми лет и горжусь этим!
Я родился 16 июня 1968 года. У меня четыре сестры: Дженет, Шейла, Эйлин и Джоан — все они старше меня. Моя семья всегда любила музыку. Джоан, младшая из моих сестер, ровесница Майкла Джексона. Помню, она смотрела мультсериал про Jackson 5, когда он шел по утрам по телевизору, и иногда я присоединялся к ней. Джоан говорила мне, что «Веп» — ее любимая песня Майкла Джексона. У нее даже был семидюймовый сингл. Именно тогда я начал слушать музыку Майкла. Сестры повлияли на мой музыкальный вкус, и следы этого влияния так и сохранились на всю жизнь.
Когда я учился в школе, я купил свою первую пластинку Майкла Джексона - сингл «Rock With You». А вот первый альбом попал ко мне совершенно случайно: его собирались уничтожить на местном складе, а я сказал, что хочу забрать пластинку. Это оказался альбом «Destiny». Я проигрывал песню «Blame It On the Boogie» снова и снова.
Серьезно следить за творчеством Майкла Джексона я начал, только когда вышел видеоклип «Thriller». Однажды ко мне в гости приехала сестра, и мы взяли его на прокат в местном магазине. Я еще не понимал, из-за чего столько шума, а сестра все говорила, что Майкла ждет невероятный успех. Помню, как только начался фильм, я просто обалдел: он мне очень понравился! Заключительный рэп Винсента Прайса прочно засел у меня в голове с того самого первого просмотра. После этого я купил альбом «Thriller».
Потом я несколько лет скупал весь каталог предыдущих работ Майкла Джексона: собирал синглы и альбомы Jackson 5 и весь другой материал Джексонов, выписывал журнал «Record Collector», чтобы иметь возможность покупать старые мотауновские* записи. Этот журнал был моим главным источником старых пластинок — в погоне за ними я провел следующие два года и в итоге успешно все собрал.
Когда вышел альбом «Bad» и анонсировали первый мировой тур Майкла Джексона, я знал, что должен туда попасть. У меня были билеты на стадион Wembley и на концерт в Лидсе, в Раундхэй-парке, но я хотел увидеть Майкла еще до его прибытия в Англию. Поэтому когда в один прекрасный день я заметил в воскресной газете рекламу с призывом «посмотреть на Майкла Джексона в Кельне», это был шанс, который я не мог упустить.
Утром 2-го июля я отправился на поезде из Сток-он-Трента на станцию Лондон-Виктория, так как с севера страны трансфера не предлагалось. Это была моя первая самостоятельная поездка за границу — я немного нервничал. Туристическая фирма, предлагавшая эту услугу, была новая, и я боялся, что потеряю деньги — помню, мать предупреждала меня, что объявление в газете может оказаться обманом. Поэтому я был начеку и не собирался позволить легко ободрать себя. В 11 вечера сотрудники турфирмы встретили меня на станции Лондон-Виктория, и мы отправились по направлению к Дувру, чтобы там сесть на паром до Кале, а оттуда по суше через Францию и Бельгию добраться до Кельна.
Проведя десять часов в дороге, мы прибыли в Кельн. По пути к отелю мы видели множество фэнов, одетых как Майкл и направлявшихся к стадиону. К этому времени, как вы понимаете, я уже не мог усидеть на месте от возбуждения.
Поев и наскоро осмотрев кое-какие достопримечательности, мы погрузились в автобус у отеля и отправились к стадиону Mungersdorfer. По прибытии на стадион мне выдали билет, и тут я начал понимать, что моя мечта исполняется. Я увижу своего кумира!
У ворот, где проверяли билеты, какие-то другие фэны предложили мне присоединиться к ним, чтобы не быть одному, и я согласился. Потом мы отдали билеты контролеру. и он оставил их у себя, что меня очень расстроило. На билете было фото Майкла Джексона, стоящего в позе, как на-обложке «Bad». Мне хотелось сохранить его на память.
Мы вошли на стадион, и нас с моими новыми друзьями отправили на поле, где мы ждали выхода разогревающей исполнительницы Ким Уайльд. Атмосфера удивила меня. Я всегда думал, что немцы — не пробиваемо спокойный народ, но как же я ошибался! Как только Ким Уайльд появилась, один немец обратился ко мне: «Давай зажжем как следует!», и мы начали бешено скакать вверх-вниз. А это был всего лишь разогрев!
К концу выступления Ким Уайлд я почувствовал, что уровень адреналина зашкаливает, и мне стало нехорошо. Мысль о том, что я увижу Майкла Джексона, начинала сказываться на моем самочувствии, так что в конце концов мне пришлось оставить своих новых друзей и выйти с поля подышать свежим воздухом. Мои нервы были на пределе, и я чувствовал, что вот-вот потеряю сознание. Это ощущение просто невозможно описать: со стороны кажется смешным, что я был так возбужден и довел себя до такого состояния. Я просто не мог больше ждать!
Как только над сценой включилось электронное табло и показали знаменитые белые носки и ботинки Майкла, возвещавшие о том, что сейчас он выйдет на сцену, я позабыл о своем самочувствии. Я снова продвинулся ближе к сцене и встал рядом с экраном, откуда открывался чудесный обзор.
И вот он вышел и встал, вытянув руки вперед, а его окружала истерика. Майкл Джексон наконец-то здесь! Я просто не мог в это поверить!
На вступительных аккордах «Wanna Be Startin Somethin'» я чуть не заплакал оттого, что сейчас впервые увижу, как мой кумир выступает. Ту ночь я не забуду никогда! Я увидел, как Майкл исполняет «Billie Jean», «Beat ft» и «Thriller». Шоу оправдало все мои ожидания! Танец Майкла завораживал — особенно лунная походка, — и голос его звучал превосходно.



Я копил деньги на тот концерт очень долго, так как попасть На выступление Майкла с братьями во время тура Victory мне так и не довелось. На том концерте я также впервые увидел Шерил Кроу и прекрасную музыкантшу Дженнифер Баттен, которая потом выступала в турах Dangerous и НIStory. Майкл Джексон завершил шоу песней «Bad» — это было потрясающе.
После окончания концерта я отправился обратно в автобус. Я ощущал себя выжатым до капли. Пора было спускаться с небес обратно на землю. Тут пришло чувство разочарования от мысли, что самое главное окончилось. Но я знал, что это не последняя моя поездка.
Когда я вернулся в Англию, наша местная газета «Evening Sentinel» попросила разрешение разместить мое фото и написать обо мне статью, в связи со всеми концертами, которые я собирался посетить в Европе. Что меня особенно удивило , так это то, что фотография была напечатана в цвете и прямо на передовице (см. картинку). Они также пожелали, Чтобы я придал коже более темный оттенок, хотя в то время все как раз сходили с ума из-за того, что кожа Майкла становится светлее. Я сделал это с удовольствием, потому что надеялся, что Майкл увидит фотографию!
В итоге, за свою жизнь я посетил 17 концертов Майкла Джексона. И хотя я потратил на них немало денег, но ни о чем не жалею!
Теперь Майкла больше нет, и это очень печально. Но я всегда буду помнить, как видел его тогда, в 1988-м, и как радовался своему счастью. Он всегда будет жить в моей душе и моем сердце. У меня по-прежнему остались DVD, которые можно смотреть, и альбомы, которые можно слушать. А еще - благодаря Майклу Джексону я встретил много друзей. Одно могу сказать точно: он изменил мою жизнь.
Благослови Господь Майкла Джексона, и да здравствует Король поп-музыки!

* Motown- фирма звукозаписи, где начинали свою карьеру Jackson 5 и многие другие ныне популярные черные артисты. (Примеч. пер.)


Бог посадил этого мальчика
К себе на колени и сказал :
"Ты ,будешь править миром музыки!
Он твой!!!! "


Сообщение отредактировал Nike - Пятница, 20.01.2012, 04:04
 
NikeДата: Пятница, 20.01.2012, 02:35 | Сообщение # 8
Группа: Специалист
Сообщений: 6208

Статус: Offline



Моя короткая поездка в Лондон

Ванесса Перейра, Германия

Все началось в субботу, 8 октября 2005 года. Жаклин, Мишель и Тина сказали, что собираются в Лондон, посмотреть на Майкла Джексона, и спросили, хочу ли я поехать с ними.
Мне было 16, и никогда еще не выпадало возможности увидеть его. Это был мой шанс! Более того, в моей копилке нашлось немного денег, а в школе как раз начались каникулы. В общем, все складывалось как нельзя удачнее. Родители тоже были рады моей поездке.
Мы прилетели в Лондонский аэропорт Лутон авиакомпанией EasyJet, но в Лондоне все оказалось совсем не просто. Добраться от аэропорта до города было сложновато. Тем не менее, после недолгого замешательства мы таки уселись в автобус, который за час довез нас до Бейкер-стрит. В автобусе играла песня «АВС» в исполнении Jackson 5, и это показалось мне хорошим предзнаменованием.
С Бейкер-стрит мы свернули на Оксфорд-стрит и прошли до перекрестка с Парк-лейн. Рядом с Гайд-парком находился он, пятизвездочный отель Dorchester, в котором остановился Майкл с детьми.
У входа в отель какая-то девушка восторженно щебетала по телефону: «Я видела Майкла Джексона, я его видела!» Мы поинтересовались, что произошло. Как оказалось, мы разминулись с Майклом всего где-то на 30 минут. Он с детьми уехал в театр, на мюзикл «Билли Эллиот». Мы опоздали! Ну что ж...
Целый день мы провели в ожидании. Тем временем у отеля скапливалось все больше поклонников, так что под конец набралось уже около трехсот человек. Когда люди заметили возвращающегося с мюзикла Майкла, воцарился хаос. Улица была забита машинами. У Майкла было три способа попасть в отель: через главный вход, через гараж справа или через черный ход слева. Внезапно все фэны и пресса по бежали по направлению к улице. Затем обратно к главному входу. Напротив входа установили несколько барьеров, но толку от них было мало.
Наконец стало ясно: машина остановится у служебного входа с левой стороны. Все только этого и ждали: и фэны, и пресса с телекамерами двинулись в сторону Майкла Джексона. Мы побежали. Толпа, которая вдруг перешла на бег, была огромна, и обогнать кого-то едва ли представлялось возможным. Когда Майкл вышел из машины, перед нами уже была стена людей. Ни Жаклин, ни Мишель, ни Тина, ни я пе могли ничего разглядеть. Я стояла примерно в трех метрах от Майкла, но эти три метра были забиты людьми! Я старалась, подпрыгивала, поднимала фотоаппарат высоко над головой — все бесполезно. Внезапно сильный толчок и спину в одно мгновение вынес меня вперед. «Это мой шанс!» — подумала я, но Майкл уже скрылся в отеле, и мне не удалось увидеть его даже мельком.
Мы стояли перед отелем с большими плакатами. Жаклин нарисовала огромное красно-золотое сердце и написала: «I love you Michael». У меня тоже был плакат с надписью «We love you Michael» («Майкл, мы любим тебя») на одной стороне и «Hi to Michael from Germany» («Привет Майклу из Германии») на другой.
Толпа перед входом запела песни вроде «Michael Jackson is the King of Pop» и начала скандировать: «Мы тебя любим». Атмосфера была замечательная. Все ждали, когда Майкл покажется в окне. Мы с Жаклин высоко держали плакаты в надежде, что он нас заметит. Не знаю, сколько длилось это фен-веселье, но было здорово находиться там среди других поклонников. Музыка играла до середины ночи. Около трех часов утра начался дождь, да и мы уже устали, поэтому стали искать ночлег. На Пикадилли-сёркус не нашлось ничего, и мы пожертвовали последние фунты на билет на метро до Бейсуотер. Там нам удалось отыскать общежитие — все было в порядке.



Следующее утро, 9-го октября, началось замечательно. Позавтракав по-английски чаем с тостом, мы снова отправились к Майклу. Утро мы провели у его отеля. Примерно к часу дня площадь перед входом вновь заполнилась людьми. Кругом суетилась пресса, фотографов было не счесть . Все ждали. Время шло. В конце концов, репортеры соскучились и стали фотографировать нас. Да, меня и Жаклин, — им понравились наши красивые плакаты и то, что мы приехали аж из самой Германии, только что-бы увидеть Майкла Джексона. После этого мы с Тиной улеглись на газоне перед отелем — из такого положения у нас был отличный обзор окон. Вдруг нам показалось, что одно из них отворилось. И действительно, в проеме показалась мужская фигура! Все заорали: «Майкл!» — но это был всего лишь мойщик стекол, которого мы, должно быть порядком напугали. Получилось очень смешно: все, включая нас, визжали из-за какого-то уборщика! Закончив работу, он исчез из виду.
К вечеру нам с Жаклин и Тиной пора было ехать обратно в аэропорт. Перед отлетом мы получили SMS от Мишель, которая осталась в Лондоне на несколько дней дольше, чтобы навестить друга. Она написала, что Майкл заказал для поклонников пиццу и прислал сообщение «Спасибо за вашу любовь». Естественно, мы немного расстроились из-за того, что пропустили такое. Но в целом это была хорошая поездка, пусть даже нам не удалось увидеть Майкла. Мы потрясающе провели время среди фэнов и друг с другом. Поделиться своими чувствами с поклонниками — что может быть лучше?

29 августа 1958

Дагмар Германн, Германия

Is the rejoicing of the lark
Even brighter on that day,
And the ringing of the bell sounds
Stunning like a beat of drum?

Greets the rosy dawn happier
The sleepy world than other days,
And the bread chars in the stove
Because the baker pauses work?

Neither shawms, nor fanfares
Telling of this mirthful hour,
And the world hasn't learned
What is this time on every lip.

Sweet child with golden throat
Still motionless, so seems the world -
But with arrival of your soul
The spark already has been placed.

The hearts already beat more mildly,
Lighter seems the shine of stars,
And in the vale of tears of pains
The tone of love is getting through.

It's messenger of grief and joy
Language which a child can speak.
Child and man, today I still see you
In this unchanged light.

* * *

Не правда ли, сегодня
Жаворонки ликуют сильнее
И звон колокольчика звучит
Оглушительно, как бой в барабан?

Румяный рассвет встречает сонный мир
Радостнее, чем в другие дни.
И хлеб в печи подгорает,
Потому что пекарь на время оставил работу.

Ни трубы, ни фанфары
Не возвещают об этом радостном часе,
И мир еще не узнал,
Сколь значим этот день.

Прелестный ребенок с золотым голосом
Еще неподвижен, как и мир вокруг,
Но с приходом его души
Искра уже зажжена.

Сердца уже забились мягче,
Сияние звезд уже кажется ярче,
И в юдоли слез и печали
Уже пробивается голос любви.

Это пришел вестник горя и радости,
Говорящий на языке, понятном каждому.
Ребенок и муж, я по-прежнему
Вижу тебя в неизменном свете.


Бог посадил этого мальчика
К себе на колени и сказал :
"Ты ,будешь править миром музыки!
Он твой!!!! "


Сообщение отредактировал Nike - Пятница, 20.01.2012, 02:41
 
NikeДата: Пятница, 20.01.2012, 02:50 | Сообщение # 9
Группа: Специалист
Сообщений: 6208

Статус: Offline



Неожиданная встреча с Майклом

Дайан Хотчкисс, США

Хотя я никогда не видела Майкла на шоу или концерте, нам с дочерью однажды повезло случайно столкнуться с ним на улице.
Это произошло примерно в тот период, когда Майкл показал своего сына Бланкета толпе через перила балкона в Берлине, вызвав скандал в прессе. Мы с дочерью были в Орландо и как раз выходили из отеля Hilton, где она участвовала в постановке, когда Майкл одновременно с нами вышел из японского ресторана Bennihan's.
Увидев его, я не могла поверить своим глазам! Я спросила у дочери: «Господи, ты понимаешь, кто это?» Она ответила: «Нет, мама». Справедливости ради, ей в то время было всего 11 лет. Она с любопытством посмотрела на меня. Я сказала: «Это же Майкл Джексон! О боже, я была так влюблена в него!» Тогда она решила: «Мам, ты должна с ним поздороваться!» Мы в волнении подошли ближе, и моя дочка храбро обратилась к нему: «Извините, мистер Джексон, моя мама хочет поздороваться с вами».
В этот момент у меня зазвонил телефон. Это был муж. Я коротко рассказала ему, кто передо мной стоит, — помню, как повторяла снова и снова: «Да, Брайан, это действительно Майкл Джексон!» Тем временем моя дочь представилась Майклу, и он вежливо поспрашивал ее о чем-то и просто побеседовал с ней. Нас окружила толпа. В конце концов Майкл взял телефон и начал разговаривать с моим мужем: «У вас прелестная семья, а ваша дочка та-акая очаровательная!» Они разговаривали где-то минут пять. Окончив разговор, Майкл любезно согласился сфотографироваться с нами.
После этого он отправился к своему лимузину, и в этот момент я поняла, что мой телефон остался у него! К счастью, один из телохранителей тоже это заметил и вернулся, чтобы отдать его мне.
Муж позже рассказал об их разговоре. Он сказал Майклу, что если бы не песня «Man In the Mirror», то его бы сегодня здесь не было. Он услышал эту песню по радио, и она помогла ему завязать с наркотиками (это было еще до нашей свадьбы). Еще он выразил сожаление по поводу того, что СМИ пытаются выставить Майкла плохим отцом, (ссылаясь па случай с Бланкетом в Берлине) — он знал, что тот не причинил бы вреда собственному ребенку. Майкл поблагодарил Брайана за эти слова и признался, что действовал импульсивно, под влиянием момента. Он добавил: «...вы правы, я люблю своих детей и никогда не причиню им вреда».
Конечно, моя дочка в итоге захотела узнать о Майкле больше, и я рассказала ей, что он очень хороший человек с большим сердцем и самая знаменитая суперзвезда, какую только можно встретить.

Письмо

Элис Одеринде, Германия

21 ноября 2002 года Майкл посетил церемонию Bambi Awards в Берлине, где ему вручили награду «Поп-исполнитель тысячелетия». После шоу он отмечал это событие со своими фэнами: вышел на балкон отеля, махал им и улыбался. Атмосфера была фантастическая: сотни поклонников собрались перед его окнами, пели и кричали.
Поздно вечером Майкл куда-то уехал. Мыс подругой узнали об этом случайно и решили подождать его возвращения в подземном гараже отеля. Там было всего несколько поклонников, поэтому мы сочли, что у нас будет удачная возможность поздороваться с Майклом по прибытии, отдать ему наш плакат и письма, а также портрет, который я нарисовала. Плакат гласил: «Томми Моттола* — бездушный человек». Моя подруга сделала его несколькими месяцами ранее для демонстрации против SONY в Лондоне, но потом мы добавили на него другие надписи, картинки и всякие шуточки.
За пару недель до нашей поездки в интернете появились три коротких отрывка из неизданных ранее песен: «If You Don't Love Me», «For All Time» и «Monkey Business». Мы написали на плакате, что нам очень понравились отрывки, и намекнули, что хотим услышать больше. Фэны всегда в восторге от нового материала, поэтому мы предложили выпустить эти песни целиком.
Становилось поздно, а Майкла все не было. Мы уже порядком устали и решили установить предельный срок: если он не приедет в течение часа, мы уходим и отправляемся в хостел( отель?), в теплые кровати. К сожалению, когда время истекло, Майкл так и не вернулся. Мы решили оставить хотя бы весточку, так как следующим утром собирались уезжать из Берлина, и другого шанса передать ему подарки у нас не было. Поэтому плакат мы положили на лобовое стекло машины, принадлежавшей кому-то из команды Майкла, а письма и мой рисунок засунули под дворник.
На следующий день мы уже ехали домой: радостные, потому что чудесно провели время в Берлине, и немного грустные, оттого что предыдущей ночью нам не удалось поздороваться с Майклом.
Спустя несколько недель нас порадовали два чудесных сюрприза. Во-первых, мне пришло письмо от одного из телохранителей Майкла. Первое, что я увидела, вскрыв конверт, — свой рисунок, оставленный в гараже! Что бы это могло значить? Я вынула его из конверта и раскрыла рот: Майкл подписал его! В приложенном послании говорилось, что он получил наш плакат и письма и был им очень рад. Телохранитель также написал, что счастлив работать на Майкла Джексона и что они решили послать мне подписанный рисунок, вместо того чтобы оставить его у Майкла. Как мило!
Еще через неделю последовал второй сюрприз. Угадайте, какие три песни вдруг целиком появились в интернете?

* Томми Моттола - исполнительный директор Sony Music Entertainment (звукозаписывающей компании, с которой у Майкла был долгосрочный контракт) вплоть до 2003-го года. В начале 2000-х Майкл был с Моттолой в напряженных отношениях, в том числе публично обвинял его в расизме и утверждал, что SONY саботирует раскрутку альбома «Invincible». Как следствие, фэны тоже относились к Моттоле резко негативно и устраивали против него и SONY демонстрации протеста. (Примеч. пер.)

Спасибо
за воспоминания


Янник Пер Йоргенсен, Дания

Впервые я услышал о Майкле в 1993-м, когда мне было 6 лет. Как бы удивительно это ни звучало, с тех самых пор он был неотъемлемой частью моей жизни — я всегда находил в его музыке утешение и радость. С Майклом у меня связаны самые лучшие воспоминания, и благодаря ему я посмотрел замечательные места.
Помню день, когда исполнилась моя самая большая мечта. На дворе стоял 1997 год, и я сходил на концерт Майкла в день его рождения, 29-го августа. В тот вечер мое сердце бешено колотилось и не успокоилось вплоть до следующего утра. Я никак не мог осознать, что побывал на концерте Майкла Джексона!
Моя мечта исполнилась еще раз в 2006-м, на церемонии World Music Awards в Лондоне. Помню, как в те дни я пропускал школу, а мой брат честно защищал меня, говоря, что я «очень болен». Он сказал учителям, что у меня «Джексоновская лихорадка» и, в общем-то, не соврал.
Майкл, ты очень дорог мне, и от мысли, что тебя больше нет, у меня каждый раз наворачиваются на глаза слезы. Я хочу сказать спасибо за всю ту прекрасную музыку, что ты нам подарил, и за чудесные, фантастические воспоминания. Спасибо за отличных друзей, что ты принес мне. Спасибо за то, что спасал мир. Спасибо за все. Мы любим тебя. Ты всегда будешь жить в моем сердце.


Бог посадил этого мальчика
К себе на колени и сказал :
"Ты ,будешь править миром музыки!
Он твой!!!! "
 
NikeДата: Пятница, 20.01.2012, 23:40 | Сообщение # 10
Группа: Специалист
Сообщений: 6208

Статус: Offline



История
одной особой дружбы


Лиза Хохмут, Хайке Арбтер, Карина Цирот, Джессика Лоозе и Мириам Лор (Тhe Аррlеheads), Германия .


Существует легенда, гласящая, что в жизни каждого человека однажды случается ключевое событие, изменяющее ее навсегда.
Мы — это Джесси, Карина, Хайке, Мири и Лиза. Все мы увлеклись Майклом в начале 90-х , а спустя несколько лет подружились благодаря ему. Через некоторое время мы решили назваться Тhе Аррlеheads— это было задолго до того, как нам стало известно, что Майкл назвал себя и всех остальных «Аррlеhead»*. Нам просто показалось, что такое имя хорошо подходит к нашему фанатизму. Знакомство с другом по-настоящему изменило паши жизни. Вскоре оно переросло в нечто большее, чем просто общая страсть и преданность Майклу Джексону. Мы поняли, как сильно похожи друг на друга, как удивительно совпадают наши взгляды, интересы, цели. Живя в разных частях Германии, мы сблизились настолько, насколько это вообще возможно для друзей. Между нами образовалась тесная привязанность, послужившая началом многим интересным путешествиям.
Наша история — о веселье, радости и смехе, и наша история - о печали и слезах. Иногда они буквально сменяли друг друга. Приключения, которые мы пережили, много значат для нас уже потому, что мы прошли через них вместе, но кроме того, мы знаем: подобные вещи происходят раз в жизни, и они навсегда скрепили нашу дружбу.
Мы были движимы общей мечтой — повстречаться Майклом Джексоном лично. Приглашаем вас почитать о событиях, которые перевернули нашу жизнь .

*Аррlеhead
— дословно яблочная голова — шутливое ласковое прозвище, которое Майклу дали знакомые дети. (Примеч. пер.)

07.09.1996 — НIStоrу-тур, Прага, Чехия.


Наконец-то! Наконец-то он вернулся! Наконец-то мы стали достаточно взрослыми! Наконец-то у нас появился шанс увидеть его живьем!
Чудно было, когда на границе с Чехией офицер таможни первым делом спросил нас: «Пойдете на концерт Майкла Джексона?», и мы закричали «ДА!» Чудно было, когда вскоре после пересечения границы мы увидели в воздухе отсветы прожекторов и пошутили, что, должно быть, Майкл репетирует,- и в итоге это оказалось правдой. Чудно было, когда мы прибыли в Прагу, и над городом слышалась песня «Earth Song». Мы не могли дождаться следующего дня!
В девять утра мы приехали в Летна-парк с намерением занять очередь. Людей к этому времени собралось довольно много, и охрана уже не могла с ними справиться. Это было настоящее испытание! И когда нас впустили внутрь, лучше не стало, потому что никаких секций не было вообще и все 140 000 человек пихались и толкались так, что через несколько минут, мы потеряли друг друга в толпе. Мгновения растянулись в часы. Но вот наконец на сцену вышел разогревающий исполнитель, DJ Bobo, а вскоре после этого голос объявил: «Через 30 минут вы станете частью истории». Все были в жутком возбуждении — никто не знал, что случится в тот вечер! Потом на огромных экранах пошел мультфильм, и концерт НIStоrу начался. Фильм был о маленьком космонавте, который путешествовал крошечном космическом шаттле по различным
выдуманным мирам, пока, наконец, не приблизился к большому стадиону... Тут фильм оборвался, и из сцены возникла настоящая ракета. Из ракеты вышел Майк - это он был тем космонавтом! Вот это появление! Он снял шлем, и этот момент мы впервые увидели его лицо в реальности. Невероятно... Все трудности прошедшего дня были забыты — мы оторвались по полной программе! Два часа пролетели моментально, и нам казалось, что концерт закончился слишком быстро.

28.09.1996 — НIStоrу-тур, Амстердам, Голландия.

Через три недели после концерта в Праге мы поехали в Голландию, чтобы увидеть Майкла еще раз перед тем, как он отправится в Азию. На машине нам удалось добраться до Амстердама всего за пять часов. Мы были так взволнованны и счастливы! Очень трудно описать, какое счастье испытываешь, когда тебе предстоит увидеть Майкла живьем.
Голландцы оказались куда более цивилизованными, чем люди в Чехии, поэтому нам удалось встать во втором ряду. Мы просто не могли поверить своему счастью, нас переполняли эмоции! Когда видишь Майкла так близко, ощущение совсем иное, чем когда находишься «где-то там» в толпе, как было в Праге.
На следующий день мы познакомились с еще одним «феноменом» тура, оставившим нас под сильным впечатлением. Под чары Майкла Джексона, казалось, попал весь город. Люди кругом носили футболки с символикой МJ, словно вы ражая гордость за то, что являются частью НIStоrу.
Как это ни глупо, завтраки в отелях всегда были забавным моментом в поездках в тур за Майклом. Кто кричал громче всех, и у кого сегодня нет голоса? — Слава богу, между фэнами Майкла Джексона существовало молчаливое взаимопонимание, которое выручало нас, куда бы мы ни отправились.
Перед отъездом домой мы пошли к отелю Майкла, чтобы посмотреть, что там происходит. Там, конечно, царило сумасшествие. Очевидно, Майкл скоро собирался выйти, и люди не прекращали кричать, демонстрируя свою любовь. Было хаотично, громко и безумно — нам ужасно понравилось. Ведь это был наш первый «отельный» опыт! Вскоре подъехали микроавтобусы, и Майкл с трудом пробился к ним через толпу. Не очень понимая, что делать, мы присоединились к бегущим за машинами людям.
Тогда мы ни за что не подумали бы, что 13 лет спустя все еще будем так же стоять перед отелями, пытаясь, как тысячи людей во всем мире, мельком увидеть Майкла. Но находясь рядом с ним, просто невозможно сопротивляться притяжению! Он помахал толпе, и одно это показалось нам волшебством.
Мы были уже на пути домой и радостно обсуждали случившееся, когда совершенно случайно его микроавтобусы обогнали нас па шоссе. Соображать надо было быстро, и все, до чего мы додумались, — это высунуть в окно подушку с изображением Майкла. Как бы наивно это ни прозвучало, нам всегда хотелось лишь показать ему, что мы его лю614м. Мы махали подушкой за окном и улыбались. Мы просто улыбались.

28.05—01.06.1997 — НIStоrу-тур, Бремен, Германия.

Пришло время НIStоrу-туру вторгнуться в Германию, и первое шоу состоялось в Бремене. Мы годами ждали возможности увидеть Майкла в нашей стране, и эта мечта наконец-то должна была исполнится! В Бремене Майкл остановился в отеле Рагk-НоIеI, располагавшемся в красивом парке, у озера. Он прибыл за несколько дней до концерта, назначенного на 31 мая, и мы решили увидеть его, чего бы нам это ни стоило. Нам очень повезло, потому что все это время он был активен и в хорошем расположении духа. Перед отелем всегда собиралось множество фэнов, и Майкл каждый день выходил приветствовать их. Он бы окружен телохранителями, а иногда и телекамерами, и на каждое его движение фэны реагировали с энтузиазмом, доходящим до истерики. Майкл подходил очень близко, раздавал автографы и брал кое-какие подарки. С некоторыми поклонниками он позировал для фотографий. Он был в черных брюках, черных тапочках, белых носках, черной форме с золотыми аппликациями, черной шляпе и черной атласной маске.
В его окне тоже происходило много интересного. Он махал нам рукой, бросал вниз подписанные бумажки и наблюдал за толпой.
29-го мая он посетил мэрию Бремена и встретился с мэром Хеннингом Шерфом. Поскольку речь идет о Майкле Джексоне, визит, как вы догадываетесь, получился совсем не обычный. На самом деле было похоже, что весь город сошел с ума из-за этого события. Большую площадь перед зданием мэрии наводнили тысячи людей. Мы стояли за барьерами, кругом была полиция. Когда Майкл и его команда вышли из автобусов, люди закричали. Майкл поприветствовал и обнял нескольких фэнов, которым разрешили подойти к нему, и раздал автографы. Потом он поприветствовал мэра и взобрался на небольшую трибуну, чтобы посмотреть на популярную статую Бременских музыкантов, посвященную героям сказки Братьев Гримм.
Служащие мэрии пригласили его осмотреть здание изнутри, и позже мы узнали, что он расписался в Золотой книге города. Потом Майкл вышел на балкон мэрии и обозрел площадь сверху, подарив нам еще один бесценный момент. В установленный там микрофон он произнес несколько слов по-немецки, обращаясь к толпе:(«Как у тебя дела?>) и («Я тебя люблю). Ему, кажется, нравилось говорить по-немецки, потому что он все время смеялся. Мы были ужасно рады принять его в нашей стране, и он вел себя со всеми очень мило.
В день первого концерта мы заняли очередь на стадионе Weserststadion с самого утра и целый день ждали, когда откроют ворота. Было жарко и солнечно — идеальный день для шоу на открытом воздухе. В конце концов нас впустили внутрь. Волнение росло с каждым часом. Открывал концерт австралийский бойз-бэнд Human Nature, а около девяти вечера началось самое главное. Майкл, как обычно, появился на сцене в своей маленькой белой ракете и зажег стадион! По сравнению с предыдущими концертами, в шоу появились новые элементы. «Come Together» и «D.S»., которые мы видели в Праге и Амстердаме, убрали из сет-листа. Вместо них Майкл впервые исполнил песню «Blood On the Dance Floor» со своего последнего альбома! Также это было одно из последних шоу, включавших «The Way You Make Me Fed». Когда Майкл заправил свою голубую рубаху в брюки, весь стадион простонал «А-а-а!», и он засмеялся. И он все еще не забыл немецкий! В ответ на наш крик «Мы любим тебя!», он сказал: «Погодите-погодите! Я люблю вас сильнее!»
Во время «Earth Song» весь стадион светился огоньками свечей и бенгальских огней. 50000 человек были вовлечены в шоу и реагировали на каждую песню Майкла и каждое его движение. Это было потрясающе! Конец концерта ознаменовался красивым салютом на фоне уже наступившей темноты. Мы были совершенно без сил и абсолютно счастливы.
На следующий день мы снова поехали в Park-Hotel посмотреть, не происходит ли там что-нибудь интересное. Там собралось около пятидесяти фэнов, но было тихо — никаких признаков Майкла. Мы ждали.
Около трех часов дня народ начал нервничать, потому что нам сказали, что Майкл скоро спустится, и у главного входа отеля постоянно кто-то сновал. Майкл вышел в своем коричневом кожаном пальто, черных брюках и черной шляпе. Он спустился с лестницы, помахал рукой и остановился рядом с автобусами, чтобы дать нам посмотреть на себя в последний раз. Затем сел в один из автобусов, и они унеслись прочь.

I5.06.1997— НIStоrу-тур, Гельзенкирхен, Германия .




Пробка! О, нет! Мы и так уже опаздывали, а теперь еще застряли в этой дурацкой пробке!
В Гельзенкирхен мы добрались лишь к трем часам дня, и конечно, очередь была уже длиннющая. К счастью, расстояние от входа до стадиона было столь огромно, что, установив новый мировой рекорд по бегу (ну, почти...), мы смогли-таки занять место в первом ряду. Немного слева от сцены, по все равно отлично!
Майкл был в хорошем настроении. В какой-то момент он прочел наш плакат и указал на него рукой. Перед началом «Motown Medley» он забыл надеть куртку и, стоя перед микрофоном в одной рубашке, объявил: «Сейчас мы исполним для вас...» Когда Майкл Буш (костюмер) вышел с курткой в руке и похлопал его по плечу, Майкл засмеялся.


Бог посадил этого мальчика
К себе на колени и сказал :
"Ты ,будешь править миром музыки!
Он твой!!!! "


Сообщение отредактировал Nike - Суббота, 21.01.2012, 00:08
 
NikeДата: Суббота, 21.01.2012, 00:35 | Сообщение # 11
Группа: Специалист
Сообщений: 6208

Статус: Offline




31.07—03.08.1997 — НIStоrу-тур, Берлин и Лейпциг, Германия.




За день до концерта в Берлине мы уже бродили вокруг стадиона Olimpic и отеля 4 Seasons, где остановился Майкл. Мы побеседовали немного с членами его команды, обменялись фотографиями с фэнами и украсили рекламный столб через дорогу от отеля приветственными лозунгами. Только закончив работу, мы заметили, что оператор Майкла стоит у окна н снимает нас сверху на камеру!
В 10 утра ла следующий день мы приехали ла стадион Olimpic, встали у самого входа и были уверены, что нам достанутся хорошие места. Но когда в 4 часа ворота наконец открыли, и мы побежали, побежали, побежали... внезапно у нас на пути возник охранник! «Это аварийный вход!» — крикнул он. Как?! Постепенно впадая в панику, мы начали искать ближайший вход. Кратчайший путь до него включал перелезание через стену, что мы и сделали, только чтобы услышать по ту сторону еще одно: «Это анарийный вход!» Боже! Мы рванули обратно к первому входу. Туда уже прибыло множество людей, так что на этот раз охраннику удалось произнести лишь: «Это ава...», после чего толпа оттолкнула его в сторону и прорвалась. Ну почему они никогда не могут нормально организовать запуск зрителей? Как бы там ни было, мы все же оказались в итоге во втором ряду, поэтому в целом были довольны. После концерта до нас дошли слухи, что один фэн, побежавший ко второму выходу нашим же путем, упал с той стены и сломал ногу...
Пока мы ждали начала шоу, пошел дождь. Все сидели на земле в плащах и проклинали погоду. А мы переглядьтвались, улыбаясь, пока на сцене играла песня «It`s Raining Again». Ну как можно грустить на концерте Майкла Джексона? Когда Майклу пришла пора выходить на сцену, как по волшебству сквозь тучи снова выглянуло солнце. Дождь даже подарил нам один бесценный и забавный эпизод: после «In the Closet» кто-то вышел на сцену со щеткой, чтобы вытереть пол. Майкл вдруг начал гоняться за щеткой и пытаться загтрыгнуть на нее, чем вызвал смех всего стадиона.



Следующей день мы провели у его отеля. Около часа дня Майкл подошел к окну и помахал нам. Позже он даже вышел на балкон. Вечером ко входу подъехали микроавтосы и Майкл уехал. Мы увидели его лишь на мгновение, когда он встал в открытый люк. После этого и нам пора было уезжать — наш дальнейший путь лежал в Лейпциг.
Еще один день, еще один концерт — на этот раз на поле Fectwiese в Лейпциге. Мы постепенно привыкали к долгим часам ожидания и начинали скучать, поэтому в этот раз взяли с собой ручки и бумагу, чтобы поиграть в какие нибудь игры. Но долго играть нам не пришлось, потому что в полдень люди начали снова вставать. На концертах это всегда происходило по одному и тому же сценарию (кроме Праги, где мы стояли все время): все сидят и отдыхают, но а и какой-то момент кто-то вдруг не вскакивает и не мчится к воротам. Все остальные немедленно следуют за ним, а и потом охрана кричит, что никого не впустит раньше пяти часов, и призывает всех сесть обратно. Проблема заключается в том, что когда люди стоят, каждый человек занiiмаст гораздо меньшую площадь. И так как никто не хочет отходить назад, сесть обратно всем просто невозможно. Эта игра продолжается несколько раз, пока ворота наконец не открывают.
Мы оказались в первых двух рядах, чем были очень довольны, но тут охрана попросила нас сесть. Сесть? Да мы стояли по щиколотку в грязи! В итоге не сел никто.
Когда Майкл вышел на сцену, он был очень оживлен. Он сказал:(«Как дела?»), и когда все закричали, сделал большие глаза и спросил с деланым изумлением: «Кто поняли, что я сказал?!» Он, видимо, поднаторел в немецком в Берлине, потому что дальше добавил: («Я люблю тебя») и («Я люблю тебя сильнее»).
Но потом наклон в «Smooth Criminal» Майклу не удался — ему пришлось выставить одну ногу вперед, чтобы не упасть. Мы подумали: «О, нет, теперь его хорошему настроению, наверное, конец!» Но нет, не в этот раз! Перед «Motown Medley» случился один из самых очаровательных эпизодов за весь тур: на сцене обнаружился маленький жучок, и Майкл потребовал, чтобы телохранитель Уэйн Наджин его спас. Да, эту сцену потом врезали в трансляцию из Мюнхена, но на самом деле она случилась в Лейпциге!
После «I`ll Be There» Майкл по-настоящему заплакал. Он стоял на сцене и смотрел в толпу, а по щекам его текли слезы, и все кричали как сумасшедшие. Это была самая громкая публика из всех, что мы встречали за время тура! После песни «НIStоrу» в конце шоу на сцену выпустили троих детей, и Майкл быстро понял, что пе сможет спуститься на «лифте» со всеми тремя. Но когда одного ребенка хотели забрать, он сказал: «Все нормально, все нормально!», крикнул всем нам «Спокойной ночи!» и вместе с детьми пешком ушел со сцены. По пути в отель мы смеялись не переставая и всё кричали, пародируя Майкла: «Уэйн! Охрана!» Это было уморительно!


10.08.1997 — НIStоrу-тур, Хоккенхайм, Германия.


10 августа 1997 года в Хоккенхайме состоялся, увы, последний немецкий концерт. Мы шли туда со смешанными чувствами. С одной стороны, мы были рады увидеть Майкла еще раз, а с другой стороны, грустно было оттого, что это последнее шоу в Германии. Все лето мы прожили с волшебным чувством и чудесной мыслью: «Он недалеко, он прямо здесь!»
Выступление проходило на огромном стадионе Hockenhemring , изначально построенном для автогонок. Часть территории, отведенная под концерт, с легкостью приняла в тот день 90 000 человек. Это был самый жаркий из всех концертных дней, и в ожидании начала мы чуть не поджарились на палящем солнце, пока снизу нас доводил до кондиции уже вязкий асфальт. Слава богу, охранники стали накачивать насосами водяные фонтаны, чтобы остудить толпу, и это немного помогло.
Концерт начался около девяти вечера, и с первого аккорда все 90 000 человек были у Майкла под контролем! В тот вечер он был очень энергичен и разговорчив. Перед началом «Jackson 5 Medley» он произнес небольшую речь и поблагодарил музыкантов и команду за помощь в построении этой империи .Также он сказал спасибо своему «дорогому другу» Марселю Авраму (промоутеру тура НIStогу) и охране, несмотря на то, что я вас не вижу.
Забавный эпизод случился, когда большой вертолет пролетел над толпой по направлению к сцене. Майкл посмотрел вверх, засмеялся и крикнул: - Привет!!! Фэны отреагировали безумным визгом — так мило это было. Конечно, Майклу в тот день тоже пришлось терпеть жару: между песнями
он вытирал пот полотенцем и пил много сока.
После концерта у нас ушли часы на то, чтобы выбраться со стадиона. Он был огромен, и людей пришло очень много, поэтому путь наружу оказался нелегким. Мы были полностью выжаты. Хотелось пить. Когда мы попытались купить что-нибудь, нам предложили воду из-под крана с плавающей в ней травой за 13 марок (примерно 8 долларов). Мы отказались... Чуть позже нам удалось найти банку кола - кола . Никогда еще кола не была такой вкусной! В ту ночь мы спали в машине.



Бог посадил этого мальчика
К себе на колени и сказал :
"Ты ,будешь править миром музыки!
Он твой!!!! "


Сообщение отредактировал Nike - Суббота, 21.01.2012, 01:26
 
NikeДата: Суббота, 21.01.2012, 02:23 | Сообщение # 12
Группа: Специалист
Сообщений: 6208

Статус: Offline




27.08-30.08.1997 - HIStory-Typ, Копенгаген, Дания


За два дня до концерта мы уже были в Копенгагене. Мы отлично провели время, осмотрев достопримечательности, накупив сувениров и познакомившись с членами команды Майкла - очень приятными людьми. В ночь надень рождения Майкла мы устроили вечеринку у отеля D'Angleterre, где он должен был остановиться, но в итоге так и не остановился.
На следующий день мы приехали на стадион Parken в 6:30 утра и оказались у нашего входа первыми. Ждать было холодно, но зато обстановка оказалась спокойной. Забавно было смотреть, как датские фэны выстраивались в очередь парами! В пять часов ворота открыли. Все шло хорошо до тех пор, пока мы не столкнулись со вторым кордоном охраны, запросившей у нас билеты, после того как на первом контроле их уже забрали... После недолгих разбирательств нас пропустили внутрь, и мы опять смогли встать в первом ряду.



На этот раз нам даже понравилось выступление разогревающей команды Human Nature! Когда знаешь, что видишь что-то в последний раз, отношение совсем другое. На песне «Веп», всегда звучавшей перед открытием шоу, мы заплакали, потому что это было начало конца — последний концерт HIStory, который мы увидим.
Когда на сцене появилась ракета, все запели «Нарру Birthday». Майкл ударил по двери, но она лишь слегка приоткрылась. Нам, с нашего места, уже видно было, как он стоит внутри и возится с одеждой. Потом последовал второй удар, и дверь растворилась.
Белый занавес для «Smooth Criminal» не поднялся как следует, а во время «You Are Not Alone» на сцену выпустили совершенно безумную девицу, которая набросилась на Майкла с таким остервенением, что Уэйну пришлось прийти на помощь. После «You Are Not Alone» Майкл отошел к ударной установке, чтобы глотнуть воды, как вдруг на сцену вышел марширующий отряд! Майкл спрятался за музыкантами, но Майкл Буш подошел к нему и жестами пригласил пройти вперед. Военный отряд из датского парка развлечений Tivoli начал играть «Нарру Birthday», и весь стадион запел для Майкла. Он ужасно смутился! «Какой сюрприз для меня! Я не знал... Спасибо! Я не знаю, что сказать... О, нет...» -твердил он. На сцену выкатили огромный торт и под крики «С днем рождения, Майкл!» устроили фейерверк. Майкл все повторял «О, нет!» снова, и снова, и снова. Ему очень понравился торт: он назвал его «потрясающим». Потом его попросили задуть свечи. Он попытался затушить их, помахав на них полотенцем, и загадал желание: «Желаю миру любви и согласия!» Это был очень трогательный момент, и Майкл сиял улыбкой до конца концерта!
К сожалению, рано или поздно концерт должен был закончиться, и когда это произошло, было очень грустно. Лето 1997 года стало особенным для всех нас, и мы всегда будем помнить его как волшебное, беззаботное и прекрасное время!


28.03—31.03.1998 - Майкл в Мюнхене, Германия


К тому времени, как у нас наконец начались весенние каникулы и мы смогли поехать в Мюнхен, Майкл был там уже две недели. Первым делом мы сходили к отелю Bayerischer Hof и узнали, что Майкл планирует смотреть шоу в цирке Krone. Мы немедленно отправились туда за билетами, и нам повезло попасть на представление. Когда приехал Майкл, он, к вящему удовольствию толпы, показал всем своего сына Принса. Принсу тогда был всего годик, и люди пришли от него в восторг. В цирк удалось пройти многим фэнам, и представление чуть было не сорвали. Нам стало очень жаль акробатов, потому что каждый раз, когда Майкл смеялся или хлопал в ладоши, люди начинали визжать и выкрикивать его имя. Подобное поведение было просто несправедливым по отношению к артистам, поэтому мы, хоть и возбудились тоже, следили за Майклом молча. Он был очень рад возможности сводить сына в цирк и сам радовался как ребенок—это было так мило! Во время антракта мы решили выйти и подождать на улице. Нам удалось заглянуть внутрь микроавтобуса Майкла, и это был отличный шанс оставить наши подарки и письма. Охранники нам не препятствовали, так что мы сложили все на сиденье.
Ночь перед отелем была просто потрясающая. Майкл почти все время провел у окна, бросая нам вниз подушки, простыни и игрушки. Все это было с автографами и записками, говорящими о его любви к поклонникам. Ему всегда нравилось доставлять нам радость. Карине повезло поймать маленький подписанный мячик. К двум часам ночи большинство фэнов разошлись по домам. Майкл все еще не спал, и после того как мы попели немного, он вдруг ни с того ни с сего свесился из окна. Вместо того чтобы завизжать, мы стояли тихо. У него получилось сказать: «Я... я люблю вас, спокойной ночи!» Слышать, как он говорит вне сцены, всегда было замечательно. Удивительно, сколько любви и нежности в его мягком голосе и как он трогает до глубины души.
Майкл собирался уезжать из Мюнхена на следующий день, поэтому, воодушевленные тем, что он несколько раз помахал нам, мы решили остаться на ночь. Ночь выдалась холодная, но ведь она была последняя! Чтобы согреться, поклонники развели небольшой костер, но, конечно, тут же появилась полиция и велела нам затушить его. Что ж, каждый фэн должен быть готов замерзнуть и продрогнуть ради своего кумира! Мы не позволили погоде деморализовать нас. Приплясывая от холода и сосредоточившись на том, чтобы согреться, мы заметили, что что-то произошло, только когда люди побежали на другую сторону улицу. Оказалось, Майкл выбросил из окна одеяло! «Согревайтесь!» - было написано на нем.|3ытаемся, Майкл! Он сбросил вниз еще несколько подписанных вещей, и знаете что? Они помогли! Мы согрелись! Красная подушка с автографом упала под машину такси, и человек десять фэнов немедленно нырнули за ней под автомобиль. Пока раздраженный водитель искал помощи, мы так смеялись! Мири поймала подписанный мячик — настроение было отличное! Так как Майкла не было видно, мы начали разговаривать «с окном». Веселье вошло в разгар, начавшись с криков «Мы тебя любим» и продолжившись пением «О-ле, о-ле, о-ле» проезжающим машинам и сжиганием желтой прессы, на что Майкл выразил свое мнение, сбросив вниз записку «Устроим костер из таблоидов!» Потом мы предложили ему сыграть с нами в игру «Правда или действие» — градус безумия нарастал. Когда ответа не последовало, было выдвинуто предложение сыграть в прятки. «Окно» все еще безмолвствовало. Но нам было уже все равно, и мы разбежались в поисках мест, где можно спрятаться. К счастью, в округе росло несколько деревьев, но, должно быть, найти нас было несложно, когда за каждым деревом стояло по пять человек. Через несколько минут мы вышли обратно на улицу с криками: «Мы выиграли, ты нас не нашел!» Так как Майкл не отвечал, но окно все еще было открыто, кто-то крикнул: «Майкл, если хочешь спать, дай нам знак!», а кто-то другой поправил: «Нет, нас 17 человек, дай нам 17 знаков!» Мы все засмеялись. Кто бы мог подумать, что Майкл воспримет этот комментарий серьезно! Несколько минут спустя один из телохранителей спустился вниз с семнадцатью автографами на почтовой бумаге отеля! К сожалению, таксисты тут же выскочили из машин и разобрали автографы, так что некоторые фэны ушли с пустыми руками. Мы также отдали охраннику, которого за малый рост окрестили «погонным метром», небольшой подарок для Майкла: CD под названием «HIS-fans» с песнями, которые мы написали и записали вместе с еще несколькими фэна-ми. «Погонный метр» обещал немедленно передать его Майклу. Несколькими мгновениями позже, когда мы стояли чуть в стороне и разглядывали свои автографы, что-то прилетело к нам прямо в руки. Может быть, это было просто совпадение, но мы немедленно решили, что это благодарность Майкла за подарок. Да нет, не мог он целиться так точно! С другой стороны, он однажды брал уроки баскетбола у Майкла Джордана*, так что, кто знает?.. Как бы там ни было, это оказалась футболка с логотипом Неверлэнда, которую он дважды подписал: «С любовью, Майкл Джексон». И она так здорово пахла! Он, должно быть, вылил на нее целый флакон духов. Все фэны подошли понюхать и по очереди зарывались носами в футболку. Со стороны это, наверное, выглядело весьма странно.



Тем временем было уже 4 утра, и кто-то внезапно предложил замолчать на минутку, предположив, что, может быть, тогда Майкл снова с нами поговорит. Что за безумная идея? Мы даже ни разу не видели его за всю ночь! С другой стороны, судя по его действиям, он, похоже, следил за нами и слушал. Но если так, то почему, ради всего святого, он до сих пор не вызвал санитаров??? Тем не менее, поскольку это была волшебная ночь, мы решили попробовать. Но не так-то просто Утихомирить безумную толпу фэнов Майкла Джексона! Кто-то все еще разговаривал, кто-то другой пошутил: «Billie Jean is always talking!»** Нам стало смешно. И тут внезапно мы услышали сверху голос: «Я вас люблю!» Он ПРОПЕЛ эти слова!
* В своем клипе «Jam» Майкл снял известного баскетболиста Майкла Джордана. Джордан будто бы учит Джексона играть в баскетбол, а тот в качестве ответной услуги пытается научить двухметрового спортсмена танцевать. Конечно, обе затеи заведомо провальные. (Примеч. пер.)
* «Билли Джин вечно болтает» - цитата из песни Майкла «Wanna Be Starting Somethin'». (Примеч. пер.)

Все зашептали друг другу: «Ш-ш-ш...». Майкл снова сказал: «Я вас люблю!», и на этот раз его голос звучал немного сердито. Мы закричали в ответ: «И мы тебя любим!», и он отозвался: «Я люблю вас сильнее!» «Не-е-ет!» — был наш ответ. В следующие полчаса Майкл дал нам небольшое эксклюзивное... интервью, если хотите. Или просто поговорил с нами как с друзьями, которых давно не видел. По крайней мере, именно такое ощущение было у нас, пока длился разговор. Мы не видели его — должно быть, он стоял за занавеской у окна. Но слышали мы его ясно, за исключением моментов, когда мимо проезжали машины. Через некоторое время мы стали просить его подождать с ответом, если видели приближающийся автомобиль. Когда он не понимал нас, он переспрашивал: «Прошу прощения?» Он такой вежливый!
Не в хронологическом порядке, местами не слово в слово, и, конечно, не полностью, но вот наш разговор в том виде, в котором мы запомнили его, когда он состоялся:
Мы: Тебе понравилось наше маленькое шоу?
МД: Да, очень понравилось! У вас отлично получается!
Мы: Как Принс?
МД: Хорошо! Он сейчас со мной. Мы не спим, потому что завтра летим обратно в Америку, в Лос-Анджелес, снимать фильм.
Мы: Он уже разговаривает?
М Д: Нет. он не умеет разговаривать, но он ходит (отвечает с гордостью).
Мы: Как дела с новым альбомом?
МД: Я работаю над ним. Он будет выпущен летом.
Мы: Мы тебя вдохновляем?
МД: Конечно. Очень! (еле слышно хихикнув)
Мы: Мы снова обеспечим тебе первое место в чартах.
МД: Спасибо!
Мы: А что с Дебби*?
МД: О, она сейчас в больнице...
Мы: Как она?
МД: Хорошо!
Мы: Поздравляем со вторым ребенком, Майкл!
МД: Спасибо! Спасибо большое! ...Я считаю, нужно уничтожить таблоиды!
Мы: Да! Fuck the press! («К черту прессу!»)
МД: (смеется)
Мы: Слово «fuck» чересчур резкое для тебя, но в данном случае можно!
МД: Я... я ненавижу таблоиды. Не верьте им! (расстроенно и рассерженно)
Мы: НЕТ! Если бы верили, нас бы здесь не было!
МД: (смеется)
Мы: Майкл, тебе нужно выпускать больше дополнительных материалов о съемках видео. Мы обожаем смотреть, как ты работаешь за кулисами!
МД: О-о-о-о-о-о! (очень удивлен)
Мы: А когда будет тур?
МД: Сначала — фильм! ...Я люблю Германию и Мюнхен. Я скоро сюда вернусь.
Мы: Не хочешь переехать в Германию?
МД: Да, я подыскиваю здесь дом, но пока еще не нашел.
Фэн: Книга, которую я хотел передать тебе вчера, все еще у меня...
МД: О, можно я кого-нибудь за ней пришлю?
Мы: Парк Phantasialand скоро снова откроется. Ты приедешь?
МД: О, да, конечно!
Мы: Спасибо тебе за все!
МД: Вам спасибо! Теперь я пойду спать, ладно?
Мы: Спокойной ночи!
МД: Спокойной ночи! Я люблю вас. Буду скучать по вас! Спокойной ночи.
После этого он в последний раз помахал нам из-за занавески и исчез. Ух ты! Нам правда все это не приснилось?
Мы решили перекусить в маленьком кафе поблизости и обсудить случившееся с другими поклонниками. Какая чудесная ночь!
На следующий день Майкл тайно отбыл, пока мы изо всех сил пытались помешать прессе. После его печальных и сердитых слов прошлой ночью мы чувствовали, что это просто наша обязанность.

* Дебби Роу - вторая жена Майкла. Через несколько дней после описываемых событий она родила ему дочку Пэрис. (Примеч. пер.)

31.05.1998 - Кельн, Германия

Что ж, не все поездки были такими «успешными» и интересными, как наше предыдущее путешествие в Мюнхен. Например, 31 мая 1998 года мы предприняли поездку в Кельн, получив по телефону сообщение о том, что Майкл - гам, живет в отеле Hyatt и работает над новым альбомом в студии в Штомменльне под Кельном; В те времена еще не было интернета, где можно было бы проверить факты, поэтому мы поверили нашим осведомителям и отправились в Кельн. У отеля уже стояли и сидели фэны, но как выяснилось, Майкла пока никто не видел. Ну что ж, мы были в хорошем настроении: за время ожидания мы повстречали Брайана Мэя (Queen), Ринго Старра (Beatles) и Томаса Готтшалка (ведущего немецкой передачи «Wetten, dass...?») и просто радовались, воображая, что скоро увидим Майкла.
На улице смеркалось, дождь усиливался, и все больше фэнов расходились по домам, к друзьям и в отели. Так как поездка была предпринята спонтанно, мы не успели позаботиться о проживании. В конец концов мы остались у отеля в одиночестве, и швейцар попросил нас покинуть территорию. Но на улице шел дождь! Нам пришлось искать убежище под ближайшим мостом, где мы и провели ночь, глядя на окна номера, где должен был жить Майкл.Впору было расплакаться от жалости к себе! К вечеру следующего дня стало ясно, что Майкл НЕ в Кельне. Мы провели холодную дождливую ночь под мостом впустую...


Бог посадил этого мальчика
К себе на колени и сказал :
"Ты ,будешь править миром музыки!
Он твой!!!! "
 
NikeДата: Воскресенье, 22.01.2012, 02:01 | Сообщение # 13
Группа: Специалист
Сообщений: 6208

Статус: Offline




20.03.1999 — «Wetten, dass..?», Саарбрюккен, Германия




Как лучше всего привлечь внимание Майкла, если вы хотите, чтобы он подошел и поговорил с вами? Приготовьте короб подарков, занимающий два места в автомобиле, и отправляйтесь впятером в маленькой машинке в другой город в четырех часах езды! Так началась наша поездка в Саарбрюккен, где Майкл хотел анонсировать свой проект «The power of humanity» («Сила гуманности») в немецком телешоу «Wetten, dass..?»
Майкл в тот день пожелал увидеть фэнов, и у нас было превосходное место на заборе рядом со зданием, где проводилось телешоу. Нам приходилось балансировать огромной коробкой над головой, потому что поставить ее было решительно некуда. Тедди Лакис («советник по фэнам» Майкла в Германии) уже появился и сообщил поклонникам, во сколько приедет Майкл, а потом позвонил ему и дал послушать по телефону наши крики. Чуть позже Майкл прибыл в своем микроавтобусе. Он вышел и обошел толпу, чтобы поприветствовать всех фэнов. Благодаря барьерам, за которыми мы чувствовали себя как звери в зоопарке, но которые, что более важно, гарантировали его безопасность, он мог не спеша раздать автографы, рассмотреть плакаты и взять подарки.



Когда он, наконец, подошел к нам, мы были уверены, что он захочет забрать гигантскую коробку подарков. Нашей первой мыслью было: «Слава богу, дорога домой будет чуть комфортнее!» Оказалось, что передать коробку не так-то просто — забор был очень высокий, — но мы справились. Видно было, что наши усилия его впечатлили. Потом Карина протянула ему подготовленную заранее кассету, и он спросил с сомнением в голосе: «Это мне?» — «Нет, мы только что сообразили, что все это время ждали кого-то другого!» Шутка. Конечно, Карина кивнула и отдала кассету, слегка коснувшись при этом его руки. Он поблагодарил нас, положил кассету в карман куртки и отправился приветствовать остальных фэнов. Так здорово было увидеть его снова, после годичного перерыва!
К сожалению, ни у кого из нас не было билетов на шоу. В последний момент сотрудница телеканала ZDF вышла продать несколько оставшихся билетов, и двоим из нас повезло, а остальным суждено было остаться снаружи. Это очень огорчало. Мы попытались купить билеты у прохожих, прибывающих на передачу, но никто не хотел их продавать. Конечно, мы расстроились!
В итоге двое наслаждались представлением внутри (и были немного шокированы, когда перед самым прибытием Майкла прямо к сцене впустили целую толпу безумных фэнов), а остальные ждали снаружи у служебного входа.
После шоу Майкл сел в уже поджидавший его автобус. Какой-то женщине с двумя детьми разрешили подойти и поприветствовать его. Она совсем потеряла рассудок и кричала: «Я пожала ему руку, я пожала ему руку!» Затем автобус медленно тронулся по направлению к нам. Дверь была все еще открыта, и мы видели Майкла, сидящего внутри. На коленях он бережно держал маленького ребенка. На этот раз на нем не было маски, и он улыбался большой ясной улыбкой. Нас толкали сзади, и мы изо всех сил старались не попадать внутрь микроавтобуса, что заставило его улыбнуться еще шире. Потом телохранитель оттолкнул нас назад и закрыл дверь. Но Майкл, кажется, еще не попрощался: он открыл люк, привстав, выглянул наружу и помахал. В самый последний момент мы отдали ему наш плакат — он затянул его в машину, закрыл люк и был таков...


26,06-29.06.1999 - «What More Can I Give» Мюнхен, Германия


Конечно, мы должны были побывать и на концерте, который Майкл анонсировал в Саарбрюккене, поэтому 26 июня 1999 года поехали в Мюнхен. Когда мы прибыли, вся улица Променадеплац перед отелем Baverischer Hof была уже полна фэнов. Но мы все же нашли хорошее место у ограждения напротив входа. Весь вечер превратился в громадный праздник с поклонниками со всего мира. На маленькой сцене, установленной местной радиостанцией, выступали двойники, и мы танцевали под песни Майкла. Позже вечером Тедди Лакис сообщил, что Майкл только что приземлился. Волнение нарастало! Вскоре прибыл его эскорт и остановился перед отелем. Майкл вышел с зонтиком в руке и встал на небольшую платформу, чтобы помахать рукой фэнам. Затем он пошел вдоль ограждения, указывая на плакаты, которые хотел забрать с собой. К. сожалению, нескольким фэнам удалось перепрыгнуть через ограждение и броситься к Майклу. После того, как это сделала уже вторая девушка, Майкл ушел в отель. Мы были ужасно злы, ведь они испортили встречу для всех нас! Но вскоре Майкл показался в окне, и наше раздражение улетучилось - вечер прошел в песнях и криках. Около полуночи мы оставили отель и поехали на стадион. Изначально мы планировали провести ночь у ворот, но шел дождь, поэтому мы поспали пару часов в машине и встали в очередь в четыре утра,
У ворот мы были первыми, но когда в полдень открыли некоторые входы, наш не был в их числе. И снова: ну почему нельзя организовать справедливый и продуманный запуск публики?! А потом еще говорят: «Не волнуйтесь, вы все войдете...» Ну конечно! Войти-то мы войдем, но мы же стояли здесь с самого утра не только ради этого! В конце концов нас впустили, и мы все равно умудрились занять место в первом ряду. Немного справа, но ничего. Вскоре началась шоу-программа: выступали большие звезды, которых мы с удовольствием послушали (Ринго Старр, Status Quo, The Scorpions, All Saints, Boyzone, Лютер Вандросс, Ванесса Мэй — вот лишь некоторые из имен). Но мероприятие становилось все более изнурительным.
Около восьми вечера началась прямая трансляция. Майкл вышел на сцену, произнес короткую речь и представил Андреа Бочелли. Ситуация становилась все хуже: стоять было тяжело. Классическая музыка — это прекрасно, но не в давке же! И не после стольких часов на ногах! Наконец, в десять вечера пришло время Майкла. Вновь видеть его на сцене было замечательно! Когда он начал исполнять новую версию «Dangerous», эмоции просто захлестнули нас.



У Майкла все шло прекрасно вплоть до «Earth Song». Во время исполнения песни он забрался на огромный мост, пересекавший всю сцену. Спецэффект заключался в том, что средняя часть моста вместе с Майклом на ней поднималась в воздух на максимально возможную высоту. Когда пришло время опускать середину моста обратно к боковым частям, чтобы Майкл мог сойти на сцену, эта секция вдруг обрушилась до самой земли. На большой скорости она с грохотом пронеслась вниз. Сначала мы не поняли, что произошло. Мы подумали, что это какой-то трюк. Майкл стоял на остатках моста перед сценой как будто в замешательстве. Ему удалось забраться обратно на сцену, и он довел песню до конца. Последовала длинная пауза. Затем Майкл снова вышел и исполнил «You Are Not Alone», хотя похоже было, что он все еще в шоке и что ему больно. Мы не могли оценить всю серьезность ситуации. Только когда мы вернулись к его отелю после концерта и нам сообщили, что Майкл в больнице, мы поняли, что случилось что-то плохое. На самом деле, Майкл получил тяжелую травму, из-за которой страдал от болей в спине до самой смерти. Но на сцене он повел себя как профессионал: довел шоу до конца и не обратил внимания на несчастный случай, чтобы не разочаровывать зрителей. Конечно, в ту ночь мы ничего этого не поняли. Ужасно устав, мы просто отправились в свой отель и заснули в тот же момент, как наши головы коснулись подушек.
Слава богу, на следующий день Майкл вернулся. Мы отлично провели день перед его отелем в интернациональной компании фэнов со всего мира: пели для Майкла песни, что ему очень нравилось, — он подходил к окну и махал нам. Чтобы лучше слышать нас, он широко открыл окна. Кто-то из фэнов принес воздушные шарики, и мы попытались запустить их на веревочке перед окном Майкла, чтобы он мог их поймать. Сначала он не понимал, чего мы хотим, потому что каждый раз, когда выглядывал в окно, шариков не было видно. Но в конце концов он их заметил, поймал и, наматывая бечевку на руку, махал нам каждые несколько секунд, что выглядело очень забавно. Он все еще был одет в пижаму, и на его руке под кожей была игла — ой!
Так как у нас не было ночлега на эту ночь, мы провели ее перед отелем, а под утро поспали несколько часов в машине. Нас разбудили полицейские, потребовавшие парковочный талон. Упс! Но офицеры попались добрые и позволили нам купить талон прямо на месте. Судя по тому, как они улыбались, выглядели мы ужасно. В тот день Майкл должен был улетать. Он несколько pаз появился у окна, а потом кто-то сказал, что он уехал. Не зная, чему верить, мы решили поехать в аэропорт и посмотреть, действительно ли он улетел. Мы понятия не имели, как будем искать его там, но... В этот раз удача была на нашей стороне! Приехав, мы увидели фэнов, стоящих у изгороди, и присоединились к ним. Несколько мгновении спустя автобусы Майкла подъехали на аэродром. Майкл вышел и поднялся по трапу к самолету. Он останавливался на каждой ступеньке, поворачивался и махал нам. Чем выше он поднимался, тем грустнее нам становилось... Мы перестали кричать: «Пожалуйста, останься!» и начали кричать: «Возвращайся скорее!» Конечно, мы не думали, что сможем удержать его, и все же... Потом мы затянули «Never Can Say Goodbye» и пели до тех пор, пока он не скрылся в самолете. Самолет выкатил на взлетную полосу, разогнался, взлетел и исчез из виду.


06.03-10.03.2001 - Оксфорд и Лондон, Великобритания


6 марта 2001 года пришло время снова встречать Майкла. С того момента, как мы видели его в последний раз, прошло уже два года, и мы очень скучали по чудесному ощущению его присутствия. Мы поехали в Лондон, куда Майкл прилетел примерно на неделю. Он был занят продвижением своей организации Heal the Kids, встречался с давним другом Маколеем Калкиным и, конечно, предусмотрел время для поклонников.
Прибыв в Лондон, мы первым делом заглянули в отель Lanesborough, проверить, там ли Майкл или уехал в город. У отеля было много фэнов, все в приподнятом настроении, так что мы решили остаться и подождать. Через час Майкл вышел в красной спортивной куртке, черных брюках и черной маске. Он был на костылях, так как в Неверлэнде перед самой поездкой сломал ногу. С ним был друг Фрэнк Касио, и они собирались отправиться в Оксфорд, где Майкл должен был читать лекцию студентам Оксфордского университета.
Вслед за Майклом мы сели на автобус до Оксфорда. В дороге мы сильно перенервничали, потому что постоянно застревали в пробках и боялись, что все пропустим. Но Майкл, видимо, тоже попал в поток, потому что мы прибыли раньше него. Лил дождь, из-за неорганизованности толпы хорошего места нам не нашлось, ограждений не было, и на улице царил полный хаос. Когда автобусы Майкла прибыли, они, что удивительно, остановились прямо напротив нас. Майкл собрался выйти, но внезапно кто-то из фэнов ринулся его обнимать, кто-то бросился следом, так что дверь машины поспешно закрыли, и автобусы проехали вперед, ко входу в университет. Мы решили остаться в стороне от этого беспорядка и посмотреть издалека. Но смотреть было особенно не на что, а послушать лекцию у нас возможности не было (она предназначалась только для студентов Оксфорда), так что мы, злые на ненормальных фэнов, сели на автобус, идущий обратно в Лондон. Естественно, мы вернулись к отелю Lanesborough и планировали ждать там возвращения Майкла. Но внезапно прошел слух, что Майкл останется на ночь в Оксфорде. Вдобавок к этому дождик превратился в ливень, и настроение у нас становилось все хуже, так что мы уже начали сомневаться в правильности своего решения.
Время шло, фэны постепенно расходились, и делать было больше нечего, но оставлять надежду все же не хотелось. По крайней мере, мы теперь заняли лучшие места у ограждения. В два часа утра ни с того ни с сего вокруг поднялось возбуждение и спустя мгновение мы увидели подъезжающие автобусы Майкла! Он возвращался из Оксфорда! Никто не верил, что Майкл, с его больной ногой, вообще покажется фэнам после столь утомительного дня. Но мы ошиблись. Он захромал по направлению к нам и огляделся. Мы заранее решили, что не будем кричать, а лучше споем: мы ведь понимали, что человеку не комфортно, когда все орут ему в уши. Поэтому мы начали петь, и еще одна группа фэнов рядом с нами — тоже, но только другую песню. Ну и бардак - шум стоял как на базаре!



Вдруг взгляд Майкла остановился на одном из наших плакатов. Он немедленно указал на него, и мы отдали его одному из телохранителей. Получив плакат, Майкл хотел было удалиться в отель, но тут заметил, что его ждет поклонник в инвалидной коляске, и вернулся, чтобы поговорить с ним. На наше счастье, этот парень был прямо перед нами, поэтому Майкл некоторое время стоял совсем рядом. Перед уходом он раздал несколько автографов, и нам досталось целых два. Мы были без ума от радости: эти несколько минут заставили нас забыть о долгом утомительном дне, о разочаровании в Оксфорде, о наших текущих из-за бесконечного дождя носах и обо всех остальных трудностях поездки. Невозможно передать, какое обаяние излучал Майкл! Была уже поздняя ночь, но нам казалось, что он светится в темноте - от его волшебного присутствия у нас выросли крылья!
После нам удалось поговорить с менеджером Майкла — им тогда был Дитер Уизнер, немец по национальности. Мы сказали, что приготовили для Майкла забавное шоу и хотели бы его исполнить, и он ответил, чтобы мы приходили завтра и что он организует для нас встречу. Конечно, в ту ночь мы не спали, а репетировали до утра! О боже, неужели этот день наконец настал?



На следующий день в полдень мы вернулись к отелю. В районе двух часов Майкл уехал на свадьбу к своему другу, фокуснику Ури Геллеру куда-то в пригород Лондона. Мы увидели его мельком, но он торопился. Мы ждали его целый день. Время, когда нам нужно было уезжать на «День MJ», все приближалось. Мы установили себе предельный срок, и в первый и, наверное, единственный раз за наши фэн-жизни Майкл в него уложился! За минуту до того, как мы собирались уезжать, в 6:30 вечера, подъехал его автобус. Майкл вышел и прошел на костылях вдоль ограждения. К сожалению, целая группа фэнов опять перепрыгнула через барьеры. Нам никогда не забыть, как у Майкла от страха расширились глаза, прежде чем он успел ретироваться в отель. Мы стояли на каменной стене и наблюдали за происходящим в ярости на этих людей, так напугавших его. Каждый раз они кидаются на Майкла и кладут конец его присутствию, лишая всех остальных возможности его увидеть!
Наконец нам представился шанс снова поговорить с мистером Уизнером насчет встречи с Майклом. Он попросил нас подойти попозже и заверил, что вечером Майкл сможет нас принять. Тогда мы отправились на метро в театр Apollo. В тот вечер там проводился 10-й ежегодный День MJ - гигантски и праздник для фэнов, организованный писателем Эдрианом Грантом и его командой. Они пригласили Майкла посетить мероприятие, и он согласился, поэтому нам обязательно нужно было там быть. Шоу оказалось превосходным — в зале собралось несколько сотен фэнов, и все были в восторге. Очень талантливые артисты — певцы, танцоры, детский хор, балетная труппа — представляли оригинальные интерпретации песен Майкла Джексона.
В конце представления Майкл, хромая, вышел на сцену. Зал взорвался. Мы не ожидали, что зрители отреагируют ТАК бурно, но все просто потеряли головы. Все повскакали на сиденья бархатных кресел и заорали что есть мочи. Как здорово было видеть Майкла на сцене в таком красивом театре, в окружении поклонников со всего мира!
Мы окатили Майкла шквалом аплодисментов, так что поначалу он выглядел немного смущенным и не знал, что сказать. Потом он поблагодарил Эдриана Гранта за чудесное шоу и добавил: «Я люблю вас от всего сердца». А потом произнес две фразы, от которых едва не обрушилось здание. Он сказал: «Я работаю над новым альбомом», сделал паузу — «Еще два месяца», и тут все словно спятили! Мы не могли поверить своему счастью. Новость про новый альбом взбудоражила всех. (На самом деле, прошло еще семь месяцев до выпуска «Invincible» в октябре 2001-го.) Эдриан Грант, стоявший на сцене вместе с Майклом, вручил ему две награды за художественные и гуманитарные достижения. Шоу окончилось песней «Heal the World», которую все артисты исполнили вместе. Вот это ночь! Мы были в полном восторге. После окончания мероприятия мы вернулись в отель Lanesborough, но Майкл добрался раньше нас и в ту ночь больше не появлялся. Мы еще раз переговорили с Дитером Уизнером, и он сказал, что сейчас встретиться с Майклом нельзя, но что скоро он приедет в Германию и мы сможем выступить для него там. Мы были очень разочарованы: Дитер наобещал нам слишком много, а встречи с Майклом не получилось.
После ночи в Apollo в ту поездку Майкла мы больше не видели. На следующий день он вообще не показывался (по-видимому, нехорошо себя чувствовал — мы лишь слышали, что он провел весь день с Маколеем Калкиным). А потом нам пора было возвращаться в Германию. И все же, мы были более чем довольны воспоминаниями, которые у нас остались!


Бог посадил этого мальчика
К себе на колени и сказал :
"Ты ,будешь править миром музыки!
Он твой!!!! "
 
NikeДата: Понедельник, 23.01.2012, 20:36 | Сообщение # 14
Группа: Специалист
Сообщений: 6208

Статус: Offline



14.06—16.06.2002 — Демонстрация против SONY и вечеринка Killer Thriller Party. Лондон, Великобритания

Второе наше MJ-путешествие в Лондон случилось 14 июня 2002 года. Мы доехали за ночь на «фэн-автобусе». организованном немецким фэн-клубом, и прибыли в город в полдень 15-го июня. Дальше у нас была своя программа. Первым делом мы отправились туда, где остановился Майкл — на сей раз это был отель Renaissance. Но там ничего не происходило — все ушли на первое событие дня: демонстрацию у головного офиса SONY на Грэйт-Марлборо-стрит. SONY, фирма звукозаписи, у которой был контракт с Майклом, не продвигала как следует его альбом «Invincible», выпущенный в октябре 2001-го. Ходили слухи, что SONY пыталась поставить Майкла в тяжелое финансовое положение, чтобы вынудить его продать свою долю в каталоге ATV. содержащем права на огромное количество песен Beatles и многих других артистов. Майкл был расстроен, и мы, конечно, выступали на его стороне. Фэны организовали несколько демонстраций против SON Y в больших городах. И вот. после демонстрации в Берлине пришло время нам протестовать в Лондоне.
Перед зданием SONY собралось порядка тысячи фэнов. Видны были сотни плакатов с обвинениями: «SONYv6MBaeT музыку Майкла!». «SONY может пересчитывать деньги , а Майкл может рассчитывать на поклонников», «SON Y обманывает!», и люди скандировали эти лозунги на улице. Организаторы построили небольшую сцену, где фэны могли танцевать, подражая Майклу Джексону. Атмосфера была чудесная, заряженная энергией музыки Майкла. Мы провели там несколько часов, после чего пошли в театр Equinox на Лестер-сквер, потому что нам нужно было забрать билеты на следующее мероприятие дня: Killer Thriller Party. Мы были членами британского фэн-клуба MJNI, организовывавшего мероприятие, и нам удалось получить места в 7-м ряду, но нас предупредили, что забрать билеты нужно вовремя. Поэтому нам пришлось покинуть демонстрацию, когда она была еще в самом разгаре.
Пока мы стояли в очереди за билетами, прибежали фэны и рассказали, что Майкл только что был на демонстрации. Он проехал, стоя на открытом втором ярусе лондонского экскурсионного автобуса, и принял участие в протесте. Естественно, все демонстранты жутко возбудились оттого, что к ним присоединилась сама суперзвезда. По слухам, Майкл даже перелез через перила автобуса, чтобы дотянуться до некоторых плакатов, так что телохранитель Майкла Перрук и визажистка Карен Фей едва удержали его от падения. Он поднимал транспаранты над головой и рассекал кулаком воздух в ритм скандирований «SONY — отстой!», и даже сам взял мегафон и выразил свой гнев в адрес SONY.
Услышав эти новости, мы пришли в отчаяние! Как можно было пропустить такое важное событие? Проехать весь путь из Германии и разминуться с Майклом на какие-то несколько минут!
Но разочарование скоро ушло: день только начался, и пришло время для Killer Thriller Party в театре Equinox. Шоу было просто потрясающим: с участием первоклассных певцов и танцоров. Звездами вечера стали парень и девушка, замечательно исполнившие песню «Human Nature», и двойник Эрнест Валентино, который своим танцем привел нас в экстаз. Но гвоздем программы стало присутствие в театре Майкла. Он сидел справа от сцены, в VIP-ложе с балконом, и ему было видно все, что происходило в зале. Судя по всему, шоу ему очень нравилось — он аплодировал каждому исполнителю. Вместе с ним в VIP-секции было много друзей, и время от времени они что-то жевали. Ури Геллер снимал все на камеру. Каждый раз, когда Майкл наклонялся, чтобы посмотреть с балкона вниз, все одобрительно кричали, и он махал нам рукой.



В конце шоу пришла его очередь выступить. Он медленно вышел на середину сцены, и какая-то девушка подарила ему букет цветов. Майкл выглядел просто замечательно: с более короткой, чем обычно, стрижкой, в черных брюках и черной куртке с бело-золотой вышивкой на груди. Он взял микрофон и начал длинную речь: поблагодарил всех собравшихся, а после заговорил о состоянии музыкальной индустрии и о своих отношениях с SONY, особенности с лидером SONY, Томми Моттолой. Он назвал Моттолу дьяволом, на все готовым ради денег. Также он сказал, что должен SONY еще один альбом — всего лишь сборник с двумя новыми песнями, которые написал давным-давно, и что после выпуска этого альбома он уйдет из SONY как свободный артист, владея при этом правами на половину их музыки. Майкл говорил о положении черных артистов в насквозь пропитанной расизмом музыкальной индустрии: о том. что многие великие артисты, принесшие своим звукозаписывающим компаниям миллионы, умирают в нищете и одиночестве, что их просто используют, а потом выбрасывают за ненадобностью. Он был очень серьезен: несколько раз понижал голос и делал выразительные паузы. Фэны время от времени прерывали его криками «SONY — отстой» или просто аплодисментами. Мы не могли поверить своим ушам: никогда еще Майкл не обращался к толпе так агрессивно! Нам ни разу не приходилось слышать, чтобы он так плохо отзывался о других людях. Мы были под сильным впечатлением.



Когда Майкл закончил речь и ушел со сцены, все кинулись наружу в надежде увидеть его отъезд. Мы заметили, что на сцене все еще стоит Эрнест Валентино, и решили поздороваться с ним и спросить, удалось ли ему передать Майклу наш подарок, который он взялся доставить ранее. За несколько недель перед поездкой мы переписали слова к некоторым песням Майкла и превратили их в песни против SONY. «Man In the Mirror» трансформировался в «Tommy Moitola»: «We're starting with Tommy Mottola, We're asking him to change his ways, Instead of Pepsi we drink Coca Cola, So if you wanna make the world a SONY-place, Take a look at us now and then make that change...» («Мы начинаем с Томми Моттолы, Мы просим его измениться, Вместо пепси мы пьем кока-колу, Если хочешь превратить мир в территорию SONY, взгляни на нас, прежде чем проводить реформы»). «Dirty Diana» была переименована в «Phony SONY»: «You'll never make him stay, So take your weight off of him, We know your every move, And every move's full of sin, You did it times before, The world was too blind to see, You try to ruin each star, This time we won't let it be...» («Вы не заставите его остаться, Так не давите на него, Мы знаем каждый ваш шаг, Каждый ваш шаг порочен, Вы делали это ранее неоднократно, Но мир был слишком слеп, Вы уничтожаете звезд, На этот раз мы этого не потерпим»). Эрнест сказал, что встретился с Майклом перед началом шоу и передал ему CD с песнями. Это нас несказанно обрадовало. Мы забрались на сцену и встали на том месте, где всего несколько минут назад стоял Майкл, чтобы сфотографироваться. Внезапно на VIP-балконе мы заметили очень знакомые очертания головы. Оказывается, Майкл был все еще там — беседовал с друзьями!
Несколько оставшихся в здании фэнов тоже это поняли. Когда мы осторожно позвали его по имени, Майкл отреагировал. Он вышел на балкон, помахал нам и потряс кулаком в такт нашим возгласам «SONY—отстой». Мы подняли вверх плакаты, оставшиеся у нас с демонстрации. Майкл устремил взгляд на один из них и попытался взять его. Но балкон был высоковато, и он не мог дотянуться так далеко. Тогда он перелез через балюстраду, чтобы подобраться ближе. Мы не могли поверить глазам! Он наклонился, вытянул руку,достал плакат и забрал его наверх. Залезая назад, он застрял ногой в балюстраде и чуть не упал! Когда он снова оказался в безопасности, мы вздохнули с облегчением. Надо же, какой акробатический трюк Майкл исполнил ради нашего плаката — обалдеть!
Мы вышли из театра и обошли здание в поисках заднего входа, где нас ждали друзья. Там уже собрались сотни фэнов, и не было никаких шансов на место с хорошим обзором. Поэтому мы развернулись и решили ехать обратно к отелю. Но проходя мимо бокового входа в здание, мы внезапно увидели черное лондонское такси и множество выходящих людей... И снова здравствуй, Майкл! Он сел в машину с еще несколькими людьми и уехал. Мы совсем не предполагали увидеть его тут, и от неожиданности испытали такой выброс адреналина, что помчались за машиной как сумасшедшие. Это было нелегко, потому что при этом мы еще и смеялись! Начался марафон: мы мчались по улицам, мимо площадей и памятников. Все это время мы видели Майкла, сидящего на заднем сиденье, потому что машина была самая обычная, без тонированных стекол. Его черные кудри свисали на шее над белым воротником.
Когда мы почти совсем выдохлись, машина остановилась на светофоре. Мы подошли ближе — Майкл уже подписывал автографы каким-то другим фэнам. Мы догнали их как раз в тот момент, когда загорелся зеленый свет и автомобиль тронулся дальше. В наших венах пульсировало столько адреналина, что мы не могли больше бежать и остались на перекрестке, пытаясь отдышаться. Позже до нас дошла информация, что Майкл уехал из Лондона, чтобы поужинать где-нибудь в тишине.
Мы решили вернуться к отелю Renaissance и ждать там. В следующие шесть часов ничего не происходило, лишь поклонники развлекались, выкрикивая лозунги и танцуя на улице. Перед отелем установили ограждения, чтобы сдерживать толпу, но их было явно недостаточно. Фэны уже занимали позиции на другой, свободной от барьеров стороне улицы, готовясь броситься на машину Майкла. Так как ситуация была нам уже знакома, и мы знали, на что способны некоторые из стоящих там людей, мы решили обратить на них внимание службы безопасности отеля. Охранник оказался весьма высокомерным типом и заверил нас, что ситуация под контролем. Он, вероятно, подумал, что мы взялись поучать его, но наше намерение заключалось не в этом. Мы просто знали, что ситуации вокруг Майкла - всегда чрезвычайные и охрана, как правило, оказывается не готова.
И этот раз не стал исключением! Когда Майкл вернулся ночью, его лимузин моментально окружили. Воцарился полнейший хаос! Фэнам, которые терпеливо ждали за ограждениями, не было видно вообще ничего. Мы жутко расстроились. Но что хуже всего, один из телохранителей Майкла пострадал так сильно, что его пришлось забрать в больницу! Самому Майклу каким-то чудом удалось выбраться из этой сцены невредимым.
Пришла пора нам садиться на «фэн-автобус», который должен был везти нас обратно домой, в Германию. Мы уезжали в отвратительном настроении. Вдобавок ко всему, на обратном пути лидер фэн-клуба произнес небольшую речь, похвалив всех за оказанную Майклу поддержку, и ни словом не обмолвился о том, что только что произошло! А ведь некоторые из фэнов, начавших весь беспорядок, сидели в этом самом автобусе...


Бог посадил этого мальчика
К себе на колени и сказал :
"Ты ,будешь править миром музыки!
Он твой!!!! "
 
NikeДата: Понедельник, 23.01.2012, 20:53 | Сообщение # 15
Группа: Специалист
Сообщений: 6208

Статус: Offline



19.11-22.11.2002 — Церемония награждения Bambi Awards, Берлин, Германия

Майкл сообщил, что 19 ноября 2002 года приедет в Берлин — его пригласили на церемонию награждения, которая должна была транслироваться в прямом эфире. Всем нам удалось освободиться от работы и учебы, и мы прибыли в Берлин на два дня раньше него. Так у нас было время заранее осмотреть места, куда он поедет, — во всяком случае те, о которых нам было известно.
В день приезда Майкла мы первым делом остановились в цветочном магазине и заказали букет, украшенный пятью настоящими яблоками, — в конце концов, мы же звались Appieheads. Затем мы отправились в аэропорт Tempelhof, где он должен был приземлиться, и пообщались с тамошними служащими. Поначалу они не были настроены разговаривать. но мы упрямо продолжали спрашивать о времени прилета Майкла и в шутку предложили им в награду еду и выпивку. В конце концов они рассмеялись и сообщили, что самолет должен приземлиться либо в два. либо в четыре часа дня. Удовлетворенные, мы прошли в ту часть аэропорта, где Майкл, согласно нашим подсчетам, должен был пройти обязательно. и принялись ждать. Наше предположение вроде бы подтвердилось, когда к этому месту подъехали микроавтобусы. Мы немного побеседовали с телохранителями, и они сказали нам, что не будут здесь задерживаться и что нам лучше поехать в отель. Но мы знали по опыту, что у отеля будет полный хаос, поэтому все же решили остаться. Они нам, конечно, не поверили и сказали, что никакого хаоса не будет, потому что «именно для этого они здесь» (ха. первый раз в охране Майкла?), но тем не менее были любезны и подсказали нам, где лучше встать, чтобы Майкл увидел наш плакат.
Потом планы резко изменились: телохранители поспешно запрыгнули в автобусы и укатили к другому выходу. Времени на раздумья не было, мы тоже прыгнули в машину и поехали за ними. К счастью, мы успели вовремя и встали у проезжей части, подняв вверх громадный приветственный транспарант.
Мгновением позже мы увидели несколько темных «мерседесов». приближающихся на большой скорости. В одном из них сидела Грейс Руарамба, няня детей Майкла. Она указывала на нас! Автобусы внезапно затормозили и остановились всего в нескольких метрах. Мыв нерешительности подошли. Грейс поздоровалась с нами, и Дитер Уизнер, который сидел на одном из задних сидений, попросил нас отдать плакат. Мы с радостью передали его в машину. Рядом с мистером Уизнером была еще одна няня, державшая на руках младенца, в котором мы немедленно узнали Бланкета.
Когда мистер Уизнер сел на место, на третьем ряду сидений мы увидели Майкла с Принсом и Пэрис. Мы по привстствовали его в Германии и представились как Appleheads, в ответ на что он захихикал. Потом мы отдали ему букет цветов, и все пассажиры нашли его «очень красивым». К букету прилагалась открытка с изображением Чарли Чаплина, в которой сообщалось, что мы приготовили небольшое юмористическое шоу, и хотели бы исполнить его для Майкла, и что он еще увидит нас у отеля Adlon. Мы задали несколько вежливых вопросов, вроде «Как дела?», «Как прошел перелет?», и он дал нам автографы. Еще мы немного рассказали ему про наш спектакль, сообщили, что его сестра Дженет и Лиз Тейлор тоже «появляются» в шоу, — он нашел это весьма забавным. Мы говорили так много, что толком не давали ему вставить слова. Когда Хайке протянула журнал «Black & White» (М J-фэнзин) для автографа, он попросил разрешение оставить его себе. Она скрепя сердце ответила «конечно» (достать старые выпуски бывало непросто...), тогда Майкл спросил ее имя и ответил: «Спасибо, Хайке!»
К конце концов Бланкет начал ныть, и Грейс сказала, что он замерзает и что пора двигаться. Да уж, стоял ноябрь, и в Берлине было весьма холодно! На прощание мы спели припев песни «My Girl» группы The Temptations, заменив слова «My girl» на «Michael», и исполнили небольшой танец, который когда-то придумали. Все пассажиры микроавтобуса смеялись над этой забавной сценкой. Особенно Майкл! Когда мы дошли да слов «Michael, Michael, Michael...», он расхохотался и восторженно зааплодировал, подняв руки над головой. Король поп-музыки хлопает нашему мини-представлению! С ума сойти! Потом мы развернулись и пошли прочь и только тут заметили телохранителя Майка, стоявшего у соседней машины. Когда мы проходили мимо, он похвалил нас: «Отлично!». и мы улыбнулись. Возвращаясь к машине, мы старались сохранять спокойствие, но как только сели внутрь и закрыли двери, завизжали во все горло. Восторг был неописуем! Только что случилась наша первая настоящая личная встреча с нашим кумиром! Мы были безумно счастливы!
Теперь мы отправились к отелю, и так как Майкл был на том же пути, вскоре увидели впереди его автобусы.



Прибыв в отель Adlon рядом с Бранденбургскими воротами, мы увидели там сотни ожидающих фэнов. Нам даже негде было запарковаться! Автобусы Майкла свернули в подземную стоянку отеля, и, толком не подумав, мы въехали прямо вслед за ними, в последний момент перед тем, как опустились ворота. Конечно, из-за этого у нас не было пар-ковочного талона. (Он чуть не обошелся нам потом по цене суточной парковки, но, слава богу, охранник сжалился над нами.) Автобусы Майкла остановились у лифта. Нам не хотелось снова его беспокоить, поэтому мы спокойно запар-ковались, а потом на другом лифте поднялись в холл. Там мы сели и принялись смаковать воспоминания о прошедшем дне. Но спустя несколько минут снаружи началось волнение, и вдруг мы увидели подъехавший «мерседес» и выходящего из него Майкла. Очевидно, он хотел войти в отель помпезно, поприветствовав поклонников, а не просто незаметно проскользнуть через гараж. Увидев Майкла, люди как с ума посходили. Все бросились к нему. Началась неразбериха, Майклу пришлось ретироваться в холл — но и там его поджидала толпа, так как фэны были уже везде. Телохранителям удалось эвакуировать его в служебные помещения отеля и оттуда поднять в номер. Мы издалека понаблюдали за этим беспределом, и вышли обратно на улицу. Через несколько минут Майкл показался в окне. Он помахал нам, смеясь, и показал Бланкета — это был знаменитый «инцидент со свешиванием младенца с балкона», который превратился в огромный скандал в СМИ. Сказать по правде, в реальности это было и вполовину не так захватывающе, как представили в новостях. Мы видели, что Майкл крепко держал ребенка и не уронил бы его ни при каких обстоятельствах. И хотя это, может быть, был не самый разумный его шаг, Майкл был всего лишь гордым отцом, которому хотелось показать поклонникам своего младшего сына. И момент этот длился вовсе не так долго, как показывают по ТВ в замедленной съемке.
Майкл был у окна очень долго. Время от времени он махал фэнам. указывал на плакаты, которые хотел забрать,
и поглядывал влево, где ему открывался необыкновенный вид на Бранденбургские ворота. Потом вышла няня Грейс. Она обошла фэнов. собрала подарки и подошла к нам со словами о том, что Майкл хочет взять наш плакат тоже. Как, еще один? Конечно, нет проблем! Мы спросили, можем ли сфотографировать ее с плакатом, но она ответила что-то насчет «позже» и «наверху» — мы толком не поняли, и ушла. Спустя пару минут Майкл подошел к окну и поднял наш плакат с фотографиями сына Хайке и крестника Мири и надписью «Будущее в наших руках». Мы не поверили своим глазам!



Но дальше ситуация развивалась еще удивительнее: Майкл, казалось, все время указывал на нас рукой и показывал жестами, что мы должны подняться. Мы решили, что нам это только кажется. Или он прочел нашу открытку с Чарли Чаплином?! Глядя на него, мы сделали несколько шагов в сторону входа, и Майкл кивнул: «Да». Теперь стало очевидно, что он имел в виду именно нас. Проблема заключалась в том, что внутрь отеля нас не пускали. В этот самый момент к нам вышел один из телохранителей. Крис: «Майкл хочет знать, можете ли вы сейчас показать ему ваше шоу?» Мы слегка опешили, но, конечно, подтвердили. Вот это да, Майкл прочел нашу открытку и ответил! Встреча в аэропорту случилась всего какой-то час назад. Крис проводил нас внутрь отеля, где мы вновь увидели Грейс. Она опять вышла с нами наружу и сказала фэнам несколько слов о том. что Майкл рад их видеть и рад быть в Берлине. Затем нас снова провели внутрь. Пока мы пересекали холл, ехали в лифте и шли к номеру Майкла. Грейс непрерывно повторяла: «Appieheads могут пройти». ^Телохранители были на каждом углу. Наше волнение росло. Дитер Уизнер, стоявший у дверей номера Майкла, сказал, что надо немного подождать. Мы подождали, беседуя с ним. Наконец наше время пришло. Мы даже не особо нервничали, поскольку лишь недавно говорили с Майклом. Все казалось вполне естественным. Через несколько минут из номера вышел телохранитель Майк, и мы приготовились: «Так, на старт, внимание, марш!» Но он сообщил, что у Майкла важный деловой звонок и встречу придется отложить. Мы расстроились, но нам пообещали, что можно будет встретиться с ним попозже. Мы все равно были жутко рады и, конечно, верили, что сможем вернуться позже.
Заскочив в туалет в отеле, мы вышли обратно на улицу. До вечера все было тихо — никаких «оконных игр», ничего, -очевидно, Майклу действительно пришлось заняться делами. Но только мы устроились на земле перед отелем, чтобы съесть наш скромный фэн-ужин, как к отелю подъехал микроавтобус. Мы даже не поняли, что это за Майклом, до тех пор пока другие фэны не бросились к нему. На Майкле была белая блестящая куртка и белая маска, и он подписывал предметы, которые люди просовывали ему в окно. Кое-кому он пожал руки. В какой-то момент он начал писать что-то на стекле — мы поняли это как «видео», но слово было написано коряво... Возможно, он хотел взять видеозапись у кого-то из фэнов. Автобус попытался тронуться через толпу, но ничего не получилось, поэтому водитель гуднул. Майклу это показалось забавным, и он сам, смеясь, погудел несколько раз. Наконец толпа расступилась, и автобус уехал, увлекая следом сотни бегущих людей. Мы остались на месте — нам хотелось доесть свой «ужин». Позже мы услышали, что Майкл поехал в Dussmann — самый крупный и известный CD- и DVD-магазин в Берлине, расположенный лишь в нескольких кварталах от отеля. Там он приобрел DVD с фильмом «Инопланетянин» и встретился с несколькими поклонниками, которым удалось пройти внутрь.
Вечером среди оставшихся у отеля фэнов прошел слух, что Майкл поедет ужинать в Ваг 925, так что мы отправились туда. И действительно, там уже стояли телохранители и куча людей. Но окна бара были заклеены фольгой, чтобы оградить посетителей от прессы и фэнов снаружи. Лизе удалось заглянуть внутрь, и она увидела, как Майкл, его менеджер и еще несколько человек сидят там, едят и пьют. Мы решили уважить их право на уединение — фольга явно служила просьбой не беспокоить — и поехали обратно в отель, где в ожидании устроились у заднего входа. Когда Майкл вернулся, в салоне его машины был включен свет, так что мы смогли увидеть его, прежде чем автомобиль скрылся в гараже.
Мы вернулись к себе в отель. На нас постепенно начинало снисходить осознание того, что мы только что прожили лучший день в своей жизни. Было почти невозможно разом постичь все происшедшее задень. Мы часами разглядывали автографы Майкла, чтобы поверить, что действительно говорили с ним. Перед сном мы долго беседовали и сошлись во мнении, что Майкл — добрейшая душа и один из лучших людей, которых только можно встретить на этой планете! Он был так открыт и любезен с нами, и в то же время так скромен и благодарен за нашу любовь... Нам совсем не казалось. что мы встретили величайшую в мире звезду, это больше походило на встречу с кем-то, кого мы знали всю жизнь. Мы были рады, что нам удалось встретиться с ним впятером — как настоящим друзьям, и что его магия коснулась всех нас. Ведь это он много лет назад свел нас вместе. Мы чувствовали себя так, будто он был давно отсутствовавшим членом нашей группы и теперь, пусть всего на мгновение, с его участием наш коллектив стал цельным.
В среду, 20-го ноября, нас ожидал еще один день, полный важных событий. Мы встали поздно, после недолгого, но столь необходимого сна. А потом попали в пробку! Мы нервничали, так как должны были быть в театре Metropol к определенному времени, чтобы выкупить билеты на организованную фэнами вечеринку, на которую принял приглашение сам Майкл. Поэтому мы поехали по полосе, предназначавшейся для автобусов, делая вид, что на следующем перекрестке нам направо, а потом каждый раз «понимая», что нам нужен не этот перекресток, а следующий! Номерной знак из другого города определенно нам помог. Посмеявшись от души над этой уловкой, мы успели в Metropol вовремя. Но продавец билетов запаздывал: мы ждали и ждали, становилось все позднее и позднее... Потом позвонил наш друг и сообщил, что, по слухам, Майкл сегодня пойдет в зоопарк. так что мы решили уйти. Мы ненадолго заехали в отель Adlon, чтобы посмотреть, что там происходит, но так как все было тихо, направились прямиком в зоопарк и принялись ждать у входа. Совсем скоро мы увидели приближающуюся колонну машин Майкла, и вот она промчалась мимо на большой скорости. Все побежали следом, но через несколько метров стало ясно, что это бессмысленно. Тогда мы оперативно устроили мозговой штурм и обсудили варианты. Мы знали, что Майкл особенно любит обезьян, поэтому решили пойти к обезьяннику и ждать его там. Но на этот раз даже ждать не пришлось! Мы подошли туда с одной стороны, в то время как Майкл, его дети и сопровождающие — с другой. Они ненадолго опередили большинство фэнов и папарацци, так что это был довольно личный момент. Когда Майкл приблизился, мы окликнули его: «Майкл, Appleheads снова в твоем распоряжении!» Он резко обернулся перед входом и практически закричал звонким голосом: «Ой, приве-е-ет! Я люблю-ю-ю вас!»



Мы не знали, что делать дальше. Так как все пошли в павильон, мы тоже вошли внутрь, но тут же оказались в самом центре беспорядка... фэны и папарацци словно сошли с ума и пытались подобраться к Майклу как можно ближе. Мы решили не участвовать в этом безумии и отошли к клетке с гориллой. Майкл с детьми все еще разглядывали шимпанзе, но вскоре толпа так затолкала их, что им пришлось сменить дислокацию. И ни за что не поверите: Майкл прошел прямо по направлению к нам и остановился совсем рядом! Он, казалось, был в полном восторге от горилл: лицо его светилось, глаза были широко раскрыты. Он попытался объяснить детям поведение обезьян, показывая на туловища горилл, чтобы проиллюстрировать свои слова. Дети тогда были еще очень маленькие (там были только Принс и Пэрис), но они, похоже, с удовольствием слушали то. что отец им рассказывал. Самый крупный самец гориллы подошел к стеклу и яростно ударил по нему лапой. Вышло это неожиданно и очень громко, и все вздрогнули, но Майкл только истерично засмеялся и сымитировал звук. Он, казалось, вообще не испугался... может быть, он привык к подобным выходкам, ведь у него самого в Неверлэнде были обезьяны. К сожалению, чем дольше Майкл с детьми стоял там, тем более настырно вели себя папарацци и другие фэны. Телохранители уже просто не могли их сдерживать, и ситуация становилась опасной. Майкла, Принса и Пэрис пришлось увести из обезьянника. Все побежали за ними, и толкотня продолжилась на улице. Люди вели себя до того грубо, что несколько раз папарацци толкнули и ударили нас, решив, что мы стоим у них на пути. Они были готовы на все, чтобы заполучить фотографии детей: один из них даже в какой-то момент схватил за руку Пэрис и рванул ее к себе. Мы не могли поверить в происходящее! Майкл тревожно крикнул: «Кто ее держит?», и, слава богу, этот кретин (извините) ее отпустил. Папарацци дрались между собой — парочка из них свалилась на землю и в кусты. «Вот оно, возмездие!» — была наша единственная мысль. Этого «похода в зоопарк» с нас было достаточно, так что, пока все последовали за Майклом к автобусу, или куда он там дальше направлялся, мы вернулись к своей машине.



Вечер мы провели у отеля Adlon вместе с сотнями других фэнов. Туда прибывали все новые поклонники, и толпа росла с каждым часом. Люди постоянно звали Майкла, атмосфера была очень позитивная. Холод никого не деморализовал, так как Майкл часто показывался у окна. Он махал нам, кидал вниз подписанные вещи и заказал для фэнов пиццу. Также он показывал Принса и Пэрис, которые махали рукой и подражали папе, посылая нам воздушные поцелуи. Это было ужасно мило!
Потом мы снова поехали в театр Metropol, получили, наконец, наши билеты и остались ждать начала вечеринки. Мы поставили музыку Майкла и некоторое время просто танцевали, давая выход радости от всех пережитых в Берлине впечатлений. Но время шло, и в какой-то момент мы спросили себя: «Так, а где же шоу? Тут вообще что-нибудь будет происходить?» Чем дальше, тем сильнее росла всеобщая озадаченность, потому что официальная программа не начиналась, и все это походило просто на дискотеку под музыку Майкла Джексона. Стало ясно, что Майкл не придет. Мы, конечно, расстроились, но времени переживать не было, потому что тут мы услышали, что он на пути в клуб Adagio — место проведения торжества Tribute to Bambi, запланированного на тот вечери. Майкл хотел разыграть на благотворительном аукционе белую блестящую куртку, в которой ездил в магазин Dussmann предыдущим вечером. Мы помчались туда на максимальной скорости и заняли очень удачные места у красной ковровой дорожки, но Майкл был уже внутри. Что ж, мы дождались, пока он выйдет обратно.
Момент был отличный, потому что фэнов собралось не очень много, и ограждения были хорошие. Майкл прошел совсем рядом и заметил наш плакат. На нем была симпатичная фотография сестры Лизы и надпись: «Спорим, ты улыбнешься?» Он указал на нее, произнес «У-у-у!» и взял плакат прямо у нас из рук. Потом он раздал несколько автографов и уехал в черном лимузине с нашим плакатом на коленях.
Позже в тот вечер он активно развлекал фэнов у окна. Мы оставались у отеля, пока все не стихло, а потом, замерзнув окончательно, отправились спать.
Следующий день был важным. Вечером должна была состояться церемония награждения Bambi Awards — ради нее Майкл, собственно, и приехал в Берлин. Майкл казался возбужденным: каждый раз подходил к окну одетый во что-то новое и вел себя неугомонно. Он начал день с того, что поприветствовал поклонников, показавшись в сиреневых пижамных штанах, потом — в белом банном халате, с мокрыми волосами и полотенцем на голове. Потом еще раз — в очках для чтения. Мы никогда раньше не видели на нем очков и сочли, что это просто прелесть. Вечер был чудный: многие фэны приехали только на один этот день, и мы все вместе пели и хором вызывали Майкла.
Вечером мы отправились в Estrell Convention Center — место проведения церемонии награждения. Там были тысячи людей, и мы прибыли слишком поздно, чтобы занять хорошее место у красной дорожки. В конце концов, мы просто встали, где пришлось, — даже если ничего не увидим, хоть насладимся обшей атмосферой. Но лимузин Майкла остановился прямо перед нами! Майкл выглянул из окна, потом задернул шторку и вышел. От его ослепительного вида и стильного костюма мы лишились дара речи. Снова похоже было, будто Майкл светится в темноте. Он был так близко, что мы смогли до него дотронуться. Ощущение мягкого материала его атласной куртки запомнилось нам на несколько часов. Он прошел по красной дорожке, несколько раз остановившись, чтобы раздать автографы, и явно радуясь признательности стольких фэнов. Проводив его взглядом, мы поехали назад к отелю Adlon, где запарковались в подземном гараже. До конца церемонии ничего интересного не ожидалось, а в гараже ждать было теплее, чем на улице. Мы позвонили домой родственникам, и они рассказали о том, что происходило во время трансляции Bambi Awards и о замечательной речи, которую Майкл произнес, когда ему вручили награду «Артист тысячелетия».
Возвращение Майкла с церемонии мы в буквальном смысле услышали! Толпа фэнов вбежала за ним в подземный гараж, преследуя машину до самых лифтов. Мы мельком увидели Майкла, когда он выскочил из авто, задержался на секунду, чтобы помахать рукой, и исчез в лифте. После этого он продемонстрировал всем свою награду из окна. Вид у него был гордый и счастливый. Друзья, бывшие с ним в номере, тоже подошли к окну, и все вместе они глядели на Бранденбургские ворота и красивую рождественскую иллюминацию на бульваре Унтер-ден-Линден.
В пятницу, 22-го ноября, целый день ничего не происходило. Мы сидели в машине, чтобы хоть как-то согреться. Из-за бесконечного ожидания мы чувствовали себя глупо, и каждая мелочь вызывала у нас приступы смеха. К вечеру прошел слух, что Майкл хочет посетить замок Сан-Суси, и действительно, его автобусы куда-то уехали. Но когда мы были уже на полпути к замку, нам позвонили и сообщили, что вместо этого он поехал в какой-то музей. Мы вернулись в отель, припарковались в гараже и решили впервые за все эти дни поесть, наконец, нормальной горячей еды в пиццерии через дорогу. Только мы собрались выйти, как вдруг в гараж влетел микроавтобус. Через минуту на лифте спустилась®*рейс сШринсом и Йэрис на руках и подошла к машине. Заметив нас, она велела детям поздороваться, и те, будучи хорошо воспитанными, послушно помахали нам. Они были просто прелестны! Мы не знали, куда они едут, да и не хотели знать — мы хотели нашу пиццу!
После мы вернулись к машине и стали ждать возвращения Майкла. Он приехал вместе с детьми, передал спящего Бланкета на руки Грейс и помог остальным выйти из машины. Мы дождались, пока дети зайдут в лифт, а потом запели для Майкла «You Are Not Alone». Сопли в сахаре! Но ему, кажется, понравилось. Он остановился, дослушал наше исполнение до конца и сказал: «Спасибо. Я вас люблю!»
Больше в ту поездку мы его не видели. Вечером он не показывался, а на следующий день рано утром уехал. После такой беспокойной недели мы были уставшие, но безумно счастливые. И хотя нам так и не удалось показать ему наше представление, несмотря на то, что мы уже стояли у двери, все равно мы чувствовали, что у нас самая ценная дружба, и были благодарны Майклу за все, что он нам подарил.
-


Бог посадил этого мальчика
К себе на колени и сказал :
"Ты ,будешь править миром музыки!
Он твой!!!! "
 
NikeДата: Понедельник, 23.01.2012, 21:33 | Сообщение # 16
Группа: Специалист
Сообщений: 6208

Статус: Offline



09.04-18.04.2005 — Судебный процесс, Санта-Мария, США

Мы были бы счастливы, если бы следующие две поездки предпринимать не пришлось. Против Майкла были выдвинуты ужасные обвинения в совращении ребенка. Во второй раз за его и наши жизни мир перевернулся с ног на голову. Не станем вдаваться в детали этих обвинений и всего, что с ними связано, — об этом уже написано достаточно. Важно лишь то, что в Неверлэнде был совершен обыск и готовился уголовный процесс. Мы стали свидетелями охоты на Майкла СМИ. Очевидно было, что средства массовой информации стремятся выставить его преступником. Мнения и сомнительные утверждения преподносились как факты. Майкла заклеймили педофилом еще до начала судебного процесса. СМИ не потрудились изучить дело, которое выстраивал окружной прокурор Санта-Барбары Том Снеддон , и не обратили внимания на то, что обвинения неубедительны. По правде сказать, мы вовсе не были удивлены: так работает шоу-бизнес. Но нам было очень больно, ведь это доставляло страдания человеку, которого мы сильно любили. Мы понимали, что подобные обвинения — самое страшное, что могло случиться в жизни Майкла. Человека, который верил в невинность детей и чистоту любви, который доверял детям так, как никому из взрослых, атаковали, превратно истолковав его действия.
Мы знали, что суд высосет из Майкла все соки, знали, что это его самый страшный кошмар. Поэтому мы чувствовали, что обязаны поддержать его всем, чем можем. Если никто из представителей СМИ и шоу-бизнеса не хочет встать на его сторону, что ж, мы продемонстрируем свою преданность и веру в его невиновность! Мы должны были напомнить людям о праве, записанном в Конституции США: «Невиновен, пока вина не доказана». Ходить на демонстрации в Германии стало уже недостаточно. Мы чувствовали себя так, будто под судом находятся все наши идеалы, наша философия. Поэтому мы полетели в Лос-Анджелес и арендовали машину, чтобы ехать к зданию суда в городе Санта-Мария.
Не будь повод нашей поездки столь грустным, мы бы отлично провели время. Солнце светило вовсю, океан был восхитителен — поездка по 101-му шоссе сама по себе сильное впечатление! Мы решили, что нашей первой остановкой станет Неверлэнд. Отругав себя за то, что не посмотрели заранее, как проехать к ранчо, мы уже раздумывали о том, у кого бы спросить дорогу, но на подъезде к городу Лос-Оливос увидели огромный указатель на Фигероа-Маунтин-роуд. Кто бы мог подумать, что все окажется так просто! пятнадцатиминутная дорога от шоссе до Неверлэнда услаждала глаз великолепными природными красотами.



Ворота Неверлэнда и окружающие постройки оказались гораздо миниатюрнее, чем мы себе представляли. Но мы влюбились в это место с первой же минуты! Так как уже наступил вечер и на улице похолодало, мы достали из машины куртки... и тут случилось несчастье: ключи остались в багажнике закрытой машины. Черт! Ну что ж, решили мы. придется вызывать мастера из автосервиса — это, наверное. будет недешево, и ждать их придется долго, но раз уж мы не можем развернуть время вспять, так хоть проведем его с пользой. Но собравшись звонить в фирму, где арендовали машину, мы обнаружили, что наши мобильные телефоны не принимают сигнал в районе Неверлэнда. О нет! Мы уже представляли, как будем стучаться в дверь Неверлэнда и просить о помощи, а они, наверное, вообразят, что мы так переволновались, попав на ранчо, что забыли обо всем на свете. Какой позор! Става богу, перед Неверлэндом оказалось еще несколько фэнов, у которых были работающие американские мобильные телефоны. Мы позвонили в контору по аренде машин, и у нас ушла целая вечность на то, чтобы объяснить, где мы находимся. Мы произнесли по буквам название шоссе «Ф-и-г-е-р-о-а» раз двадцать, не меньше! Примерно через час, когда уже стемнело, помощь наконец прибыла, и несколько минут спустя ключи были у нас в руках. Мастер оказался очень приветливым: как выяснилось, его уже вызывали в Неверлэнд несколько раз, когда что-то случалось с тамошними машинами. Он рассказал, что пользуется секретным въездом и что Майкл тоже пользуется им, когда ездит на своем «фордек-пикапе. К сожалению, таких машин на американских дорогах полным-полно, так что высматривать этот «форд» было бесполезно.



В конце концов, поздно ночью мы прибыли в Motel 6 в Санта-Марии. где почти до утра рисовали плакат для следующего дня. Встать пришлось в пять, и к шести мы были уже у здания суда. Двадцать минут спустя прибыли служащие, и начался розыгрыш публичных мест на слушании. Все получили билеты с номерами, и если вытягивали ваш номер, в этот день вы имели право пройти внутрь. Так как в тот день народу было немного, нам всем повезло. При входе пришлось назвать свои имена и номера паспортов. Взамен мы получили желтые наклейки с номерами мест, потом нам дали несколько минут на то, чтобы отнести вещи
в машину — внутрь можно было взять только ручку, блокнот и кошелек. В зале суда правил было еще больше: не пить, не есть, не спать, не жевать жвачку. Нам не разрешалось никак выражать свое согласие или несогласие с тем, что говорилось, не разрешалось подходить близко к Майклу, его телохранителям и его семье, разговаривать с кем-либо, особенно с прессой, и т.д. Мы быстро забежали в уборную, и, когда вернулись, группа обвинителей и группа защиты уже прибыли. Майкл вошел за несколько минут до половины девятого. С ним была его мать Кэтрин - она поприветствовала нас словами «Доброе утро!», и мы ответили. Майкл в знак приветствия кивнул головой. Он занял свое место между адвокатами Томасом Мезеро и Робертом Сандже-ром, а его семья села в первых рядах. Когда вошел судья Мэлвилл, все встали, и слушание началось.
Первым перед судом предстал Боб Джонс, потом мы увидели Стейси Брауна, Дуэйна Суинглера и Джун Чендлер*. Мезеро удалось всех их обратить либо в ненадежных свидетелей, либо вообще в свидетелей в пользу защиты. Потрясающе было видеть его работу: то, как он говорит, как строит фразы, как формулирует вопросы! Это впечатляло куда больше, чем в передаче по телевизору, где по вечерам слушания воссоздавались по сценарию. Мезеро на порядок превзошел обвинителей Снеддона, Зонена и Очинклосса!
Майкл в основном сидел тихо, лишь иногда поправлял бутылку, микрофон или подушку у себя за спиной и писал короткие записки для Мезеро.
Ежедневно слушание шло с тремя перерывами: 9:45—9.55, 11:30-11:45 и 12:15-13:25 и оканчивалось в 14:30. В перерывах можно было сходить в туалет или купить что-нибудь поесть во дворе здания суда. Возле уборных была начерчена красная линия — из-за этой линии нам разрешалось помахать рукой Майклу, который обычно уходил на время перерыва на второй этаж. Он махал нам в ответ и жестами благодарил за поддержку.
Мы всегда уходили из зала суда за несколько минут до окончания слушания, чтобы поехать в Неверлэнд и встретить Майкла там. Обычно все вели себя очень организованно. Фэны выстраивались в линию, и проезжая мимо, Майкл опускал стекло, так что у нас была возможность передать подарки, пожать ему руку или сказать что-то. Он радовался каждому полученному подарку, даже самому маленькому! А руки у него были такие огромные, боже мой! И после рукопожатия твоя собственная рука пахла Майклом еще примерно час — мы были совсем не против!
Иногда он останавливался за воротами и высовывался из машины. Однажды он даже заснял нас на камеру. Мы вытащили свой плакат, Майкл его увидел, тут же захотел взять и послал к нам своего телохранителя.
В один из дней Майкл позвонил в домик охранника и пожелал поговорить с кем-нибудь из фэнов. Счастливчик позже передал нам его послания. Майкл нехорошо себя чувствовал — у него болела спина, которую он повредил во время несчастного случая в Мюнхене (в 1999 году). Он поблагодарил нас за то, что мы пришли, сказал, что знает, через какие трудности нам пришлось пройти, чтобы быть здесь, и что наше присутствие очень ему помогает. Он заверил, что ощущает все наши эмоции в зале суда.
В течение следующих дней мы видели длинный допрос Джея Джексона и еще более длинный допрос Дженет Арвизо, которая настаивала на том, чтобы ее называли «Дженет Джексон»*. Она была абсолютно ненормальная! Постоянно препиралась с Мезеро по поводу задаваемых вопросов, снова и снова притворялась, что не понимает их, обращалась к присяжным, а не к ведущему допрос, несколько раз плакала без слез... она совершенно вывела нас из себя! Мы недоумевали, как Майкл может сидеть так спокойно и слушать эту безумную ложь про то, что в Неверлэнде нет часов, что ее держали там в заложниках, о планах бежать в Мексику на воздушном шаре и т. д.
Слышать все это из первых уст было одновременно хорошо и плохо. С одной стороны, нас утешало то, как смехотворно это судебное дело, но с другой стороны, очень печально было видеть, насколько оно смехотворно! Ясно было, что сидящие в зале и слышавшие все это люди ни за что не поверят обвинению, но мы снова и снова недоумевали, как случилось, что подобная нелепица вообще зашла так далеко, и почему Майкл вынужден выносить эту пытку?!



В наш последний день пребывания в суде Мезеро наконец-то поджарил миссис Арвизо! Нам снова повезло, и все мы прошли в зал, несмотря на то, что за эти дни людей прибыло много и попасть внутрь теперь можно было лишь благодаря удаче. После того как мы сказали служащим, что это наш последний день, нам даже удалось получить лучшие места в зале. Во время первого перерыва мы остались на местах, пока Майкл, прежде чем выйти из зала, беседовал со своими адвокатами. Мы были чуть ли не единственными, кто остался, и сидели прямо рядом с проходом, по которому он должен был выходить, поэтому, конечно, вежливость не позволила ему просто пройти мимо. Так как ему не разрешалось ни с кем разговаривать, он прикрыл рот рукой и низким голосом прошептал: «Здравствуйте». Мы тоже ответили тихим «здравствуй». Когда он вышел за дверь, мы рассмеялись из-за абсурдности ситуации и из-за того, как смешно он это произнес.
Под конец дня показали видеоролик, в котором Дженет, Гевин, Стар и Девеллин Арвизо давали интервью для фильма «Дубль II», снятого в качестве опровержения на передачу Башира «Жизнь с Майклом Джексоном»*. Вся семья пела Майклу дифирамбы. Миссис Арвизо теперь утверждала, что все эти слова они произносили по сценарию, даже те, где она призывает всех взяться за руки, как Майкл и Гевин в фильме Башира, — хотя всего несколько минут назад заявила перед судом, что никогда того фильма не видела. И, тем не менее, все это было по сценарию. Дженет извинилась за то, что она не очень хорошая актриса, на что Мезеро ответил: «О, по-моему, прекрасная!»
Эта запись расстроила нас еще больше, потому что она показала, что Майкл на самом деле сделал для этой семьи, и теперь мы наблюдали, чем эта семья его «отблагодарила». Мысль о том, что сегодня нам придется снова оставить его, оптимизма не прибавляла. Мы чувствовали себя так, будто, уезжая домой, бросаем Майкла в одиночестве. Во время последней поездки в Неверлэнд мы подписали небольшую открытку, в которой выразили свои чувства по поводу визита. В шутку мы добавили, что лотерея в 6 утра не пошла на пользу нашим нервам. Мы отдали открытку ему и позже посмеялись, когда он спросил у одной из поклонниц, что это за лотерея такая, и ей пришлось объяснять, как все происходит...

*Боб Джонс - PR-менеджер Майкла Джексона, уволенный в 2004 году и написавший после этого в соавторстве с журналистом Стейси Брауном язвительную и осуждающую книгу о Майкле. Дуэйн Суинглер- управляющий ранчо «Неверлэнд» в 2003 году. Джун Чендлер- мать Джорди Чендлера, мальчика, выдвинувшего обвинения против Майкла в 1993 году. Сам Джорди отказался давать показания против Майкла на суде в 2005, но его мать выступила свидетелем, сказав, в частности, что лично не наблюдала со стороны Майкла никакого предосудительного поведения по отношению к ее сыну. (Примеч. пер.)

* Дженет Арвизо - мать Гевина Арвизо, мальчика, выступавшего истцом на суде. Среди фэнов бытует мнение, что это она убедила сына выдвинуть против Майкла ложные обвинения. Джей Джексон - муж Дженет, отчим Гевина. Выйдя за него замуж. Дженет Арвизо взяла фамилию «Джексон», таким образом превратившись в полную тезку сестры Майкла, известной певицы Дженет Джексон. (Примеч. пер.)

* В 2003 году журналист Мартин Башир выпустил на ТВ передачу «Жизнь с Майклом Джексоном», призванную рассказать широкой публике о том, чем и как на самом деле живет скрытная суперзвезда. Фильм был сделан с согласия Майкла Джексона и основан на нескольких интервью с ним, однако за счет намеренного искажения слов и подтасовки фактов получился сенсационным и крайне неблагоприятным для Майкла. В частности, в фильме была показана дружба Майкла с Гёвином Арвизо (мальчиком, которому Майкл помог победить тяжелую форму рака), сопровожденная двусмысленными закадровыми комментариями Башира. Майклу, для которого фильм стал настоящим PR-кошмаром, пришлось выпустить передачу-опровержение «Дубль II». В нее вошли отрывки видеозаписи, опущенные Баширом и показывающие истинное положение вещей, а также интервью с семьей Арвизо, в котором они благодарили Майкла за помощь и отрицали все порочащие его слухи. Вся эта ситуация обеспечила Гевину нежелательное внимание прессы и издевки со стороны сверстников. В результате полгода спустя, в противоречие своим предыдущим словам, он обвинил Майкла в сексуальных домогательствах. {Примеч. пер.)


Бог посадил этого мальчика
К себе на колени и сказал :
"Ты ,будешь править миром музыки!
Он твой!!!! "


Сообщение отредактировал Nike - Понедельник, 23.01.2012, 21:36
 
NikeДата: Понедельник, 23.01.2012, 21:46 | Сообщение # 17
Группа: Специалист
Сообщений: 6208

Статус: Offline



1.06-12.06.2005 - Судебный процесс, Санта-Мария, США

Через несколько недель после нашего возвращения домой было объявлено, что вскоре в суде ожидаются заключительные речи. Так как мы пообещали себе присутствовать при вынесении приговора, мы спонтанно забронировали билеты и 1-го июня уже снова были в Санта-Марии.



Следующим утром у здания суда было полно фэнов и другого народу. Лотерея теперь проводилась немного иначе, и в итоге большинство поклонников, включая нас, остались снаружи. Мы расположились на заборе, чтобы поприветствовать Майкла, когда он приедет. Убивая время в ожидании, мы пели песни «D.S.» и «They Don't Саге About Us». Когда он, наконец, прибыл, поднялся страшный шум. Даже издалека было заметно, как сильно Майкл изменился за последние недели.
Проводив его взглядом до дверей, мы поехали прямиком в Неверлэнд. Когда Майкл вернулся, все фэны запели для него «You Are Not Alone» — во всяком случае, попытались! Он опустил стекло, и его машина медленно проехала мимо всех нас.
На следующий день фэнов собралось еще больше. Нам пришлось выстроиться в шеренгу, которая протянулась вдоль всего здания суда. Так как это был последний день заключительных речей, нам сказали, что разыгранные билеты будут действительны также в день вынесения приговора. Мы даже не были уверены, хотим ли их получить... Но потом Мири сказала: «Сегодня мне достанется билет!» Все засмеялись, но она действительно его получила!
В тот день адвокаты Майкла Томас Мезеро и Сюзен Ю приехали рано и начали готовить презентацию: настраивать аппаратуру для отображения на экране различных цитат и раскладывать огромные картонные плакаты. Майкл прибыл почти со всей своей семьей. Кэтрин снова поприветствовала всех словами «Доброе утро». Она и сестры Майкла Ребби. Ла Тойа и Дженет сели в первых рядах, а остальным членам семьи пришлось остаться снаружи, потому что на всех мест не хватало. Майкл выглядел нехорошо, но прошел на свое место с высоко поднятой головой. После этого Мезеро продолжил начатую в предыдущий день речь, указывая на противоречия в деле и показаниях свидетелей. Затем он перешел к объяснению концепции «при отсутствии оснований для сомнения». В завершение речи он продемонстрировал видеоролик с вырезанными из передачи Башира сценами. Он не только уличал Башира в подхалимстве Майклу, но и показывал, какой Майкл на самом деле человек и что такое на самом деле Неверлэнд, потому что обвинение утверждало, что единственное предназначение Неверлэнда — это совращать маленьких мальчиков. В этом видеоролике Майкл рассказал о маленьком поезде в Неверлэнде — о том, как в детстве он жил у железнодорожных путей и вырос под звуки поездов. Он с нескрываемым восторгом делился планами устроить праздник в честь дня рождения своего ручного шимпанзе Бабблза и пригласить туда других знаменитых животных. Его детское простодушие было очевидно.



Во время первого перерыва, проходя мимо машущих ему фэнов, Майкл не улыбнулся — лишь с серьезным видом кивнул. И он не провел весь перерыв на втором этаже, как обычно, а к моменту возвращения публики уже был в зале и беседовал со своими адвокатами. После перерыва пришла очередь опровержения обвинителя Рона Зонена. Оно было очень суровое! Лa Тойя и Ребби вышли из зала после вступительных слов. Напряжение росло. Зонен резюмировал все аргументы обвинения. Он назвал свидетелей «в высшей степени последовательными», сказал, что иск JC Penny (весьма сомнительный иск, предъявленный семьей Арвизо против американского супермаркета JC Penny) был «правдоподобным, справедливым и правильным», и на актуальный вопрос о том, почему Майкл растлил ребенка именно в то время, когда находился под пристальным наблюдением публики, ответил простым «потому что мог». В завершение речи он показал видео, в котором Гевин впервые рассказывает полиции о совращении. Затем он попросил присяжных признать Майкла виновным.
Хотя все это время Майкл был внешне спокоен, во время следующего перерыва стало видно, как ему тяжело. Он заплакал, и Сьюзен Ю утешительно держала его за руку, пока Мезеро говорил ободряющие слова.
Наконец пришел черед судьи Мелвилла раздать финальные указания. Он разрешил Майклу остаться в Неверлэнде на время ожидания приговора и дал ему 90 минут на то, чтобы прибыть в суд, когда вердикт будет вынесен. На этом слушания были окончены, и присяжные удалились на обсуждение. Когда Майкл шел по проходу, все присутствующие поклонники пытались показать ему, что верят в позитивный исход и что все будет хорошо.
Мы снова встретились друг с другом у выхода из здания и дождались, пока Майкл уедет домой. Мири должна была подробно отчитаться о том. что происходило внутри, но она оказалась так измотана напряжением в зале, что едва могла рассказывать. Мы остались у здания суда, так как не исключено было, что присяжные вынесут приговор в тот же день, но когда этого не произошло, отправились в Неверлэнд. Вечер прошел за подготовкой украшений ко дню оправдательного приговора. Мы придумали плакаты, смастерили флажки и нарисовали вывески. В понедельник рано утром фэны собрались, чтобы украсить Неверлэнд и окрестности. Получилось очень красиво — мы собой гордились! Следующие несколько дней мы провели, стоя у здания суда в ожидании вердикта по утрам и приезжая в Неверлэнд после полудня. Иногда кто-нибудь из людей Майкла выходил поговорить с нами. Однажды появилась Карен Фей (визажистка Майкла) и принесла с собой «Цепь сердец», которую сделали для Майкла фэны со всего мира. Она сказала, что поделка ему очень понравилась и он хотел бы, чтобы мы прикрепили ее к изгороди, для всеобщего обозрения. «Но, -добавила она, -присматривайте за ней, потому что он хочет потом получить ее назад!» Мы вместе прикрепили сердечки к изгороди.
Время от времени Майкл уезжал в госпиталь. Если даже мы чувствовали, что сходим с ума в ожидании, трудно представить, насколько изнурительным оно было для него!
В пятницу вердикт наконец-то был вынесен — во всяком случае, несколько минут мы так думали. Но, к сожалению, это оказалось лишь слухом, и пятница так и не положила конец этому кошмару. Что еще хуже, в выходные был наш обратный рейс, и это означало, что мы пропустим приговор. Чего мы только не пробовали, чтобы отложить рейс! Но в те выходные начинались американские летние каникулы, и у нас ничего не вышло - невозможно было даже купить новые билеты по разумной цене. Мы были убиты горем. На последнюю ночь у нас даже не было жилья, и мы попытались немного поспать в машине перед Неверлэндом, пока не приехала полиция и не сказала, что в машине спать нельзя. Так что нам пришлось ездить кругами всю ночь, к рассвету окончив свой путь вновь у ворот Неверлэнда. Мы посидели на кирпичной стене, наблюдая за зверушками и птицами, наслаждаясь утренним покоем и борясь с подступающими слезами...
Когда приговор был вынесен, мы только-только вернулись домой. Именно этого мы пытались избежать: сидения в решающий момент у экранов телевизоров... Но в итоге важен был результат, и так как он оказался лучшим из возможных, пришло время праздновать окончание кошмара и начало нового жизненного этапа!


Бог посадил этого мальчика
К себе на колени и сказал :
"Ты ,будешь править миром музыки!
Он твой!!!! "
 
NikeДата: Четверг, 26.01.2012, 20:47 | Сообщение # 18
Группа: Специалист
Сообщений: 6208

Статус: Offline



09.10—14.10.2005 — Майкл в Лондоне, Великобритания

Прошел слух, что в октябре 2005-го Майкл вернется в Лондон, чтобы работать над новой музыкой. Мысли о том, что он свободен ехать, куда хочет, да плюс еще будет писать музыку, было достаточно, чтобы мы прилипли к интернету в ожидании новостей. И долго ждать нам не пришлось: вскоре появились его фотографии в отеле Dorchester и на автостоянке. в окружении восторженных фэнов. Через несколько минут решение было принято: едем. Наконец-то еще одно радостное путешествие к Майклу! Правда, снова в Лондон, ну что же делать... Мы купили билеты, собрали вещи и уже через несколько часов мчались в аэропорт. Это была самая спонтанная наша поездка.
В Лондоне мы отправились прямиком в Dorchester, где уже собрались поклонники из более чем двенадцати стран. После полудня многие фэны потихоньку уехали, и позже мы узнали, что они ходили за Майклом в музей Мадам Тюссо. Вечером у входа в отель, где мы все еще дежурили, внезапно остановились три парня на мотоциклах. Они привезли 20 пицц, которые заказал Майкл — для нас! Курьеры по очереди обошли всех поклонников, и каждый проголодавшийся смог попробовать пиццу с салями «от Майкла». А как же вегетарианцы, Майкл?
Следующий день прошел без приключений. К вечеру все так раздухарились, что в какой-то момент решили «активизировать* Майкла. Так как мы не знали, какие окна — его, то просто начали петь и скандировать перед фасадом отеля. Когда ничего не произошло, мы пересекли улицу перед отелем и попытали счастья с той стороны. Через несколько мгновений на верхнем этаже открылось окно! Майкл был там! Казалось, он только и ждал, когда мы позовем его - настолько быстрой была его реакция. Он помахал нам и улыбнулся, затем ненадолго исчез и вернулся с бумажкой, которую бросил вниз в надежде, что она упадет на землю - к нам. Но, к сожалению, она приземлилась на крышу чуть ниже его окна, и никто не смог прочесть, что там написано. Он предпринял еще одну попытку, но затея так и не увенчалась успехом. Зато теперь ему удалось переманить нас на «свою» сторону улицы, и мы развлекались от всей души. Все были безумно рады просто видеть его и выражали свои чувства лозунгами вроде «Мы гордимся Майклом». К нашему удовольствию, он подвел к окну детей и позволил им помахать нам. Получилась забавная игра: мы звали Майкла — он махал нам, мы звали Пэрис — махала она, мы звали Принса, и он махал. Мы даже позвали Бланкета и увидели его маленькую ручку — а потом все сначала!
Следующий день выдался нелегким. Время от времени проходил слух, что Майкл выйдет, и фэны нервно бегали вдоль отеля, проверяя всевозможные выходы. Со стороны они походили на стадо овец, и выглядело это смешно. После полудня мы собрались у выхода в левом крыле — туда подъехали микроавтобусы с телохранителями. По мере того как число фэнов росло, становилось ясно, что безопасность Майкла под угрозой. Тут мы уловили обрывок разговора так называемых фэнов-«инсайдеров», которые говорили, что Майкл поедет в магазин Harrod's. Мы тут же поняли, что это — наш шанс. У отеля все так или иначе закончится беспорядками - нам нужно было быть на шаг впереди. Мы рванули к дороге, остановили первое же проезжающее такси и поехали в Harrod's.
На первом этаже магазина не было никаких признаков Майкла. Нам нужен был план, и быстро. Если бы Harrod's был зоопарком, мы пошли бы в обезьянник, как в Берлине. Так как это был универмаг, мы решили, что Майкла заинтересует либо отдел игрушек, либо электроника, либо ювелирные изделия. И тут у входа показались телохранители. Мы прошли за ними до лифта и дали им уехать. Наши взгляды устремились на дисплей, показывающий, на каком этаже остановится лифт. Это был этаж с отделом электроники. Шерлок Холмс отдыхает! Мы быстренько поднялись на соседнем лифте на тот же этаж. Но как только мы вышли из лифта, стало ясно, что это вовсе не меньшее из зол — мы тут же попали в окружавшую Майкла суматоху. Фэны и зеваки ходили за ним следом, что-то крича ему и постепенно сжимая кольцо. Охрана универмага пыталась поддерживать дистанцию между толпой и звездой. Майкл был загнан в угол, и мы обнаружили, что стоим прямо перед ним. Тяжело было смотреть на него посреди этого хаоса: мы чувствовали себя как в цирке, пялясь на странное существо, против воли выставленное на всеобщее обозрение. Майкл стоял к нам так близко, что нам была видна каждая эмоция на его лице, и от этого мы слишком оробели. чтобы попытаться обратиться к нему. Мы чувствовали стыд за то, что были среди ненормальных фэнов, в толпе, которая только что испортила ему визит в магазин. Нам было жаль Майкла, ведь ему приходилось выносить такие сцены ежедневно. В тот момент мы с болью осознали, что именно он имел в виду, когда говорил, что хочет узнать, каково это, быть нормальным и общаться с людьми просто как парень, живущий по соседству. Но сам Майкл, очевидно, привык к таким ситуациям и переносил свое положение со стойкостью и спокойствием. Он просто выжидал, когда всеобщее волнение уляжется, и лизал конфету на палочке, которую держал в руке. В конце концов, охранники магазина умудрились расчистить дорогу и вывести его в отсек для персонала. Они прошли прямо мимо нас, и Лиза коснулась плеча Майкла. Так как магазин закрывался, мы вышли наружу, и позже были поражены, узнав, что многие фэны спрятались внутри, только чтобы понаблюдать, как Майкл делает покупки.
Потом мы потеряли Майкла из виду. Следующие несколько дней нам не везло. Один из фэнов-инсайдеров все еще переживал, что его «секретная информация» о визите Майкла в Harrod's получила огласку, и решил отомстить. Он распространил фальшивый слух о том, что Майкл поедет в известный магазин игрушек Hamleys. Все помчались туда, потратили деньги на такси, только чтобы обнаружить, что это обман. Мы не могли понять, как можно делать другим фэнам такие гадости безо всякого стыда, особенно когда тебе самому уже повезло столько всего увидеть! На этой ноте прошел весь остаток поездки. Казалось, что между фэнами началась жесткая конкуренция: каждый пытался не позволить другому увидеть Майкла, каждый хотел его только для себя. Мы рады были вернуться домой, подальше от этого стресса. В то же время нам было грустно от мысли о том, что стало с фэн-сообществом и самими фэнами — многие из них превратились в эгоистичных преследователей.











Бог посадил этого мальчика
К себе на колени и сказал :
"Ты ,будешь править миром музыки!
Он твой!!!! "
 
NikeДата: Четверг, 26.01.2012, 21:02 | Сообщение # 19
Группа: Специалист
Сообщений: 6208

Статус: Offline



28.01-30.01.2006 - Майкл в Гамбурге, Германия

Поползли слухи, что 26 января 2006 года Майкл прилетел в Гамбург. Сначала мы не поверили ни единому слову, но потом услышали, что он навещает там личных друзей, о которых нам было известно. Появилась фотография няни Майкла, Грейс, перед домом этих самых друзей. Так как мы знали, как выглядит дом, теперь стало ясно, что он действительно там. Мы обсудили, стоит ли ехать, так как, очевидно, его визит должен был быть приватным. О нем стало известно только потому, что стюардесса увидела имя Майкла на билете и сообщила прессе в Гамбурге.
Мы выждали еще день. Тем временем пресса и папарацци выстроились перед домом. Спор завершился на том, что,раз его визит теперь все равно публичный, то можно и фэнам туда поехать. По крайней мере, тогда перед домом будут не одни только репортеры. И поскольку Карина все равно жила в Гамбурге, мы могли заодно навестить ее и снова собраться все вместе.
Так что 28-го января все мы встретились в Гамбурге. Перед домом семьи Шляйтеров, друзей Майкла, было двенадцать полицейских машин, ограждавших дом от папарацци и перекрывших всю улицу. Как нам сообщили, Майкл и Шляйтеры собирались выехать из дома в два часа дня, но в итоге из соображений безопасности эту поездку отменили. Мы чувствовали себя неловко. Нам не хотелось там стоять — это было как-то очень неправильно. Мы немного погуляли по округе, потом объехали окрестности, остановились в зоопарке Hagenbeck, не придумали, чем заняться, и отправились обедать. Когда мы вернулись в машину, все еще обсуждая, что делать дальше, диктор по радио вел прямой репортаж от дома Шляйтеров. Он сказал, что Майкл собрал плакаты и подарки и раздал взамен автографы. Решение было принято: мы вернулись к дому.
Вечером мы стояли за оградой перед этим частным домом и все еще чувствовали себя не в своей тарелке. Что нам здесь делать? Все это казалось каким-то неправильным. Но конечно, вокруг было достаточно зевак, чтобы «управлять» ситуацией. Они ждали автографов, поэтому начали вызывать Майкла. Нам стало неудобно, но всего несколько минут спустя Майкл появился в окне. Это было очень забавное зрелище: занавески в цветочек, деревянный гусь, украшающий дом в совершенно обычном немецком пригороде, — и самая известная в мире поп-звезда за окном. Майкл всегда умел удивить! Он помахал нам и засмеялся. Несколько раз мы видели только его руку, пока он прятался за занавесками. Зеваки начали недвусмысленно требовать автографы. Представьте себе: это была обычная маленькая улочка, и мы стояли прямо у садового забора. Конечно, Майклу было слышно каждое сказанное вслух слово. Чуть позже он появился в окне с бумажками в руках. Мы видели, как он подписал их , а затем снова показал нам. Потом дочка Шляйтеров, Франциска, вышла и раздала сувениры фэнам. Нам досталось два автографа.



Позже тем вечером Майкл еще раз подошел к окну и показал нам другую бумагу, которую потом тоже вынесла Франциска. Это было письмо, гласящее: «Я правда люблю каждого из вас. Я так доволен, что вернулся в Гамбург. Вы делаете меня счастливым. Я люблю вас. Майкл Джексон». Прочитав письмо, мы обрадовались, что Майкл не возражает против присутствия фэнов. Франциска сказала, что Майкл теперь собирается лечь спать. Так как на улице в ту ночь было минус десять, мы были рады, наконец, отправиться домой.
На следующий день мы вернулись к дому в 11 утра. Так как прошлым вечером Майкл показался, теперь репортеров съехалось еще больше. Они жаждали фотографий. Над домом даже летал вертолет с папарацци, но ничего интересного не происходило. Миссис и мистер Шляйтер ходили туда-сюда, разговаривали с полицейскими и собирали подарки и фото, чтобы передать Майклу. Мы были изумлены их готовностью этим заниматься. Некоторое время спустя они вышли снова и раздали всем подписанные фотографии. С одним парнишкой-фэном произошел очень милый эпизод: он отдал для автографа свою бейсбольную кепку. Когда миссис Шляйтер вернулась, она спросила, чья это была кепка. Парень ответил, что его. Тогда миссис Шляйтер сказала, что сыну Майкла, Бланкету, кепка очень понравилась, и Майкл спрашивает, можно ли Бланкет оставит ее себе. Взамен она вынесла маленькую белую футболку Бланкета с автографом. Конечно, фэн согласился на такую сделку, а мы пришли в полное умиление от всей этой истории!
Миссис Шляйтер передала несколько комментариев Майкла к подписанным фотографиям, указав, какие из них ему особенно понравились. Он отметил фото Карины, на котором она была изображена у его звезды в Голливуде, и видео с песней, которую она написала. Он также пожелал оставить себе один из журналов «М-files», что мы передали, и, как нам сказали, с удовольствием пролистал его. Мы испытали прилив гордости, так как сами выпускали этот журнал. В тот день нам повезло получить несколько автографов, и мы были абсолютно счастливы!
К. вышедшему мистеру Шляйтеру обратилась группа немецких телевизионщиков и спросила, не может ли Майкл подписать их футляр для микрофона. Мистер Шляйтер увидел, что-то RTL television — весьма таблоидный телеканал, и воскликнул: «Да он взбеленится!», думая о том, как Майкл будет давать автограф своим «врагам». Но так как Майкл — невероятно щедрый и хороший человек, он, конечно, футляр подписал,
Майкл снова заказал для нас пиццу — как всегда с салями. Вечером он несколько раз подходил к окну, чтобы помахать нам. Это была очень веселая ночка: мы спели для него несколько немецких песен — в конце концов, мы ведь были в Германии — и переделали тексты других песен так, чтобы они подходили к ситуации. Мы смеялись, не переставая!
Появились слухи, что Майкл улетит в понедельник, 30-го января, поэтому в тот день мы поднялись рано утром, чтобы ничего не пропустить. Приехав к дому Шляйтеров. мы увидели, что прессы там собралось видимо-невидимо. Время шло, и к толпе присоединялись все новые люди. Полицейский подтвердил, что Майкл сегодня уезжает. Все возбудились. В течение следующей пары часов мистер Шляйтер сходил в ближайшую булочную за продуктами на завтрак (булочками и бананами!), потом вместе с Грейс они вынесли на улицу багаж (красные чемоданы!), сложили его в машину и повезли в аэропорт Гамбурга. Затем, после некоторого перерыва. началось самое интересное. Дочка и сын Шляйтеров вывели детей Майкла под зонтами и усадили их в микроавтобус. Затем вышел сам Майкл, тоже спрятавшись под зонтиком. Сначала нам были видны только его черные волосы за автобусом, но когда мы окликнули его, он прыгнул влево, появившись из-за машины, широко улыбнулся и помахал нам. Йотом быстро спрятался назад за автобус. На Майкле была красная университетская куртка и черные очки. Он сел в автобус и показал знак «Victory» через лобовое стекло. Мы несколько раз прокричали: «Мы гордимся Майклом», и он поблагодарил нас жестом, подняв вверх большой палец. Микроавтобус тронулся и медленно поехал через толпу. Майкл помахал, снова показал знак «Victory» и приоткрыл окно машины, чтобы пожать руки кое-кому из фэнов.
Как только автобус скрылся, мы тоже прыгнули в машину и помчались в гамбургский аэропорт, но, к сожалению, приехали слишком поздно и пропустили Майкла. Зато мы встретили фотографа, который видел, как Майкл прошел мимо. Он показал нам несколько снимков — они стали доказательством того, что Майкл действительно уже внутри VIP-зоны аэропорта, и мы больше никак не сможем его увидеть. Остаток дня мы провели в Гамбурге вместе, а потом разъехались по домам.

14.11—17.11.2006 — World Music Awards, Лондон, Великобритания


Новость распространилась как лесной пожар: 15 ноября 2006 года Майкл Джексон посетит церемонию World Music Awards в Лондоне. В интернете устроили лотерею, и нам повезло выиграть билеты на шоу. Приехав, как обычно, из различных городов, мы встретились в Лондоне. Майкл остановился в отеле Hempel и уже показывался фэнам несколько раз перед нашим прибытием за день до церемонии награждения. Когда мы добрались до отеля, он как раз вышел на улицу, но все прошло очень быстро: он сел в машину и скрылся в неизвестном направлении. Мы подумали, что он поедет репетировать, поэтому взяли такси до выставочного центра Earl's Court, но там его не было. Позже мы узнали, что он ездил в офис «Гиннесс Мировые Рекорды» забрать свои сертификаты. Остаток дня прошел без каких-либо знаменательных событий.
На следующий день в полдень мы встали в очередь за билетами у здания Earls Court. После этого мы отправились к отелю Майкла, но, несмотря на крики и множество собравшихся фэнов, там ничего не происходило. День пролетел быстро, и вот мы уже снова стояли у Earls Court — на этот раз,чтобы войти внутрь. К счастью, нам удалось занять хорошие места близко к сцене и подиуму. Казалось, что весь зал заполнен одними фэнами Майкла Джексона. Он очевидно был гвоздем программы, и все с нетерпением ждали его появления. Долгое время в СМИ циркулировали слухи, что Майкл хочет выступить и устроить грандиозное «возвращение». Из-за этого его появление в Лондоне наделало много шума, хотя ни Майкл, ни его менеджмент никакого выступления явно не подтверждали. С другой стороны, ни Майкл, ни его менеджмент выступления и не отрицали, и в этом заключалась вся проблема. СМИ принимали слух за чистую монету, и многого ждали от этого вечера. Мы пропустили прибытие Майкла в Earl's Court, так как к тому времени уже стояли в плотной толпе внутри, но именно в этот момент освещение визита Майкла в средствах массовой информации кардинально поменялось. Пока Майкл шел по красной дорожке и пожимал руки фэнам, его спросили, с чем он выступит в этот вечер. «Я не выступаю», — просто ответил он. Ему самому в конце концов пришлось опровергнуть слух, неделями ходивший в мировых СМИ. Чем все это время занимался его PR-менеджер? Конечно, СМИ восприняли такое разочарование негативно!
Мы уже ожидали нечто подобное, поэтому просто были рады увидеть его. Но прежде чем увидеть Майкла, нам пришлось вытерпеть долгий и мучительный вечер. Организация церемонии World Music Awards никуда не годилась. Шоу началось с опозданием, и ведущей была неубедительная старлетка Линдси Лохан, которой приходилось повторять все фразы дважды, потому что с первого раза она не могла их правильно произнести. Звук был плохой, и между выступлениями артисток Рианны, Бейонсе и Нелли Фуртадо были большие паузы. Мы стояли в битком набитом зале уже шесть часов, когда наконец объявили Бейонсе, которая должна была вручать Майклу «Бриллиантовую награду». В воздухе ощущалось напряжение. Все ждали, когда выйдет Майкл и... что бы он там ни запланировал, но чтоб он уже. наконец, вышел! И он вышел — совершенно сногсшибательный. Одетый в элегантный черный костюм от модельера Роберто Кавалли, он прямо-таки излучал сияние. Бейонсе вручила ему награду за 750 миллионов проданных дисков. Майкл поблагодарил и обнял ее и произнес короткую речь. Он сказал, что когда в восьмидесятые работал над «Thriller», то и понятия не имел, как успешен станет альбом. Йотом он поблагодарил своих детей, родителей и фэнов за их постоянную поддержку. С каждым произносимым им словом поклонники, казалось, кричали все громче. Шум стоял невероятный! Для нас это было едва ли не чересчур — снова видеть его на настоящей сцене после бесконечных встреч у отелей. И мы отвечали ему со всей нашей любовью. Через несколько минут Майкл ушел, и шоу продолжилось. В конце программы на сцене появился хор подростков, и заиграла песня «We Are the World». Мы почуяли, что грядет еще один эпизод с участием Майкла. И не ошиблись: Майкл вышел с левой стороны сцены. Фэны совсем потеряли голову — неужели он все-таки выступит? Что сейчас произойдет? В тот момент мы не могли разобраться в собственных мыслях и чувствах, поэтому просто заорали как сумасшедшие. Мы славили нашего короля! Майкл поприветствовал хор, взял микрофон и спел несколько строк из «We Are the World». Но идиоты-организаторы выбрали версию песни с голосами разных исполнителей. Как Майкл мог петь поверх фонограммы с более чем пятьюдесятью голосами? В итоге он решил не петь остаток песни, а вместо этого вышел на подиум, прошел до конца, остановился несколько раз, чтобы пожать людям руки, и бросил куртку в толпу. Это было потрясающее зрелище: Майкл Джексон наконец-то вновь на сцене, окруженный сотнями влюбленных фэнов, после стольких лет тишины и судов. Нам хотелось окутать его любовью, показать, что мы все еще здесь, — и он благодарно принимал наши чувства, впитывал в себя и расцветал на глазах. Казалось, будто ему почти жаль уходить со сцены, будто он хотел бы остаться там дольше.
После его ухода шоу окончилось, свет погас, и мы поскорее выбрались из здания. На улице нам повезло поймать такси и доехать до отеля Hempel вовремя, чтобы застать возвращение Майкла. Мы приехали так рано, что даже смогли занять хорошее место у входа, и когда подъехали его автобусы, он вышел прямо перед нами. Он сиял улыбкой до ушей, а в руке держал награду, получение которой праздновал с нами! Пожав несколько рук, он скрылся в холле.
Мы прождали у отеля несколько часов, иногда вызывая Майкла, но толпа, хоть и большая, оказалась весьма вялой. Майкл иногда подходил к окну, но очень ненадолго, и хотя его окна были на втором этаже, мы почти ничего не увидели.



На следующий день мы прочитали отзыв о World Music Awards в прессе и сильно расстроились. Кругом писали, что Майкл был освистан фэнами за то, что не выступил. Это была абсолютная неправда — уж мы-то знали, потому что были там! Но СМИ плели интриги против Майкла и пытались выставить его дураком, растерявшим талант, умение выступать и даже поддержку собственных поклонников. Мы понимали: что бы Майкл ни сделал во время шоу, ему все равно не удалось бы избежать негативной критики. Как постоянные наблюдатели за карьерой Майкла и его представлением в СМИ, мы осознавали ситуацию, вышедшую из-под контроля. Авторитет Майкла в глазах общественности пал настолько низко, что к этому моменту уже каждый писал о нем, что хотел.
О плохой организации мероприятия, задержках, длинных перерывах не напечатали ни слова... На следующий день вы слышали только о Майкле — это его критиковали, а не саму церемонию World Music Awards. С другой стороны, мы не могли понять, зачем Майклу менеджмент и PR-консультант, если они очевидно не в состоянии справиться с подобным мероприятием и положить конец слухам — слухам, которые так отрицательно сказываются на его репутации. Мы в очередной раз подумали, что Майкла окружают неподходящие люди.
В течение следующих дней мы несколько раз видели Майкла у входа в отель, но опять было много неразберихи, неуважительного поведения и несправедливости среди фэнов. То, с чем мы столкнулись в 2005-м, продолжилось здесь.
He было больше пения и веселья, каждый жадно стремился урвать возможность увидеть Майкла или даже поговорить с ним. Майкл, казалось, приспособился к этому: он очень редко подходил к окну, не брал подарков и не присылал за ними людей. Его, похоже, даже плакаты больше не занимали, и ограждения без них выглядели какими-то голыми... Mы уехали от отеля Hempel за несколько часов до самолета, потому что там было больше не весело. Столь ранний отъезд, когда рядом Майкл, о чем-то говорит!


Бог посадил этого мальчика
К себе на колени и сказал :
"Ты ,будешь править миром музыки!
Он твой!!!! "


Сообщение отредактировал Nike - Четверг, 26.01.2012, 21:09
 
NikeДата: Пятница, 27.01.2012, 13:49 | Сообщение # 20
Группа: Специалист
Сообщений: 6208

Статус: Offline



16.03 -19.03.2007 - Майкл в Лондоне. Великобритания

Когда Майкл был в Японии и встречался с поклонниками на платном мероприятии, он дал им знать, что после этого отправится в Лондон и хочет, чтобы там были фэны. Поэтому мы вновь поехали в Лондон — на этот раз местом действия стал отель Carlton Tower. Мы несколько раз видели Майкла входящим и выходящим, но, к сожалению, его всегда окружал полный хаос. Там были ограждения, но некоторых фэнов они удержать не могли. Обстановка еще более накалилась, когда все поняли, что фэны, стоящие внутри отеля, встречаются с Майклом снова и снова, тогда как остальные ждут на холоде и не видят ничего. Собравшись с другими поклонниками, мы написали письма телохранителю, информируя его что ситуация невыносимая, и что мы требуем усиления охраны ради безопасности Майкла.
Однажды вечером по возвращении Майкла нам пообещали, что он скоро спустится, но толпа в холле так сильно затолкала его, что он ударился головой и, понятное дело, после этого не вышел. К окну он тоже не подходил, так что вся поездка оказалась одним сплошным разочарованием, и желание ездить к нему в Лондон после опыта последних визитов у нас постепенно пропало...


05.03-07.03.2009 - Пресс-конференция This Is It. Лондон, Великобритания


Карина уже год жила в Лондоне к тому времени, как мы в последний раз в жизни увидели там Майкла. Эта история
до сих пор кажется нереальной, и описывать ее очень тяжело, но мы благодарны за те несколько незабываемых моментов, что провели с ним тогда.
Нам снова предстояло увидеть его в Лондоне... Что ж, мы изо всех сил пытались забыть разочарование последних поездок.
Мы прибыли в день пресс-конференции и встретились перед стадионом 02-Агепа. Ощущения были такие же, как 13 лет назад, когда мы впервые собрались, чтобы увидеть Майкла. Мы очень волновались, так как знали, что случится нечто грандиозное. Нас разбирал нервный смех. Большие экраны на фасаде 02-Агепа показывали фото Майкла и знаменитый лозунг «This Is It». Окунувшись в эту атмосферу, мы почувствовали себя так, будто снова вернулись домой.
Когда с почти часовым опозданием Майкл прибыл, фэны обезумели. Он произнес свою короткую речь, и у многих на глазах выступили слезы. Майкл возвращался! Его уникальная аура чувствовалось так отчетливо, что невозможно описать. Это ни на что не похожее ощущение!
Своим объявлением о «последнем поклоне», а именно — о десяти концертах в Лондоне, он оставил нас, как и всех остальных, с чувством легкого потрясения и беспомощности... Новость о предстоящих концертах была, конечно, величайшей радостью для всех фэнов. Но почему же слова про «последний поклон» и «вот и все» прозвучали так грозно? В них слышалась некая окончательность, как если бы что-то БОЛЬШОЕ должно было завершиться с этими десятью концертами. Мы только что услышали прекрасную новость, но почему-то не чувствовали незамутненного счастья. Увы, как нам скоро суждено было узнать, нечто БОЛЬШОЕ завершилось еще до того, как концерты начались.
Несмотря на замешательство, мы не хотели терять время и поехали к отелю Lanesborough, где Майкл остановился. В том, что касается фэнов, Лондон всегда казался немного безумнее остального мира: когда Майкл вернулся из 02-Агепа, ему даже не дали выйти из машины. Его это порядком позабавило. Телохранители выглядели очень сурово и совершенно беспомощно, потому что каждый шаг Майкла вызывал экстаз среди поклонников. Но, хотя обстановка была весьма напряженная, сам он был в приподнятом настроении и нас это тоже развеселило.
На следующий день газеты сообщили, что Майкл посетит мюзикл «Оливер». Нам не удалось купить билеты, но мы видели, как он прибыл ко входу в театр. Тогда мы в последний раз почувствовали его присутствие так близко...
У театра была неразбериха из-за орущих и сходящих с ума людей, так что мы отошли в сторонку от этого хаоса и начали думать, как подобраться поближе к Майклу, не демонстрируя при этом истерично-неуважительного поведения. В конце концов, мы завели разговор с водителем автобуса Майкла, питаясь выведать, в какую сторону они направятся после шоу. Он все твердил, что не может сказать, но когда мы начали забавную игру с вопросами, на которые требовался ответ «Да» или «Нет», разговорился. Так мы действовали всегда. Будьте настойчивы и спокойны, и, скорее всего, как-нибудь вы узнаете, куда Майкл направится дальше. Наш план заключался в том, чтобы ждать у светофора, на котором Майкл должен был остановиться по дороге в отель. Придумка казалась нам совершенно гениальной. И вот мы приступили к тому, в чем достигли совершенства за годы следования за Майклом: к ожиданию. Но... время шло, и ничего не происходило. Мы отправились назад к театру, чтобы выяснить, в чем дело, и нашим глазам предстала весьма грустная картина: ни людей, ни полиции, ни, конечно, Майкла. Должно быть, в последний момент планы изменились. Все вернулось на круги своя, и особый дух, всегда сопровождавший присутствие Майкла, в мгновение ока растворился в воздухе.
У отеля Lanesborough тоже ничего интересного не происходило: Майкл редко появлялся у окна и больше не выходил на улицу. Фэны, в числе коих были и мы, все равно ждали у входа.
В субботу, 7 марта 2009 года в 10:30 утра мы как раз собирались ехать домой, как вдруг кто-то из нас заметил Майкла, стоящего за занавеской у окна. Мы не кричали и не пели - мы просто смотрели на него, пока он наблюдал за нами.
Прекрасные: прощальные мгновения, которые мы никогда не забудем. Это был последний раз...

02.07-10.07.2009 - Панихида, Лос-Анджелес, США

Честно говоря, писать о том, что было дальше, все еще тяжело. Все это кажется нереальным. Майкл умер 25 июня 2009 года. Всего за каких-то пару недель до того, как мы собирались ехать в Лондон на концерты This Is It, его не стало. Для нас, как бы пафосно это ни звучало, это был один из самых черных дней в нашей жизни — день, принесший много боли. До 25 июня мы были полны энергии и энтузиазма, полны грандиозных планов провести лето в Лондоне и быть рядом с Майклом. С 1997 года нашей самой большой мечтой было снова «поехать в тур» с Майклом, и когда мы уже смирились с тем, что этого больше не произойдет, тур неожиданно стал реальностью. Несмотря на это, нельзя отрицать наших смешанных чувств по поводу самих концертов. Слишком многое уже выглядело нехорошо: продажа билетов, странный анонс, которому мы стали свидетелями, тот факт, что число концертов внезапно возросло до пятидесяти, что, на наш взгляд, просто не могло быть в интересах Майкла, и т. д. и т. п. Шестое чувство подсказывало, что что-то идет совсем не так!
И все же мы пытались не придавать значения интуиции и сосредоточиться на хорошем. Мы надеялись, что впервые после оправдательного приговора в 2005-м мир увидит, каков Майкл Джексон на самом деле, что «Майкл Джексон — артист» вернется на сцену и затмит собой «Майкла Джексона — заголовок в желтой прессе». Нам хотелось думать, что мы, поклонники, поможем ему в этом возвращении своей поддержкой. Нам не терпелось показать миру, что мы все еще на его стороне, и, конечно, зажечь Майкла своей любовью. В глубине души мы надеялись, что наши аплодисменты и восторг во время концертов вылечат его душу и облегчат боль последних лет, полных судов и обвинений. И что, может быть, после он скажет, что это стоило тех кошмаров, которые ему пришлось вынести, и восстанет как феникс из пепла. Мы тоже вынесли немало, стоя бок о бок с любимым человеком, которого осуждал весь мир. За годы нам пришлось столкнуться с большим количеством ненависти из-за того, что мы были так преданы поп-звезде.
Но, конечно, наши собственные нужды, надежды и мечты стали неважны в день смерти Майкла. Реальность поразила нас как гром среди ясного неба. Мир прекратил движение. Тщетно мы пытались осознать, что же произошло в тот день в Лос-Анджелесе. Отделить реальные новости от окружавшей кончину Майкла вакханалии СМИ было нелегко. Мы едва не сошли с ума. Нужно было принимать решение: либо оставаться у компьютеров и телевизоров, либо начать узнавать все самим. Мы решили прислушаться к своим сердцам и ощутили потребность быть в Лос-Анджелесе, на месте печальных событий. Кроме того, мы чувствовали, что наш долг — проститься с Майклом лично, поблагодарить его за все, что он сделал: за влияние, за вдохновение, за то, что он определил наши жизни. Нам казалось неправильным оставаться дома и потреблять готовые медиа репортажи, изображавшие совсем не то, чем был для нас Майкл. Мы не хотели запомнить его смерть как что-то, что видели по телевизору, ведь все эти годы мы всегда старались быть к нему ближе. Для нас Майкл был живым человеком и важной частью наших жизней. Мы должны были быть рядом с ним еще один, последний раз.
30-го июня прошел слух, что в Неверлэнде будет проводиться показ открытого гроба. Верили мы этим слухам или нет, хотели увидеть Майкла в открытом гробу или нет, но в этот момент мы сказали себе, что пора покупать билеты. Что бы ни происходило на следующей неделе, было ясно, что именно следующая неделя будет важной. Уже через два дня мы сели в самолеты в Дюссельдорфе и Гамбурге и встретились в Париже, откуда все вместе вылетели в Лос-Анджелес. Цель путешествия была ужасна, почти непостижима. Но с самого момента встречи в Париже мы знали, что поступаем правильно, оставив позади жалкие репортажи СМИ и встретившись с настоящими друзьями, чтобы отдать дань человеку, который своей музыкой свел нас вместе. Раз он был мертв, все, что нам теперь оставалось, это беречь нашу дружбу и расценивать ее как еще один способ сохранить наследие Майкла. Это он положил ей начало. И это он снова собрал нас вместе для этого путешествия.
Во время долгих часов полета мы стояли посреди салона самолета и вместе вспоминали наши MJ-приключения, смеясь и утешая друг друга.
К моменту нашего прибытия в Лос-Анджелес новости изменились: публичный смотр в Неверлэнде отменили и на следующий день назначили пресс-конференцию о панихиде, которая должна была состояться в Staples Center на следующей неделе. Мы взяли напрокат машину и поехали в центр города. Вокруг здания Staples Center цепочкой выстроились фургоны телестудий со всего мира, и за происходящим следила полиция. Офицер сказал, что билеты на панихиду будут распространяться через Ticketmaster — ту же организацию, через которую мы покупали билеты на концерты This is it. Мы попытались разузнать подробности, но нам велели ждать пресс-конференции следующим утром.
Как только на пресс-конференции было сказано, что регистрация на розыгрыш билетов проводится в интернете, мы подскочили и побежали из номера мотеля на ресепшн, где был беспроводной интернет. К нашему удивлению, пока мы бежали, двери многих номеров также отворились и другие фэны тоже выбежали с таким же намерением, как наше. Естественно, веб-сайт тут же «упал» (позже мы услышали, что в тот момент на сайте зарегистрировались 1,6 миллиона фэнов). Вся эта суматоха заняла какое-то время, но в конце концов нам удалось успешно зарегистрироваться. Панихида была назначена на 7 июля. Так как в Лос-Анджелесе в ближайшие несколько дней делать было нечего, мы решили уехать из города и отправиться в Неверлэнд. Нам казалось, что из всех мест на Земле это место было к Майклу ближе всего. В конце концов, ведь он однажды сказал в интервью Мартину Баширу: «Неверлэнд олицетворяет мою личность во всей ее полноте».



Мы выехали на шоссе вдоль побережья Тихого океана и прибыли в Неверлэнд ранним вечером. Эмоциональное напряжение росло с каждым метром. Если бы Майкл был жив, этот момент был бы очень дорог для всех нас. Теперь же мы были зажаты, дышать становилось тяжело, и не было больше сил сдерживать слезы. Проходя пешком последние метры до Неверлэнда, мы уже не могли разговаривать. Печаль переполняла нас. Внезапно мы попали в место, где все еще присутствовал дух Майкла — в деревьях, в траве и в лучах солнца, что светило с небес. Мы вновь поняли, почему он решил построить свой дом здесь, в долине Санта Инез. Тут еще живо было волшебство. Мы чувствовали присутствие Майкла повсюду, и в то же время в этом месте его смерть вдруг стала реальностью — из-за плачущих фэнов и из-за цветов, плакатов и писем, что были сложены у ворот Неверлэнда. Мы не были к этому готовы. Кроме того, нам хотелось побыть в одиночестве, а мы оказались среди примерно сотни людей. У кого-то в машине громко играла музыка, кто-то исступленно танцевал на Фигероа-Маунтин-роуд, кто-то продавал футболки и значки, воду и еду. У обочины стояли телевизионные фургоны и ходили репортеры, как в Staples Center. Это был балаган. Мы сбежали от вакханалии СМИ в Германии, только чтобы приземлиться в центр вакханалии СМИ и сувенирной ярмарки в Калифорнии. Такой способ скорбеть нам совсем не был близок. Примерно час мы неподвижно простояли там в слезах, иррационально ожидая, что Майкл вот-вот выйдет из ворот Неверлэнда. Это было так странно и ново — находиться в месте, связанном с Майклом, когда самого Майкла уже не было. Мы приехали стишком поздно, а он ушел слишком рано.
Потом, в поисках места потише, мы проехали вдоль забора Неверлэнда и остановились у конца изгороди, слушая звуки природы и вдыхая запахи окружающей растительности. Внезапно над головами мы заметили маленькую птичку. Она летала кругами и, казалось, в течение нескольких минут пристально за нами наблюдала. Мы пошутили, что это, должно быть, весточка от Майкла. Рядом остановилась машина, и водитель спросил, откуда мы приехали и что делаем здесь, в пустынном месте, с таким печальным и потерянным видом. Он оказался соседом Майкла, управляющим с ранчо Крикет-Каньон в нескольких минутах езды от Неверлэнда. Должно быть, он почувствовал наше отчаяние, потому что пригласил нас остаться на ночь на ранчо у них с женой. Мы с благодарностью приняли предложение и проследовали в их прекрасный дом. Вечер прошел за замечательной глубокой беседой. Знакомство с местными жителями и их рассказы о том, как много Майкл для них значил, стали нам большим утешением. Мы сидели на крыльце и впитывали в себя магию этого места. Теперь мы знали, что чувствовал Майкл, когда залезал по ночам на свое «Дарующее дерево», чтобы писать песни. Природа здесь невыразимо вдохновляла! За один день мы пережили тяжелейшую трагедию и удивительный душевный подъем. В ту ночь мы спали без сновидений.
За следующие три дня мы осмотрели район: Лос-Оливос, Санта-Марию (где мы остановились у здания суда, с содроганием вспоминая события прошлых лет), Слованг, Буэлл-тон, Санта-Барбару, национальный заповедник Лос-Падрес и побережье Тихого океана. Каждый день мы заезжали в Неверлэнд, и каждый день ощущали печаль. Несколько раз мы побывали там ночью. По ночам там было спокойно и умиротворенно, и мы наконец-то смогли провести несколько минут мысленно «наедине» с Майклом.



В понедельник, 6-го июля, мы полдня ждали у экранов ноутбуков в надежде получить извещение о выигрыше билетов на панихиду в Лос-Анджелесе. На самом деле у нас была возможность получить два билета, но так как нас было пятеро, мы решили, что либо идем все, либо не идет никто. Мы все равно могли посмотреть панихиду по телевизору. Нам просто нужно было найти другой способ лично попрощаться с Майклом.
Поздним вечером мы вернулись в Лос-Анджелес, к Staples Center, где сотни счастливчиков забирали свои билеты. Неподалеку нашелся подходящий мотель. Потом мы получили от осведомленного человека наводку о том, что на кладбище Форест Лоун на Голливудских Холмах происходит встреча семьи Джексонов. Не зная никаких подробностей, мы немедленно поехали туда, запарковались где-то и подбежали к главным воротам кладбища. Обстановка была причудливая: там, как и ожидалось, собрались представители СМИ и телефургоны, освещающие фарами темную улицу. По крайней мере, они подтверждали, что мы прибыли в правильное место. Полицейские охраняли вход и наблюдали за фэнами и журналистами, столпившимися за ограждениями по обе стороны от ворот. В воздухе раздавался гул вертолетов. Огромная территория кладбища раскинулась до горизонта. За воротами виднелись очертания холмов в лунном свете. Рассмотреть, что находится там, вдали, в темноте, было невозможно, и создавалось ощущение, будто мы стоим перед заколдованным сказочным лесом. Подходящий пейзаж для видеоклипа «Thriller». Было страшно. Мы не знали, как справиться со своими чувствами. Что сейчас произойдет? Может быть, нам придется столкнуться с катафалком? Атмосфера была гнетущая и жутковатая. После недолгого ожидания мы увидели несколько проехавших мимо черных машин и лимузинов, но не заметили никого из Джексонов. Чем дольше мы ждали, тем неправильнее нам казалось стоять там и наблюдать, как СМИ охотятся за фотографиями семьи в ее самый тяжелый час. Когда полицейские начали всех разгонять и закрывать кладбище, мы даже почувствовали облегчение. От одного из офицеров мы узнали, что гроб Майкла отвезут на панихиду завтра утром. Это была новая информация, которую еще не передавали в СМИ.
Поскольку на следующий день район, прилежащий к Staples Center, должны были полностью перекрыть, мы спланировали, что встанем у дороги рядом с кладбищем и посмотрим, как катафалк с гробом Майкла будет проезжать мимо.
В ту ночь мы почти не спали и 7-го июля поднялись в два часа утра. Казалось, бодрствовал весь город. Кругом в темноте слышался шум вертолетов. У нас никак не получалось собраться с духом перед тем, что должно было произойти.
Еще по дороге к кладбищу мы обратили внимание на полицейские барьеры и перекрытые улицы. Припарковавшись в отдалении, по проезду Форест Лоун-драйв мы дошли пешком до ворот кладбища, не обращая внимания на полицейские машины на каждом углу. Но, конечно, они обратили внимание на нас и велели покинуть территорию... Нам не дали возможности даже приблизиться к кладбищу. Город перекрыл поклонникам доступ ко всему. Мы не могли в это поверить и ужасно разозлились. Ну почему же нельзя было постоять на улице и попрощаться с Майклом?!
Стало ясно, что нужно искать другое место. Требовался мозговой штурм. На обратном пути от кладбища к мотелю мы сообразили, что колонна Джексонов поедет в Staples Center по той же автостраде, что и мы. Рядом со съездом, которым они должны будут воспользоваться, чтобы попасть в Staples Center, автостраду пересекали мосты. Один из них находился всего в пяти минутах ходьбы от нашего мотеля. «Вот наше место», — немедленно решили мы. Удостоверившись, что у нас будет возможность в последний раз побыть «рядом» с Майклом, мы почувствовали облегчение. В то же время нас охватил испуг. Мы все еще не могли поверить во всю эту ситуацию, и сама мысль о том, что через несколько часов мы увидим гроб Майкла и получим подтверждение того, что его больше нет в живых, разбивала наши сердца. Как мы переживаем этот момент? Что будет дальше? Жизнь, в которой нет Майкла, невозможно было вообразить.



Мы вернулись в мотель и включили прямую трансляцию событий по CNN. Когда показали колонну Джексонов, выезжающих с кладбища Форест Лоун (где они были на приватной поминальной службе), мы вышли на улицу и направились к мосту. Ситуация казалась нереальной, и каждый шаг вперед ощущался все болезненнее. На мосту время почти остановилось. Атмосфера была прямо противоположная предыдущей ночи, но не менее причудливая: мы стояли над автострадой, и летнее солнце палило нам на головы, вызывая головокружение и заливая все кругом ослепительным светом. Наш самый черный час пришелся на великолепную погоду. В небе мы насчитали четырнадцать вертолетов, зависших в ожидании того же, чего ждали мы. Под нами шел интенсивный утренний поток машин. Выше в воздухе пролетел самолет и начертил на небе белым цветом буквы MJ и большое сердце. Мы смотрели на дорогу.
Через полчаса левая сторона трассы, ведущая к Staples Center, полностью опустела — на дороге не осталось ни одной машины. Минуту или две было тихо. Потом мы увидели кортеж автомобилей. Он двигался по направлению к нам, как черный оползень. Впереди было около тридцати полицейских мотоциклов, за ними полицейские фургоны и грузовики подразделения по обезвреживанию взрывчатки — все они проносились мимо на большой скорости. Затем под нами проехало штук тридцать черных лимузинов и внедорожников — машины с членами семьи и близкими друзьями Джексонов. Наши сердца замерли. Потом был катафалк. Мы видели золотой гроб Майкла сквозь окна машины. Видели красные цветы на крышке гроба. Наблюдали, как машины тормозят и накапливаются у съезда к Staples Center. Вот они скрылись за поворотом, а мы все еще в слезах неподвижно смотрели в пространство. Внутри поселилась острая тоска и ощущение пустоты. Реальность того, что Майкл мертв, была оглушительна. Трудно сказать, сколько мы простояли там. Казалось, что целую вечность.
Потом мы доковыляли по улицам до заграждений перед Staples Center. Там собрались сотни людей — многие продавали футболки и сувениры, и это вызвало у нас приступ отвращения. Как можно торговать сувенирами с изображением человека, умершего две недели назад, во время его же панихиды? Мы смотрели прямую трансляцию церемонии в ресторане Bella Cucina. Со временем к нам присоединялось все больше людей, и скоро зал уже был забит битком. Выступления и речи, и особенно слова, которые адресовала миру Пэрис Джексон, снова разбили нам сердце. Для нас ничего нового сказано не было — все, что мы услышали, могло бы исходить из наших собственных уст. Для остального мира это, очевидно, был момент откровения... Мир, как оказалось, открыл для себя Майкла — человека в час его смерти. После панихиды мы вернулись на мост в надежде застать колонну на обратном пути, но увидели только кучку вертолетов, летящих в противоположном направлении. Тогда мы отправились в мотель и легли спать. Впечатления дня не прошли бесследно для наших организмов — мозг требовал отдыха и времени на обработку пережитого.
Проснувшись после полудня, мы решили сходить к звезде Майкла на Аллее Славы. Но там было полно народу, и сил стоять в очереди целый час у нас не нашлось, поэтому мы ушли, так и не посмотрев на нее вблизи. Одна единственная фраза беспрерывно крутилась у нас в головах: «С самого моего рождения папа был лучшим отцом, какого только можно себе представить... Я так люблю его!» Пэрис очень тронула нас...
На следующий день мы пошли в тату-салон, и трое из нас выбили себе татуировки с автографом Майкла, полученным от него в Гамбурге. Мы также проехали до Кэролвуд-драйв на Холмби Хиллс и остановились у его последней резиденции. У дома, где он умер. Оставаться там долго было тяжело, поэтому вскоре мы направились к океану, чтобы проветриться. По дороге к побережью мы проехали мимо Медицинского центра Калифорнийского университета, где врачи пытались реанимировать Майкла.
Через два дня мы уже летели домой в Германию. Мы чувствовали, что поступили абсолютно правильно, съездив в Соединенные Штаты, но больно было возвращаться из МJ-поездки, зная, что она — последняя...


Эпилог


Десять недель спустя, во время трансляции похорон Майкла по телевизору, нас снова преследовали те же ощущения, что мы испытывали, стоя перед кладбищем Форест Лоун. Похоронная церемония проходила рядом с Большим Мавзолеем кладбища. Жаркий солнечный день подошел к концу, закат был прекрасен, и полная луна взошла рано. Мы практически слышали запах ландшафта сквозь экран телевизора, чувствовали царящую там атмосферу. Снова столкнуться со страшной реальностью было тяжело, так как в перерыве между событиями мы все старались избегать мыслей о ней. Вид чудесных детей Майкла — Принса, Пэрис и Бланкета, сидящих в первом ряду на похоронах своего отца, разрывал сердце. Мы едва не выключили телевизор — настолько невыносимо это было, но потом решили, что должны пережить все до конца, потому что это единственный способ достичь катарсиса.
Что же осталось теперь?
Майкл повлиял на наши жизни как никакой другой артист. Ценности, которые он отстаивал, сформировали наши взгляды на жизнь в большей степени, чем родственники, учителя и друзья. Он всегда являл собой хороший пример, которому мы стремились следовать. Кто-то может назвать это «имиджем», но мы уверены, что эти ценности были дороги его сердцу! Даже если они казались непопулярными, он верил в них и стоял за них! Мы восхищались силой, которую он демонстрировал при этом, и она всегда будет служить для нас вдохновением. С другой стороны, эта борьба в конце концов сказалась на нем. Он был всего лишь живым человеком, с ограниченным запасом энергии и своими слабостями.
В день, когда он умер, нам казалось, что те ценности, которые он отстаивал, проиграли битву. Как если бы НАШИ ценности проиграли битву и исчезли вместе с ним. Должно было пройти несколько недель, прежде чем мы поняли, что это не так. «Наш Майкл» всегда будет с нами, и теперь пришла наша очередь продолжать то, что он начал. Взрастить семена, которые он посадил в нас, чтобы сделать мир лучше.
Мы никогда не смиримся с трагической и внезапной потерей своего кумира. Боль от того, что он покинул эту Землю слишком рано, никогда не утихнет. Как и всем на этой планете, нам осталась в наследие его музыка. Но в отличие от большинства людей на этой планете, у нас есть нечто намного большее.
Мы были поклонниками Майкла последние 13 лет. Нам повезло жить с ним в одно время и узнать его «магию». И несмотря на то, что наша главная мечта — исполнить для него представление — так никогда и не осуществилась, хотя мы подошли к ней очень близко, мы всегда будем бережно хранить воспоминания о тех минутах, что провели в присутствии этого драгоценного человека.
Но что важнее всего — через музыку Майкла мы стали друзьями. Мы знаем, что один из путей в бессмертие для Майкла лежит через саму нашу дружбу. Наша дружба - самый ценный подарок, какой он мог нам преподнести. За это мы благодарны ему навеки. Между нами существуют особые узы, и, начиная скучать по нему, мы напоминаем друг другу, что духовно он все еще между нами. СПАСИБО, МАЙКЛ, за лучшее время в нашей жизни и за то, что во многих отношениях ты открыл нам глаза!


Бог посадил этого мальчика
К себе на колени и сказал :
"Ты ,будешь править миром музыки!
Он твой!!!! "


Сообщение отредактировал Nike - Суббота, 28.01.2012, 01:04
 
Майкл Джексон - Форум » Michael Joseph Jackson » Майкл Джозеф Джексон - статьи, книги, воспоминания » Книги о MJ » Все дело в любви. Майкл Джексон в благодарных сердцах (Книга написанная поклонниками в дар Майклу)
Страница 1 из 3123»
Поиск:
Администратор Модератор Специалист Поклонники V.I.P. Поклонники Moonwalker Заблокированные
Сегодня сайт посетили: Mariluz, blanket1, Libra1510, Nike, Micholes, alenka_21